Разработчики учли этот момент, и потому такие вот излишне наглые бесы возрождаются принудительно в том же городе. Ну и отрабатывают долг — вплоть до морального ущерба последней дворняге, показательно, для особо наглых.
Выйдя за символические городские ворота и отойдя метров на триста, офицер движением подбородка пригласил меня встать поближе. Не ерепенюсь, хотя снисходительность подбешивает. К чему это? Не могли подобрать более адекватного опера? Других поблизости нет? А может, это очередная проверка или что-то иное?
Портальный свиток активируется, появляется светящийся круг, наполненный символами… Хлопок! И вот мы уже в горной местности.
Местечко, к слову, такое себе… Виды — да, вполне, если вы турист и стоите на смотровой площадке. А если нужно топать ножками, то они сразу, загодя, начинают болеть. Лабиринты ущелий, россыпи валунов, за которыми можно спрятать взвод егерей или парочку огров, и обилие кустарника усиленной колючести.
— Теперь надо пробежать несколько километров, запутывая следы, — коротко сообщил спутник. Зачем и почему, не спрашиваю — не факт, что тот и сам знает. Контора вообще славится тем, что даже рядовой поход в магазин обычного сотрудника там способны превратить в отвлекающий маневр для ЦРУ.
Раньше, во всяком случае, было так, если верить разговорам. А сейчас да, просели, и сильно.
Наша пробежка с целью запутать следы может служить для такого отвлекающего маневра или даже для начала серьёзной операции.А может быть и нет…
Короткая пробежка по предгорьям с многочисленными ручьями и каменистой почвой должна была по идее сбить любую погоню. Вот только офицер время от времени сверялся с картой, после чего целенаправленно наступал на явно помеченные участки почвы. Молчу….
Хотя ОЧЕНЬ интересно. И так-то… а с поправкой на эльфийский пубертат и подавно. С трудом удерживаюсь от того, чтобы не засыпать офицера десятками вопросов. Останавливает, по факту, только ощущение, что он этого и ждёт… и что если даже ответит, то вряд ли эта информация будет мне полезной. По части дезинформации, в том числе и для своих, в Конторе те ещё спецы.
Ещё один Свиток…и здравствуй,морское побережье Средиземноморского типа. Скалы с редкими соснами, оливы и яркое синее небо, не котором нет ни единого облачка. Место такое курортное, что и словами не описать. Хочется бросить всё и пожить здесь отшельником несколько недель… или лет.
— Перекур, — коротко сообщил мне офицер, — полчаса, и дальше.
Угукнув, достал из инвентаря кувшин с козьим молоком, лепёшку и сыр, предложил сопровождающему.
— Не положено, — буркнул он, не принимая угощение, — согласно инструкции.
Ну, настаивать не стал… да и не очень-то и хотелось.
' — Не хочет хлеб преломлять?' — возникла непрошеная мысль.
После короткого отдыха и привязки, на всякий опасный случай, вплавь перебрались на небольшой островок в миле от нашего, скорее даже скалу. Плыть, если честно, было стрёмно. Несмотря на привязку и заверения офицера, что артефакт, отгоняющий морских хищников, у него вполне надёжный, стремительные огромные тени, скользящие вод нами в прозрачной воде, время от времени заставляли холодеть сердце.
Но обошлось. Не без труда выбрались на скалу, обсохли немного, оделись. Снова Свиток…
— Новгород, — коротко сообщил офицер, взглядом показывая на виднеющиеся неподалёку высоченные белокаменные стены.
— Охренеть! — вырвалось у меня. Впечатление и правда… эпическое. Даже то, что видно отсюда, производит впечатление мощи и… соразмерности.
Сопровождающий страшно доволен тем, какое впечатление произвёл на меня город. Пусть это выражается в чуточку прищуренных глазах и приподнятых уголках губ, но эмпатия с менталистикой прошибают даже его броню.
В город не идём, направляемся в одну из крепостей неподалёку. Большая, производящая впечатление какой-то приземистости, она очень утилитарна — это именно крепость, в которой можно выдерживать штурм и длительные осады. Комфорт, даже издали, здесь явно на последнем месте.
Ну да, безопасность… Короткий обыск на входе…
… и да, в Конторе, как выяснилось, работают и орки причём те ещё орки…
Ещё несколько постов охраны, сканирование непонятными артефактами, длинный спуск в подвалы, и…
— Васька⁈ — неверяще гляжу на старого друга и начинаю хохотать.
— Смейся, смейся, — ворчливо сказал он, — сам как будто лучше.
— Х-хвостик! Уу… — всё никак не успокаиваюсь я. Васька и правда выглядит как… нэко из японских мультиков. То есть звериные уши, пушистый хвост… Единственное исключение — уши у него не на макушке, а на положенных местах. Просто они здоровенные, мохнатые… и полосатые.
Так что выглядит генерал ФСБ как очеловеченный дворовый кошак. Матёрый такой, бывалый… и толстый. Даже оцифровка не помогла.
— Зверлинг я, — коротко объяснил друг, когда я оторжался и немного успокоился, — ИскИну доверился, вот и… Но не пожалел ни разу: раса достаточно интересная, да и в этой… хм,шкуре чувствую себя комфортно.
— Да эт ладно, — выдавливаю сквозь смех, — но я даже не слышал о толстых зверлингах!
Васька терпеливо ждал, пока я заново отсмеюсь — понимает, что это просто реакция на попадание в безопасное место. Многомесячный марафон, когда я мог не только окончательно умереть, но и попасть в рабство, сказался.
— Ты представлен к ордену Святого Георгия Победоносца четвёртой степени, — спокойно сказал он, когда я успокоился.
— О… — только и смог выдавить я.
— Заслужил, — веско уронил Васька, — Заодно решает проблему с твоей легализацией на Земле, равно как и с легализацией всех Оцифрованных. Прецедент.
— Мм… — протянул я, — да я рад, но лишнего внимания…
— Будет объявлено твоё настоящее имя. Дескать — выполнял задания правительства. Ну а потом уже, когда оцифрованные станут хоть немного привычными, скажем — награждали тебя уже в оцифрованном виде.
— Тем более, — Васька усмехнулся грустно и несколько криво, — сейчас пойдут такие события, что награждённых будет очень много.
— И в основном посмертно, — мрачно добавляю я, понимая недосказанное, — что, Вась, началось?
— Угу… до ядерных ударов пока не дошло, но «Пограничные инциденты» идут косяками, десятками. Самолёты сбитые, «Кука» потопили… Войны пока не объявлено, но исключительно потому, что все стороны конфликта надеются одновременно заключить мир на своих условиях… и первыми нанести решающий удар… Правительства европейских стран, как и почти вся верхушка, уже эвакуировались.
— М-да… Значит, решено? — спрашиваю я, с трудом удержавшись от вопроса, а эвакуировались ли наши? Сидят небось