Всю следующую неделю мне притаскивали тонны вкусняшек и даже пару новых горшков с цветами. Вечерами Лёша веселил меня рабочими рассказами, не забывая передавать приветы от коллег: мол, они ждут не дождутся моего возвращения, потому что без меня он там лютует. Верю безоговорочно, потому что расписание у Алексея Николаевича — мама не горюй! Без толкового помощника он превращается в слепого котёнка, а уже тот — в разъярённого тигра.
Не проходило у меня и дня без сообщений от родителей Алексея. Видимо, звонить голосом и по видеосвязи он им строго-настрого запретили, поэтому Мария Сергеевна подбадривала меня красивыми картинками, рецептами отваров для поднятия иммунитета и просто интересной болтовнёй. Даже свёкор отмечался в чате со мной хотя бы один раз в день, и от такой заботы тепло в душе разливалось вперемешку с тоской. И как я останусь без них уже через пару месяцев?
Несколько дней спустя нытьё внизу живота сменилось немного другим, уже от критических дней, и я отметила, что в этот раз они проходили даже слегка болезненно. Интересно, а если бы избавлялась от девственности традиционным путём, что-то бы поменялось? Но такие мысли я старалась гнать как можно скорее. Подумаешь, чего-то там лишилась! В современном мире на такие вещи уже давно не смотрят, к тому же часть женщин появляется на свет и вовсе без девственной плевы. Зато в самый ответственный момент у меня не будет никакой боли и крови, а значит смогу сосредоточиться на получении удовольствия. Найти бы ещё, с кем это самое удовольствие получить…
— Ну всё, Сонечка, можешь подниматься.
Выныриваю из своих мыслей и убираю ноги с подпорок кресла. Дискомфорта после убора зеркал не ощущаю, так что сделать это удаётся весьма резво. Носочки отправляются в сумочку, я одеваюсь как полагается и выбрасываю после себя простыню.
— На всякий случай сегодня лучше воздержаться от близости — может немного кровить, — напоминает мне доктор. — Сама Лёшке скажешь, или мне выйти и заявить?
И взгляд у Елизаветы Михайловны такой хитрый, что смущаюсь безо всяких усилий.
— Сама, — лепечу. — Спасибо вам.
— Да не за что, детка, — женщина пожимает плечами. — Результаты будут в течении семи дней — делаем поправку на то, что сегодня пятница. Но визуально никаких отклонений не вижу. Так что пока давай-ка выпишем тебе профилактическую дозировку фолиевой кислоты, и ещё напишу, кровь на какие витамины нужно будет сдать.
Терпеливо ожидаю, пока мне распечатают бумажку с рекомендациями, а после вместе с гинекологом выходим в коридор. Я на сегодня у Елизаветы Михайловны последняя пациентка, и потому она спокойно останавливается рядом с моей свекровью, которая как раз поднялась с места.
Пока женщины шушукаются, подхожу к дожидавшемуся меня Алексей. Да-да, к врачу я поехала с настоящим конвоем, и на этом настоял именно муж: с таким раскладом нам удалось потянуть время аж до пятницы. Мы с ним на пару сбежали пораньше с работы, забрав по пути его мать, и очутились в этом храме стерильности и больших животов.
— Как всё прошло? — тут же спрашивает Лёша, заправляя мне за ухо локон волос.
В последнее время у него появилась привычка касаться меня, и я так и не решила, как на такое реагировать. Чтобы отбросить его руку и запретить меня трогать, момент упущен, да и не то, чтобы Алексей особо наглеет с этими прикосновениями. Мне же, чего скрывать, скорее приятна эта забота.
— Вроде как всё в порядке, — шёпотом отвечаю, едва заметно косясь в сторону женщин. — Ничего ненужного не заметили.
— Я не об этом, — Лёшка качает головой. — Как ты себя чувствуешь после приёма? Ничего не болит? А то мать, конечно, мне тут все уши прожужжала, какая её Лизонька замечательная, но мало ли…
— Всё хорошо, — а вот теперь смущаюсь вполне открыто. — Мне не было больно или неприятно.
— Ну вот и ладно.
Супруг выдыхает с облегчением и кладёт ладони на мои плечи. Надо бы пересказать ему слова доктора про витамины и половой покой, но что-то удерживает меня. Витамины я и сама могу взять потом, да и анализы действительно сдать нелишне — вдруг где-то образовался дефицит. А про покой ему и вовсе знать не обязательно. Как будто у меня тут очередь из кандидатов!
Мы все вместе прощаемся с доктором, а после едем к нам домой. Со своей стороны наготовить свежих пирогов я не успеваю, но вот Мария Сергеевна с утра постаралась и завела тесто. А результат её трудов прибудет к нам на квартиру на пару с Николаем Алексеевичем, который, к моему огромному счастью, участвовать в этой медицинской поездке отказался.
Свекровь нас однозначно балует. На нашу долю досталась целая гора маленьких пирожков с различными начинками. Там были и круглые мясные, и продолговатые с квашенной капустой и грибами, и треугольные с картошечкой и укропом, но самый большой фурор произвели те, которые были с яблоками. Я, кажется, слопала их штук шесть, не меньше, да и то остановила себя только силой воли.
Мы просидели почти до одиннадцати, заварили несколько чайников чая, и только после этого старшие Ивановы решили отправиться домой. Я проводила свёкров до дверей и сбежала на кухню — нужно было замочить блюдо, пока остатки еды не присохли окончательно. Но всё же краем уха услышала от Марии Сергеевны, как она просит супруга уйти вперёд.
— Есть разговор, сынок, — говорит она Алексею, притом очень строго. — И он будет касаться твоей жены. Да и вообще, кажется, вашего брака.
День 303. Соня. Продолжаем и подслушиваем
Вот так пирожки с котятами! Разумеется, я осталась за стеной и грела ушки, потому что мне просто необходимо знать всё из первых уст. А в случае чего, ещё и вмешаться, якобы случайно.
— Лёш, как часто у вас бывает секс?
С трудом удерживаюсь от возгласа — свекровь умеет удивлять. По всей видимости, Алексей также удивился, а ещё он немало смущён.
— Мам, что за вопросы ко взрослой женатой паре?
— Ну вот и я никогда не думала, что буду спрашивать тебя о подобном. Но после разговора с Лизой выбора просто не осталось.
— То есть такое понятие, как врачебная тайна, для твоей подружки пустой звук? — хмыкает Лёша в недовольстве. — А если за неё на это в суд подать?
— Ой, вот давай-ка без твоих угроз, — отмахивается Мария Сергеевна. — Соня