Прохладный ночной воздух наполнил лёгкие, я облегчённо вдохнула и помахала рукой дежурившим у флаера Глоту и Рону.
— Погодите, леди Фокс. — Меня потянули за запястье и развернули. — Вот, возьмите.
Инспектор Монфлёр протягивал пиджак.
— Зачем?.. — изумилась я.
— Пока вы выбирались сквозь мой импровизированный люк, ваша блуза за что-то зацепилась…
Я послушно глянула на своё отражение, повернувшись к глянцевой поверхности окна полубоком, и тихо охнула. Тонкая ткань на спине имела вертикальный разрез и держалась на честном слове. Как я так умудрилась порвать кофту и даже этого не заметила? В целом после сегодняшней «деловой встречи» понятно, что вся одежда отправится в помойку…
— А на вас будут смотреть мужчины. — Цварг мотнул головой, указывая на спешащих телохранителей. Себя Кассиан при этом мужчиной как будто не посчитал.
— А ничего, что я с вами наедине в таком виде несколько часов провела? — вырвалось само собой.
Но вместо ответа инспектор одним простым движением накинул свой пиджак на мои плечи как само собой разумеющееся.
«Теперь я должна ему два пиджака», — проскользнула в голове странная мысль. Когда ты долго живёшь одна, как-то отвыкаешь от галантных жестов.
— Спасибо за приятный вечер. До свидания. — Цварг улыбнулся — и хвост его простыл в глубокой ночи Тур-Рина.
— Бо-о-осс! Босс, вы живы!!! — Тяжело дыша и поблёскивая испариной на лбу, Глот остановился в нескольких шагах. — Мы услышали, как рухнула крыша, обыскали всё… Вас не нашли, не знали, что делать! Планировали утром звонить спасателям, если вы так и не найдётесь…
Его брат Рон подошёл несколькими секундами позже. Он бросил недобрый взгляд на удаляющуюся фигуру инспектора Монфлёра.
— Это была ловушка, да? — процедил он. — Надо мне было с вами пойти.
— Нет, это не ловушка, а дурацкое стечение обстоятельств. Связь не ловила. — Я устало покачала головой и кивнула в сторону флаера. — Подгоните поближе. Я босиком.
Подняла выше так и не надетые туфли. Честно говоря, сил надевать не было. Усталость навалилась внезапно, как тяжеленная гравиплатформа.
— А касательно инспектора Монфлёра, то он сам попался.
О том, что этот же цварг мог, как показала практика, вытащить нас из западни на несколько часов раньше, благоразумно сообщать не стала.
— Ясно, босс. Позвольте помочь…
Совсем скоро я уже сидела в тёплом салоне флаера и смотрела пропущенные звонки. К моему удивлению, от Леи не было больше ни одного, зато целых четыре от господина Немелана и одно сообщение, в котором он рассыпался в извинениях (на его захрано-тур-ринский манер) и сообщал, что попал в ДТП, а потому не сможет приехать на встречу.
Я написала гневный ответ, что его здание находится в отвратительном состоянии и я чуть не умерла под проломившейся крышей, которая снесла металлические балки не только на втором этаже, но и на первом. Затем подумала — и переписала текст на деловой тон, сухо перечислив исключительно факты о ремонте. Кровавая Тери — это та, кто не станет истерить по любому поводу. Она пугает всех вокруг прежде всего своей безэмоциональностью.
Затем вдохнула и выдохнула, успокаивая себя. Это был чертовски длинный и напряжённый день.
Когда я зашла в квартиру, то ждала чего угодно, но только не того, что дочь будет спокойно спать в своей кровати, обняв огромного плюшевого медведя, а на кухонном столе я обнаружу остатки пиццы. Значит, Лея всё-таки продавила Тиль на нездоровый ужин, а затем с чистой совестью улеглась спать. Я улыбнулась, погладила дочь по малиновым косичкам, крепко обняла и уснула прямо на её постели.
[1] АУЦ — Аппарат Управления Цваргом.
[2] Разводы на Цварге были долгое время запрещены. Первый громкий развод по обоюдному согласию произошёл в «Охоте на эмиссара» между Фабрисом Робером и Лейлой Вилантой. Первый развод по просьбе цваргини и вопреки желанию её мужа описан в книге «Генетика любви».
[3] Серебряный Дом — государственное здание, где проходят заседания сенаторов и располагается Аппарат Управления Цваргом.
Иллюстрации. Завод
Попыталась изобразить максимально атмосферно))
Глава 14. Свидание
Эстери Фокс
Выходные я посвятила Лее — без оглядки на коммуникатор, срочных дел, без бесконечных писем и отчётов. Только мы вдвоём.
С самого утра, как и обещала, мы отправились в аквапарк. Она сияла от радости, а когда мы спустились по винтовой трубе в первый раз — визжала так, что окружающие оборачивались. Мы катались с горок, плавали наперегонки в ленивой реке и даже осмелились зайти в зону имитации подводного шторма, откуда Лея выбежала, задыхаясь от хохота и обнимая меня, мокрая с головы до пят. После аквапарка мы пошли за лапшой с овощами в её любимый закусочный шатёр с уличной кухней в центре сектора «Яркая Изнанка», где сидели за пластиковым столиком, обмахивались бумажными веерами и ели прямо с палочек, дурачась и споря, кто лучше умеет ловить водоросли. А в воскресенье тюленили дома и играли в настольные игры.
Мы провели эти выходные так, как будто во Вселенной остались только мы вдвоём. Я смотрела, как она радуется, как свет отражается в тёмных — в отца — глазах, и понимала: если есть в этом мире что-то настоящее, не требующее оправданий, то это — быть рядом с ней. Быть матерью. И делать всё, чтобы у неё был мир, в котором можно смеяться без оглядки.
А с начала рабочей недели на меня вновь навалились текучка и проблемы с поиском складского помещения. Немелан Грумб написал, что сделка откладывается на неопределённый срок. «В аварию вляпался, лежу в больнице. Ранение — дифрен[1] всё, но не отпускают, шестирукие твари», — пришло сообщение на коммуникатор, из чего я сделала соответствующие выводы. Ну и то, что господин Грумб слегка ксенофоб и не любит представителей расы пикси.
К сожалению, я не могла себе позволить затягивать вопрос, а потому принялась с удвоенной силой искать хоть какой-то выход из ситуации. Убеждала себя, что всё под контролем. Что даже если старый склад вот-вот прикроется, а новый ещё не найден — я выкарабкаюсь.
Я обязательно справлюсь.
И, как это всегда бывает, ровно в тот момент, когда ты только-только начинаешь себя уговаривать не паниковать, когда ожидаешь подвоха меньше всего, случается именно то, отчего мороз бежит по коже. Закон подлости, хардкорный тур-ринский стиль.
Ровно посередине недели,