— Риа Алидари, риан Хрест! Раненый очнулся и рвётся, еле-еле удерживают! — к нам подбежала испуганная Риси.
Мы переглянулись с Хрестом и побежали к дому. Я на ходу передала Риси половину торбочки с ягодами.
Ребека уложили в одной из свободных комнат. Раны ему Зари перевязала, замазала мелкие ранки какой-то пахучей мазью. Ребек пытался встать.
— Нужно в Ошмур! В Ошмур!
— Что происходит? — видимо, у Хреста был довольно значимый вид.
Сигас перестал вырываться и посмотрел на него.
— Дракон? Стая аринчи, сжирают всё на своём пути. Будут тут, наверное, к вечеру. За мной увязалась волна, я пытался сбить её с пути, вилял, насколько позволило состояние. Когда понял, что могу там и остаться, поскакал к Митроу. Нам говорили, что Алидари приютила немало новеньких за это время, и я надеялся найти помощь.
— Успокойся, мы выслали вестников за помощью, — твёрдо сказал дракон.
Из Сигаса словно вырвали стержень. Он упал на кровать и разрыдался. Было страшно смотреть, как взрослый сильный мужчина рыдает, как ребёнок.
— Никого не осталось, никого… Они напали ночью. Безднов Бахюст, это всё он, он…
— Стойте, — я остановила Хреста, который шёл за мной из комнаты, и, потеснив дракона, прошла к Ребеку. — Что ты сказал насчёт Бахюста?
— Это он виноват. Радуешься, Алидари… Я теперь такой же, как ты: нищий, без людей, без золота, безродный…
— Ты считаешь, что я могу радоваться чужой беде? — холодно посмотрела я на бледного мужчину, которого бил озноб. У Ребека начинался жар.
— Алидари… почему ты меня отвергла?
— Сигас, объясни, почему ты сказал о Бахюсте.
— Он… он приезжал, требовал продать ему артефакты рода, старые, бесполезные. Они в сокровищнице лежат… всегда лежали. Он сказал: не продадим — умрём. Угрожал нам. Отец погиб сразу после его приезда, потом он к брату приезжал… сказал, раз мы не хотим понимать разумную речь, он будет говорить по-другому. Я тогда не понял его… теперь понимаю.
— Какой ему резон убивать вас? Как он войдёт в сокровищницу? — что-то тут не сходилось.
Ребек рассмеялся хрипло, надрывно:
— Алидари, ты всегда была глупой. Неужели забыла, кто мы такие…
— Кто мы такие?
Хрест хотел подойти, что-то сказать, но я подняла руку, не давая ему прерывать Ребека.
— Мы всего лишь жалкие накопители, жалкие осколки. Наши предки продались за лживые слова архимага Ахюста, сдохли сами и лишили жизни нас, своих потомков. Мы всего лишь рабы…
Ребек уставился мутным взглядом в потолок:
— Пока зверь спит, мы живы. Но… он его разбудит, разбудит, и мы умрём все…
Да что это такое! Ребек говорил словами деда Скипи, и мне это совсем перестало нравиться.
— Что такое зверь? При чём здесь Бахюст и Ахюст?
Ребек бормотал что-то себе под нос.
— Риа Алидари, он бредит, у него жар, — сказал Хрест. — Пусть Зари напоит его отварами, ему нужно продержаться до прилёта лекаря.
Я сглотнула комок в горле и кивнула дракону.
— Хорошо, пойдём.
— Алидари, — Хрест вышел.
Я тоже переступала порог комнаты, когда Ребек на секунду пришёл в себя.
— Спрячь артефакты рода, Алидари. В них смерть всего мира.
Ребек бессильно упал на подушку и закрыл глаза.
Внутрь комнаты вошла Зари и закрыла дверь перед моим носом.
— Риа Алидари, — позвал меня Хрест. — Не думаю, что слова Ребека стоит воспринимать всерьёз, он бредит. Яд аринчи очень неприятный, он вызывает видения. А к нападению аринчи мы готовы. Магический защитник восстановлен, осталось только его зарядить, думаю, у вас с этим проблем не будет. Дом закроет купол защиты, но хватит его от силы на пару дней.
— Надеюсь, что за пару дней приедет Ашта и всех нас спасёт, — я слабо улыбнулась Хресту.
— Риа Алидари! — по коридору проскочил Сим. Глаза — огромные, почти задыхается от быстрого бега. — Меня Торк послал, сказал: кто-то по дороге едет в карете, дорогой.
Мы с Хрестом переглянулись.
— Что-то гости к нам зачастили? — нахмурился огненный дракон.
— Я думаю, что всё это как-то связано, риан Хрест, — сказала я.
— Я встречу гостей, — дракон пошёл по коридору в сторону выхода.
— Я подойду чуть позже, — крикнула ему в спину. Как же не вовремя эти гости…
Я сходила в свою комнату, умылась, привела себя в порядок, пока собирала ягоду, волосы порядком растрепались. Посмотрела на себя в зеркало, сделала самое надменное и высокомерное лицо, на какое только была способна.
Послышалось лошадиное ржание. Я вышла из комнаты, но не пошла сразу на улицу. Вошла в кабинет и открыла свою приходную книгу. Нужно посмотреть, кто пожаловал.
В строках отбывших значились драконы, которые уехали утром с генералом, Первый со своими братьями и… Крид!
Я всполошилась. Куда улетел Крид?!
И тут же сама себе ответила, куда. К феечке, которая его когда-то отвергла… Скорее всего, Крид, узнав, что у Ребеков всё плохо, полетел к ней на подмогу!
Ну Крид! Как же так?!
Я перевела взгляд на колонку прибывших и похолодела.
Гаур Стери, граф, огненный дракон, связанный. Далорон Бахюст, дракон тьмы, высший, связанный. Сибилла Нейл, ведьма, человек, связанная.
Наверное, пару секунд я пыталась осмыслить написанные моим почерком слова, потом медленно выдохнула:
— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. И что им всем нужно?
Ластик вился вокруг ног, только проснулся, соня, и насыщался магией, забирая у меня излишки.
— Пошли со мной, ты мне можешь пригодиться, — сказала я мелкому и, подхватив закряхтевшего майборока, пошла на выход.
Сердце ныло от переживаний за фея. Я привыкла к нему, я считаю его родным… Ну да, он фей, я драконица, но это не отменяет моего права называть Крида своим — пусть братом. Наглым, смешливым, едким, но своим, родным.
И Первый улетел, не пошлёшь вдогонку. И гости эти…
Компания весьма странная: бывший муж, герцог в розыске и Сибилла, которая только вчера от нас сбежала.
Нельзя забывать и того, что говорил Ребек. Хрест считает, что его слова бред от яда, но я так не думаю… Почему все, к кому приезжал Бахюст, умирали? Думаю, моя тётка тоже отказала ему и вот итог. И артефакты у нас имеются, только они и имеются в сокровищнице рода.
На крыльце толпились работные, вздыхала Агнеш, мальчишки держались