В этот момент синеволосый опустил ладони на мою грудь, сжимая её с силой, защипывая соски между пальцев. Мои крик наполнил лабораторию, отражаясь от стен. Плевать, что подумают окружающие. Сейчас я мечтала лишь испытать настоящую эйфорию, которая подступала жаркими упругими волнами вместе с движениями мужей.
Глава 38
Наконец-то пришла пора покидать Азур-Грань, что не могло меня не радовать. Несмотря на то что этот город, похожий на мираж, был по-своему прекрасен, мне уже не терпелось покинуть его.
Пусть и провели здесь больше времени, чем планировали, это было не зря. Покидали мы столицу Лазурных чешуй, заручившись клятвой помочь от самой Шиирш, унося с собой новые практически применимые знания о том, как бороться с тварями Бездны. А ещё мы с мужьями стали ближе, то ощущение недосказанности, которое царапало подобно крохотному камушку в кроссовках, наконец-то исчезло.
Наш плот чуть просел от щедрых подношений, которые сгрузили одинаковые сладкие, натёртые ароматными маслами, удовлетворители королевы. У меня даже закралось подозрение, что Шиирш решила избавиться от нас подобным методом, который был весьма в стиле хитрой змеюки.
— Всё ненужное за борт! — скомандовала я, глядя на бесконечные ящики с абсолютно бесполезными предметами, которые королева считала вещами первой необходимости.
В воду отправились подводка для глаз из чернил глубинного кальмара, белила для лица из перемолотого перламутра, всевозможные масла и притирания для кожи. Неужели не найдётся ничего, что необходимо путникам? Среди бессмысленного хлама я всё же обнаружила несколько фляг воды, высушенное мясо глубинных мидий и питательный порошок из морских водорослей.
Мужья с видимым удовольствием спихнули с плота ненужные коробки, и наше плавательное сооружение вновь вернулось к изначальной ватерлинии.
— Теперь ты узнаешь, что такое настоящее логово змеев, Шаи! — гордо произнёс Кассис, когда отчалили от берега. — Уверен, что Глубинный Шпиль впечатлит тебя после этого царства иллюзий.
Кажется, назревала очередная словесная перепалка, но лишь сонно потянулась и отправилась к шатру посреди плота. Уж не знаю, как мои мужья, а я была намерена как следует выспаться, пока плывём к столице клана Обсидиановой короны.
Если там меня ждут такие же пляски с бубнами, то следует попросить успокоительного, ибо переговоры с Шиирш дались мне ой как непросто. Свернувшись на матрасе из мелко нарубленных водорослей, я попыталась расслабиться и отдохнуть, но вдруг ощутила рядом с собой тело татуированного. Запах чернохвостого мужа, похожий на смесь специй, железа и ледяного кофе, я могла узнать среди миллионов.
— Ты волнуешься? — тихонько поинтересовалась, даже не оборачиваясь.
Кассису будет легче говорить без установления зрительного контакта, я узнала это за время нашего общения.
— Я не хочу, чтобы мои сородичи навредили тебе… или этому невыносимому синехвостому! — тихо произнёс он, зарываясь носом в мои волосы.
Мне стало удивительно тепло рядом с ним, но какая-то тревога в его голосе передалась мне, приходясь вдоль позвоночника.
— Ты переживал, что в Азур-Грань будет всё ужасно, но сам видишь, сколько полезного мы вынесли! — убеждала я то ли себя, то ли татуированного.
— Шаи, мой мир — мир мужчин, воинов! — как-то обречённо произнёс чернохвостый муж. — Там тебе не будет просто… Но помни, что убью любого, кто посмотрит на тебя косо.
На сердце стало удивительно тепло, но на место спокойствию пришёл настоящий страх.
— А если ваш вождь будет со мной груб? — поинтересовалась я, понимая, что именно так и будет. — Только сумей удержать свои порывы!
— Мне придётся бросить вызов ему, хоть и поклялся Ареусу в верности… — боль, звучащая в этих словах, захлестнула и меня, разливаясь внутри едкой кислотой. — Меня всю жизнь воспитывали в жёсткой дисциплине и уважению к вождю. Меня забрали от матери ещё маленьким змеёнышем, и как и каждому самцу, вдалбливали в голову постулаты, которые нельзя нарушать. Но с твоим появлением эта зомбирующая чужая воля стала слабее. Кажется, я учусь видеть мир твоими глазами.
Услышать подобное из уст сурового и немногословного Кассиса было удивительно.
— Я не хочу покушаться на те принципы, по которым живёт ваш клан, мы должны лишь знать, что Обсидиановая корона будет с нами в борьбе с тварями Бездны. Не думаю, что убедить Ареуса будет сложнее, чем достучаться до Шиирш, ты же сам видел, с чем нам пришлось иметь дело! — попыталась я перевести в шутку.
— Моя спасительница… — прошептал татуированный. — Молю тебя об одном: будь осторожна и сдержанна, в Обсидиановом клане царит патриархат, где женщинам не даётся слова. Позволь мне говорить за нас всех.
Мне стало не по себе, я понимала, что Обсидиановые вряд ли обрадуются моему появлению, да ещё и в сопровождении синехвостого.
— А что ждёт Адриана? Ведь Шиирш хотела затащить тебя в свой гарем!
— Думаю, что Лазурного ожидает более милостивая кончина: его всего лишь принесут в жертву…
глава 39
Кассис
Сердце билось учащённо, хотя и старался держать себя в руках. Нам чудом удалось выбраться из Азур-Грань, но что ждёт в Глубинном шпиле? Сомневаюсь, что там можно будет рассчитывать на везение. Это мир поступков и решений настоящих мужчин, где не помогут ни иллюзии, ни льстивые речи, ни даже плохо контролируемая магия Шаи.
Я не мог не беспокоиться о безопасности моей человечки, ведь правила Обсидиановой короны запрещают входить в столицу всем, кроме членов клана. Может, уговорить её и синехвостого подождать меня, ведь фактически ступив на территорию Глубинного шпиля, Лазурный подпишет себе смертный приговор, так как он наш враг.
Но взглянув на упрямый профиль Адриана, на сведённые брови и стиснутые кулачки жены, понял, что проще обернуть течение реки вспять, чем убедить этих двоих отступить перед задуманным.
Шаи напряжённо смотрела перед собой невидящим взглядом, явно погружённая в свои мысли. Её тревога и растерянность были почти ощутимы физически. Я вообще убеждался в том, что чем дольше мы втроём находимся вместе, тем лучше понимаем и чувствуем друг друга, обходясь без слов. Я не верил в истинность, считая это сказками для наивных девочек, мечтающих о большой и светлой любви на всю жизнь, но появление маленькой человечки изменило моё представление о мире, перевернув его с ног на голову.
Сердце застучало ещё чаще, чувствуя приближение к родным местам, и словно в ответ вдалеке раздались тяжёлые гулкие