— Курт! — закричала Трина.
— Бля, прости!
Он отступил назад, наткнулся на блендер, и следующее, что он помнил, — все электроприборы на кухне были включены и работали на полную катушку.
Если подумать, возможно, он не в порядке.
* * *
Уэйд не знал, что делать. Как и его волк. Что заставило их обоих взволноваться и нервничать.
Сьюзи взяла выходной, потому что сказала, что плохо себя чувствует. Он знал, что ей нездоровилось на вечеринке, но предположил, что всё дело в алкоголе, и сегодня она также лечила похмелье. Но она не выглядела хорошо.
Она была потной и тёплой, и едва могла выносить прикосновения. Весь день ей становилось всё хуже и хуже, и теперь она бормотала что-то о том, что её отравили.
Уэйд твердил себе, что её естественные целительные способности сработают, но пока этого не произошло. Его волк был почти вне себя, и пришло время что-то делать.
Он притянул свою сопротивляющуюся пару на руки.
— Давай, детка, пора везти тебя в больницу.
Уэйд ненавидел человеческую медицину, и большинство врачей-людей понятия не имели, что делать с перевёртышами, но его паре было больно, и, если они могут помочь, они это сделают. Он заставит их помочь.
* * *
«Черт!» Сидни ещё несколько раз потрясла ключом. Он крепко застрял.
Да, именно по этой причине вы не втыкаете ключи от машины в замок квартиры. Места для манёвра было меньше, чем в тот раз, когда она примеряла это злополучное бикини. Было так тесно, что она прыгала по раздевалке, прежде чем упасть, разорвав занавеску на ходу и щеголяя перед всем магазином. Больше она никогда не надевала бикини.
О чём она думала? Насчёт ключа — не бикини.
«Легко», — с презрением подумала Сидни, — она снова замечталась об этом чёртовом ведьмаке. Курт не покидал её мыслей с тех пор, как она встретила его, и это начинало её беспокоить. Её работа была, мягко говоря, неряшливой. Что с ней не так? Слава богу, её коллега Нельсон внимательно наблюдал за ней ранее, иначе она могла бы совершить несколько серьёзных ошибок, которые могли бы поставить дело под угрозу…
У неё не было таких гормональных проблем, даже когда она была подростком. Ей нужно что-то с этим делать. Покраснев, она подумывала вытащить свой вибратор. Сидни не была девственницей, но без особого опыта. Выросшая ботаником и окружённая огромными чрезмерно заботливыми носорогами-перевёртышами, это означало, что в подростковом возрасте у неё практически не было свиданий и, конечно же, не было сексуальной жизни. В колледже она была очень сосредоточена на учёбе и своих различных изобретениях, но один парень сумел её соблазнить — ассистент преподавателя по имени Джим. Сидни была застенчива, но он был терпелив, и в конце концов они занялись сексом. Потом он её бросил. Оказалось, что он и несколько других помощников поспорили, сколько из них смогут соблазнить своих учеников. Сидни была слишком смущена своей репутацией и беспокоилась о том, что она вернётся к отцу, чтобы что-то с этим сделать. К счастью, одна из других девушек — внучка одного из членов Совета Сверхъестественных — оказалась не такой застенчивой. Медведица-перевёртыш наделала много шума, и его уволили, плюс она сломала ему два ребра, руку и нос. Так что всё получилось в итоге. Но это означало, что Сидни ещё больше сомневалась в мальчиках, сексе и т. д. и т. п. — вещах, которые до сих пор заставляли её краснеть и хихикать, как школьница, — и поэтому понятия не имела, как справиться со своей влюблённостью в Курта.
«Игнорировать, может быть?» Трус в ней сказал «да», но все остальные побуждения говорили прыгнуть на него и вылизать его всего.
Сидни вздохнула и в последний раз потрясла ключом. Он застрял намертво. Она позвонила своему брату Дензелу. Он хорошо обращался с ключами и замками — результат бесцельно потраченной молодости. Он разберётся.
Однако сейчас ей действительно нужно было пописать, и она недостаточно хорошо знала своих соседей, чтобы напросится к ним. Но, возможно, она могла бы войти через одно из своих окон. Ей придётся разбить его, но Дензел не против заменить его. Короче говоря, она задалась вопросом, сможет ли она потерпеть, но, учитывая, что сегодня она выпила пять чашек чая со льдом, она сомневалась в этом. Так что, окно.
* * *
— Привет, ма.
Мать Курта, Кристин, выглядела так, будто только что вышла из эпизода «Династии» — сплошь пышные волосы и надплечники. Она оделась так, будто собиралась провести ночь в городе, но, честно говоря, для неё это был обычный день.
— Милый, — промурлыкала она, — как приятно тебя видеть.
Она поцеловала его, чтобы не испортить губную помаду, и ввела внутрь, усадила на свой плюшевый розовый диван и угостила лимонадом.
— Не то чтобы мне не нравились твои спорадические и слишком редкие визиты, — она сделала паузу, чтобы донести насмешку, — но через полчаса мне нужно посетить вечеринку в «Тапэвэа» (прим. пер.: американская транснациональная многоуровневая маркетинговая компания. Изготавливает кухни и товары для дома, и особенно известен своей линией пластиковых контейнеров для хранения и приготовления пищи).
Курт приподнял бровь.
— Тебе нравятся вечеринки в «Тапэвэа»?
— Почему бы нет? Мне нравится «Тапэвэа» — не знаю, как ведьмы до него обходились. Хранить ингредиенты для зелий свежими — кошмар. «Тапэвэа» прислали богини.
— Я просто подумал, не могла бы ты мне помочь, моя магия немного шаткая.
Кристин наклонила голову.
— Каким образом?
— Ну, может быть, ты захочешь посмотреть в окно.
Она подошла к окну и издала «ох» от удивления. Да, лужайка перед её домом теперь была фиолетовой.
— Ты уверен, что это был ты?
— Не могу представить, что это был кто-то другой, я выбыл из игры на пару часов.
Инциденты на месте преступления были только началом. Когда Курт вернулся в АСР, он включил все автомобильные сигнализации в гараже. Облил кофем охранника Бориса. Превратил туфли Диаса в пушистые кроличьи тапочки. Заставил рубашку Уэса превратиться из солидной синей клетки в ярко-розовую майку. Кофе Мейсона превратился в молочный коктейль с арахисовым маслом и анчоусами, а волосы Лейка окрасились в рыжий цвет. Все они были довольно раздражающими по скользящей шкале — волосы Лейка были худшими, но его последнее действие в этот день заставило его бежать