— Риа Митроу, нам лучше вернуться в вашу комнату? — Ана осторожно подошла ко мне, согнувшись в поклоне.
— Не сейчас! — рыкнула я.
Краем глаза заметила, что наблюдатели уже спешат ко мне со всех сторон парка. Достали!
Я просто пошла следом за Иганом и, когда догнала, тронула его за плечо. Дракон замер, остановившись, но не спешил поворачиваться ко мне лицом.
Зато Сильвия повернулась, надменно смерив меня взглядом, сказала:
— Что вы себе позволяете?! Вы мешаете нашей прогулке!
— Осторожнее, Сильвия, — Иган наконец-то тоже повернулся, и его взгляд пронзил меня промозглым холодом, — ты же не хочешь впасть в немилость будущей императрицы.
— Что? — удивилась Сильвия. — Иган, ты бредишь?
Хорошо, что Сильвия задала этот вопрос, а то я сама была не в силах слово вымолвить. Целый месяц меня тут мучают, ещё месяц я провалялась в беспамятстве. Я так ждала встречи — и вот тебе! Что?!
Я ещё раз прокрутила слова Игана и попыталась понять, что он говорит. Какая в бездну императрица?!
— Ты разве не знала? Скоро объявят, что Алидари Митроу, ах, простите, маркиза Алидари Митроу, урождённая Золотая, невеста наследного принца Старбора и будущая императрица.
Взгляд Игана впервые показал эмоции — холодную ярость, которая тут же скрылась за его ледяным высокомерием.
— Это ложь! — возмутилась Сильвия. — Как императрицей может быть она?!
— О, из маркизы Алидари Митроу выйдет прекрасная императрица: сильная, добрая, милосердная, а главное — честная! Так, риа Митроу?
Да он же ревнует?!
Я была так ошарашена его напором, что моя ярость тут же улеглась. Золотинка лениво зевнула и сказала: разбираться самой, звать только, когда совсем уже будет плохо.
Я выдохнула, собираясь с мыслями, потому что Иган уже хотел уводить возмущавшуюся несправедливостью этого мира Сильвию. Она как-то быстро забыла, что собиралась очаровать Игана и вернуть его себе. Незамутнённый эгоизм и непонимание, что весь мир не вертится вокруг неё.
— Риа Митроу, прошу проследовать в вашу комнату, — к нам добрались имперские шпионы.
— Конечно, — кивнула я, — но сначала поговорю со своим женихом.
— Риа Митроу, вы не можете с ним говорить, — шпионов становилось всё больше и больше.
Иган передумал уходить с гордо поднятой головой и, нахмурившись, смотрел на шпионов и на меня.
— Алидари, скажи мне, что… что твоё желание стать императрицей — это ложь? — попросил он спокойным, не пропитанным горечью и яростью голосом.
— Ты болван! — рявкнула я ему. — Я это поняла сразу, с первой нашей встречи, и сейчас больше удостоверяюсь в этом! Ты болван, риан Ашта, но мой болван, и если тебя не волнует, что я теперь не так красива, как прежде, то требую объятий, поцелуев и всего того, что жаждет после долгой разлуки невеста!
Иган сделал ко мне шаг, потом второй.
— Золотинка, — выдохнул он. Взгляд его зелёных глаз ласкал меня сразу всю, и мне стало так хорошо. — Я болван, согласен, но разве не мечта всех незамужних девушек стать принцессой?
— Может, это и мечта всех незамужних девушек, но я давно помолвлена и к этим девушкам не отношусь.
Я таяла от взгляда Игана, и даже визг Сильвии, которая требовала прекратить выставлять её дурой, для меня был как музыка.
— Риа Митроу, вам следует пройти в свою комнату.
— Что ей следует, так это пройти в мои объятия, — Иган наконец-то дошёл до меня и прижал к себе. — Я не хотел верить, что ты согласилась стать будущей императрицей, это так на тебя не похоже, но мой отец был убедителен…
Мой генерал — ревнивец…
Я так мечтала о его запахе, о его руках, о его голосе, что просто отключилась на несколько секунд, а когда пришла в себя, нас окружали уже десять наблюдателей, а один из них требовал идти на аудиенцию к императору. О как: то морозили меня месяц, а то император… Вот пусть теперь тоже ждёт.
— Ты моя, Алидари? — спросил Иган серьёзно, разглядывая моё лицо.
— Твоя, — прошептала в ответ.
Ашта медленно наклонился и поцеловал меня в губы — сначала нежно, чуть касаясь, потом усилил напор, уводя меня в блаженство.
А потом был хлопок. Мне показалось, я услышала смех — квохтанье зверя, но, тряхнув головой, посчитала это галлюцинациями.
Шпионов разметало на пару метров от нас, они со стонами поднимались, окружая себя магическими щитами.
А на наших с Иганом запястьях появились красивые татуировки-браслеты, так похожие на метки истинности.
Мы переглянулись — теперь уже мужем и женой — а потом опять целовались, жарко и страстно.
Сильвия, прикрытая широкой спиной Игана, за которой она отчаянно голосила и проклинала ледяного, уцелела, но стоило ей увидеть меня — я думала, её паралич разобьёт: сколько ярости и злости было в её взгляде.
— Этого не может быть! Ты урод! Ты не достойна быть императрицей!
— Я полностью с тобой согласна! — кивнула я девушке. — Дарю тебе принца, попробуй завоевать.
Сильвия задыхалась от зависти.
Мы с Иганом просто пошли по тропинкам парка, не обращая внимания на кружащую вокруг нас боевую магию.
Пока мы гуляли, Иган успел рассказать мне всё, что случилось за это время в работном доме. Они бились долго, Иган даже не знал, что Сибилла уже унесла меня порталом. И когда вдруг открылись разломы прямо в гуще боя и все твари волной ушли в свой мир, они ещё долго не верили тому, что увидели.
А потом уже крики в доме и рассказы Зари, что произошло. Сибилла умерла, но последнюю волю Бахюста выполнила: отправила меня к нему, в подземный дворец его предка, где множество столетий томилась в плену мать. Богиня своего мира или, попросту, зверь.
— Ты же понимаешь, Золотинка, что нам нужно дождаться аудиенции у императора. Нельзя настраивать против себя власть.
— Хорошо, — покладисто сказала я, — но только с тобой. Ты теперь мой муж, даже богиня подтвердила наши узы, — я указала на браслеты, только сейчас замечая, что с кожи ушли шрамы.
— Я согласен, — Иган поцеловал меня в щёку и кивнул одному из магов, которые бродили рядом, потом ушёл ему что-то втолковывать.
Пока он вернулся, я успела удостовериться, что кожа и