* * *
Харви проверил свой телефон и нахмурился. Он стоял над Люси, сидящей на диване, его пистолет бесцельно махнул в её сторону, но он не смотрел на неё. Может, ей удастся броситься к нему и забрать пистолет. Женщины по телевизору делали это постоянно. Женщины на телевидении так же боролись с преступностью и преследовали плохих парней на четырёхдюймовых каблуках. Другими словами, телевидение не основывалось на реальности.
Возможно, она была немного обижена, что Харви не удосужился связать её. Неужели она действительно настолько безобидна, что даже не требовалось её связывать? Может быть, из-за того, что её любимый цвет был розовый, или из-за того, что она любила вязать, она казалась такой безобидной. Да, ей пришлось признать, что она, вероятно, не добьётся большого успеха против волка-перевёртыша. Что ж, физическая сила здесь не поможет, так что, возможно, ей нужно отвлечь его и победить его своим остроумием рапиры. Малина! Она умрёт. Её ежиха воспользовалась случаем, чтобы свернуться клубочком — она была слишком робкой для её же блага. Она должна что-то сделать. Может, если она потянет время, Каттер вернётся и разорвёт этого парня в клочья.
— Ты ведь крот, да? — выпалила Люси.
Харви хмыкнул, и она поняла, что это означает: «да, я — подонок, предательская собака, которая не заслуживает того, чтобы дышать тем же воздухом, что и другие агенты АСР».
— Ты скармливал информацию Марони.
— Вижу ты хорошо осведомлена, Каттер не шептал тебе на ухо сладкую чушь, когда трахал тебя?
Люси вздрогнула от его слов, что было странно, потому что Каттер ругался, как матрос, и это ее никогда не беспокоило. Однако её реакция позабавила Харви.
— Или ты его напарник по борьбе с преступностью? Его маленький приятель — Робин для его Бэтмена, — усмехнулся он.
Люси предпочитала думать о них как о Малдере и Скалли, но без инопланетян. Не то чтобы она собиралась с ним разговаривать.
— Ты продал своих коллег-агентов…
— Это было не совсем так...
— Тогда как?
Как, чёрт возьми, он мог оправдать то, что сделал?
— Так я тебе и рассказал. Что ты сделала с фотографией, которую Джесси прислала тебе по электронной почте?
Люси удивлённо моргнула, а Харви надменно улыбнулся ей.
— Было разумно следить за коммуникациями Джесси, — самодовольно объяснил он, — учитывая её преданность Каттеру. К сожалению, я не мог прослушать её мобильный телефон, чтобы она не заметила. Однако технически электронные письма принадлежат агентству. Я предполагаю, что фотография была для Каттера. Где он сейчас?
— Я не знаю.
— Ты лжешь, — мягко сказал он. — Скажи мне правду, или я действительно заставлю Каттера страдать. Ты видела его шрамы, может случиться и намного хуже.
— Он пошел искать Примроуз.
Люси сказала ему правду, она просто не вдавалась во все подробности.
Её живот переполнился беспокойством, когда его лицо прояснилось. О нет, когда плохой парень выглядит довольным, это никогда не является хорошим знаком.
— Если повезёт, мой брат уже убил его.
— Твой брат?
Люси вздрогнула, когда Харви расхохотался.
— Ты действительно не поняла этого, и подумать только, я волновался за Каттера. Брюс Найтли — мой брат. Разные мамы. Он — причина, по которой я в первую очередь сообщал всё Марони. Тупица задолжал этому человеку тысячи игровых долгов. В обмен на его жизнь я должен был кормить эту свинью Марони информацией. То, что ты делаешь для семьи. Не то чтобы это было сложно. Марони, несмотря на долг Брюса, дал мне много денег — информация стоила больше, чем любой игровой долг.
Люси поджала губы.
— Ты раскрыл Каттера, когда он работал под прикрытием, и убил тех агентов.
Харви нисколько не раскаялся.
— Я понятия не имел, что Каттер был под прикрытием, пока мой босс не напился и не разболтал всё мне. Хуже того, я узнал, что информатор из команды Марони собирался меня разоблачить. Поэтому я отдал Марони Каттера и убил информатора.
— Тебе не нужно было убивать ту команду спецназа!
Люси закусила губу, что она лопочет? Ему не нужно было никого убивать!
— Это было не специально. Я установил бомбу, чтобы разрушить дом, но не знал, что они там будут. Неподходящее время.
Она уставилась на него — как рыба, ослеплённая прожектором.
— Это всё, что ты можешь сказать? Неподходящее время?!
Харви безразлично пожал плечами.
Поскольку он был таким болтливым…
— А что насчёт Клейтона?
— Я догадался, что Клейтон что-то узнал, когда извлёк файлы из архивов. Мой старый босс дал мне знать. Он держит меня в курсе событий при условии, что я никому не расскажу о его пьяной болтавне о Каттере. За это его бы уволили.
Харви опустил оружие, его палец по-прежнему был на спусковом крючке, но он не был направлен на неё.
— Я особо не задумывался об этом, пока не увидел Клейтона в городе. Я просто случайно из всех мест на земле увидел его возле «Привет, солнышко».
Харви с сожалением покачал головой.
— Итак, я попросил моего брата последить за ним. Мой брат провёл последние три года, выздоравливая в Мексике, и он более чем заинтересован в небольшой расплате. Тупой орёл никогда не знал, что за ним следят. Зная, что он встречался с этой шлюхой Сэди, я решил, что пора убить Клейтона и Сэди и свалить всё на Каттера. Я пытался арестовать Каттера в Урсе, но у меня ничего не получалось. Гадёнышу везло больше, чем проклятому леприкону.
— Клейтон и Сэди хоть что-нибудь знали?
Харви фыркнул.
— Сомневаюсь. Я спросил Клейтона, но этот упрямый ёбарь отказался мне что-либо говорить. Думаю, он просто цеплялся за соломинку. Но я не хотел рисковать тюрьмой. Ты знаешь, сколько лет мне дадут за смерть этих агентов?
«Недостаточно», — яростно подумала Люси.
— Что касается Сэди, она знала ещё меньше, но я не мог рисковать, чтобы она осталась в живых, поэтому мой брат попытался убить её — безуспешно, — раздражённо зарычал Харви, — но теперь я уверен, что он всё исправит.
Он улыбнулся ей — тьфу, это ужасно.
— Я должен сказать, что впечатлён тем, что Каттеру удалось сбежать после того, как я дважды выстрелил в него. Мы думали, что он прибежит к тебе, но мы подумали, что подарим вам — двум неразлучникам — несколько дней вместе, прежде чем убьём тебя. Это сделает твою потерю ещё более разрушительной для него. К сожалению, фотография немного ускорила наши планы.
На лице Харви было выражение отвращения.
— У моего брата была