Я направился к выходу, но тут в сознании вспыхнули воспоминания прежнего владельца тела. На улицу без перчаток нельзя. Экзема на руках выглядела настолько отвратительно, что люди увидь её станут шарахаться как от чумы, а то и чего доброго сожгут вместе с хатой чтобы заразу не разносил. А если грязь попадёт в раны, это может вызвать проблемы куда серьёзнее, вплоть до некроза.
Деревенские то явно не знают что экзема не заразна. Кое-как нашел в углу грязные холщовые рукавицы, натянул их на воспаленные руки, морщась от боли. В сознании всплыли воспоминания Ярика о том как он долгие годы прятал руки от местных боясь что те узнают о его болезни.
— Шесть лет, — простонал я вслух, хватаясь за голову и тут же закашлявшись. — Шесть гребаных лет выплачивать долги! Да я за это время умру раз пятьдесят! Во-первых, от отказа легких! А во-вторых вряд ли кредиторы станут так долго ждать. Скорее всего придут выбивать деньги… — В этот момент меня как током ударило. — Стоп! Там было написано серебряные? Не рубли, а серебряные⁈ Насколько я знаю ни в одной из стран мира не платят серебром. Да, безусловно есть коллекционные монеты, но это другое. — Я печально усмехнулся посмотрев в пустоту. — Выходит я и правда попал в другой мир?
Сделав пару шагов я замер, так как руки нестерпимо зачесались.
— Проклятье. В таком состоянии я даже работать нормально не смогу. Сухожилие на правой руке растянуто, экзема такая что люди шарахаются, а я прямо сейчас готов сорвать с себя кожу чтобы остановить этот зуд. Ещё и легкие хрипят как кузнечные мехи, а навык «Обработка древесины» всего единица.
Я всю жизнь проработал с деревом, знал о нем всё. Какие породы для чего подходят, как правильно сушить, как подбирать, как обрабатывать. И вот теперь мне говорят, что мой навык жалкая единица? Впрочем мои воспоминания никуда не делись, а вот руками придётся учиться работать заново. Я посмотрел на трясущиеся руки в грязных рукавицах и понял что это будет весьма не просто.
— Господи, верни меня обратно, — пробормотал я, глядя в закопченный потолок. — Я лучше на пенсии перед телевизором посижу, чем вот это разгребать.
Но потолок не ответил, да и система в углу зрения тоже молчала. Только боль в голове пульсировала в такт сердцебиению, тошнота подступала волнами, а руки тряслись так, что я едва мог их контролировать. И этот проклятый кашель, который не давал нормально дышать.
Хорошо. В такой ситуации нужно мыслить рационально. Я попал в жопу. Нет, даже не в жопу. Я попал в жопу жопы. В такое дерьмище, по сравнению с которым мои прежние проблемы в виде просрочки ипотеки, конфликтов с подрядчиками и придирки начальства, кажутся детским лепетом. Помимо прочего, я запросто могу подохнуть с голоду, ведь денег у меня нет.
Я медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Паника плохой советчик, это я усвоил еще на первых стройках. Когда все идет наперекосяк, важно не метаться, а разбирать проблемы по мере их поступления.
Итак, пункт первый: здоровье в критическом состоянии. Легкие отказывают, экзема запущена, алкогольная ломка. Нужно лечение. Но на какие шиши лечиться?
Пункт второй: долги. Нужно либо бежать, либо как-то расплатиться, либо… даже не знаю что. Впрочем, бежать не вариант. Здесь у меня хотя бы есть работа, а в другом поселении я просто буду прокаженным, которого забьют палками до смерти, лишь бы не заразил всё поселение.
Пункт третий: проклятие. И этим всё сказано. Хрен знает что это такое и как лечится.
План готов. Сперва заработать денег, а уже потом заниматься здоровьем, долгами и проклятьем.
Я прожил шестьдесят восемь лет. Хорошую, в общем-то, жизнь. Не без проблем, но достойную. Карьера состоялась, семья была, дети выросли. А потом глупая смерть из-за Андрюши, барана. Зато мне теперь снова двадцать лет. Пусть я в жутком состоянии, пусть в чужом мире, пусть с кучей проблем, пусть с легкими, готовыми отказать, и кровоточащей кожей. Но ведь это фактически второй шанс, так?
— Второй шанс… — прошептал я, и губы сами собой растянулись в кривой усмешке, после чего я снова закашлялся. — Без денег, с алкоголизмом, легкими умирающего шахтера, экземой и кучей долгов. Ну спасибо, Вселенная, ты щедра на свои дары. Ну и ладно! — Громко выкрикнул я погрозив кулаком в пустоту. — Я ещё встану с коле…
Эта самая вселенная очевидно дама весьма строптивая, и не терпит критики в свой адрес. Чтобы жизнь мёдом не казалась, на меня накатила жуткая волна тошноты, от которой меня едва не вывернуло. Впрочем блевать-то было и нечем. Паренёк явно питался одной сивухой.
От мыслей о выпивке, по телу пробежалась дрожь. Организм требовал дозаправки. В груди сосало, руки дрожали, пот тек по спине ручьями. Классическая алкогольная ломка плюс. Я видел таких пациентов на стройке. Жалкое зрелище. Теперь же я один из них.
— Ничего, — прохрипел я, делая шаг к выходу. — Переживем. Я за сорок пять лет в строительстве, видел ситуации и похуже. И это. — Улыбнувшись я продолжил. — Прости меня вселенная. Вижу не стоило на тебя ругаться, ты дама злопамятная. А мне новые проблемы не нужны и этих через край. — прохрипел я.
Ладно, пора на работу. Алкаш, в чье тело я попал, трудился подмастерьем у местного плотника. Кажется мастера звали Древомир. Владелец единственной в деревне приличной мастерской. Странное имечко конечно, но может он заплатит мне аванс? Или даст в долг? Хотя такому гражданину как Ярик, даже я бы не дал в долг.
Толкнув дверь я выбрался из каморки. Холодный осенний воздух ударил в лицо, и я невольно поежился, а затем закашлялся от резкого вдоха. На мне была только грязная рубаха и штаны, которые совершенно не грели. Зато холод прилично отрезвлял. Холщовые рукавицы на руках выглядели нелепо в такую погоду, до зимы ведь ещё пара месяцев.
Деревня, в которой я оказался, выглядела так, словно строили ее в спешке. Без проекта, руководствуясь принципом «авось не рухнет». Кривые избы, покосившиеся заборы, грязные улочки. Моя «каморка» и вовсе была больше похожа на хлев для скотины, чем на жилье человека. Крохотная, с щелями в стенах, через которые свистел ветер, и покосившейся крышей. Интересно, как «это» ещё не рухнуло?
Мастерская Древомира находилась всего в пятидесяти метрах, судя по воспоминаниям прежнего хозяина тела. Нужно было просто дойти до конца улицы, миновать дом соседки…
Только я