– Рехаб? Что это? Зачем туда ходят?
«Рехаб - это такая больница для наркоманов и алкоголиков».
– Охренеть. Наташа – нарик?
«Малой, отвали. Ты же знаешь, что башка потом будет раскалываться, если я начну прошлое вспоминать».
– Никакого от тебя толку. Один гемор. Для тебя это прошлое, а я не знаю, что сегодня делать. На свадьбе как мне себя с Натахой вести? Не зря же нас, именно в сегодняшний день закинул твой барсук. Значит, что-то случиться должно на свадьбе. Делов наворотил, а сказать толком ничего не можешь. – Устроил я скандал внутри своей же головы.
Упс! Блин! По башке прилетело так, будто булыжником по затылку огрели. Все-все. Не бейте меня больно по слабому месту. Не думаю я больше о будущем и не спрашиваю ничего.
Сундук молчал. То ли свалил куда-то по своим привиденческим делам, то ли забил на меня. Или боится, что тоже получит булыжником по своей несуществующей башке.
– Эх! Я бы вообще ни про одну телку не думал, если бы Наташка на меня смотрела так, как на Ромыча смотрит. – Грустно и не в тему закончил Вадик.
Наташа
Свадебные машины, две «Волги», серую и черную, стоявшие напротив Серегиного подъезда, мы быстро нарядили. Опыт уже был, да и там делов на пять минут. Разноцветные ленты на капот пришпандорить, да куклу смешную на бампер черной «Волги» усадить и обвязать, чтобы не сдуло ее при езде.
Самое сложное – это специальную корзинку с цветами и двумя большими позолоченными кольцами закрепить на крыше головной машины. Это надо сделать надежно, так чтобы кольца не слетели на ходу, но и крышу «Волги» нельзя поцарапать.
В теории все понятно, но на практике - длины рук не хватало. Факт проверенный. На крышу Жигуленка запросто можно корзинку присобачить, а вот с «Волгой» вечно приходилось возиться.
Мы с пацанами посовещались и составили гениальный план. Кому-то надо лезть на крышу машины и держать корзину, а остальные в это время натянут ленты, привязывающие конструкцию к дверным стойкам.
Сеня сразу отказался лезть, сказав, что боится высоты. Пока я прикидывал высоту «Волги», чтобы предъявить Сене за мухлеж, Вадик сам вызвался на покорение крыши.
Пока Вадик примеривался, как бы забраться на черную «Волгу», и даже зачем-то разулся, к нам подошел водитель. Когда до водилы дошло, зачем наш кореш скинул боты, он разорался, прогнал нас и сказал, что сам все сделает.
В принципе нас устраивал и такой вариант. До меня только дошло, что кореша специально разыграли спектакль, чтобы водила сам возился с корзинкой.
Пока водитель черной «Волги» устанавливал на крышу кольца и корзинку, Сева с Вадиком уже залезли в машину. Мне они сказали, что хотят в спокойной обстановке обсудить новые методы украшения советских люксовых автомобилей. Я подозревал, что пацаны вконец оборзели и хотели допить остатки портвейна, развалившись на удобных креслах. Это дело просек бдительный водила, уже приладивший корзину, и выпер пацанов из машины.
Делиться со мной портвейном кореша не собирались. Вадик сказал, что я мне еще сегодня совершать много геройских подвигов и поэтому я должен быть тверезым, как стеклышко.
За такие слова я обозвал пацанов последними алкашами и отобрал у них две конфетки «Му-Му». Конфеты я прихватил из вазочки, стоявшей на бабушкином комоде, а теперь отобрал.
Вообще-то, обычно, на закусь пацанам хватало луковицы, но сегодня Вадик заявил, что я не шарю в напитках и для портвейна требуется шоколадка, но конфетки тоже подойдут. Пусть теперь рукавом занюхивают.
Пацаны достойно перенесли утрату конфеток. Вадик, как бравый генерал новобранца, потрепал меня по плечу и сказал:
– Терпи, братуха. Пьянству – бой. И это... Ром, отдай хотя бы одну конфету?
– Идите на фиг. Не отдам.
– Ром! Наташка сказала смотреть, чтобы ты лишнего не замахнул, так что не шали! – Переметнулся оборотень Сеня, понимая, что так им больше пойла достанется. – Пошли в подъезд, Вадик. Нефиг здесь таблом торговать.
– Предатели! Поменяли друга на портвейн. – Крикнул я в удаляющиеся спины бывших друзей. – А мне что делать?
– Стой там. Около машин. Наташка сказала, что сначала к машинам придет, а потом к Маше пойдет. И чтобы ты ее дождался. – Уже заходя в подъезд, выкрикнул Сеня. – И нас не пали.
– Ага. Размечтались. Не пали их. Я не Зоя Космодемьянская, молчать не буду. Всех сдам на фиг, – бурчал я про себя, от нечего делать, еще раз поправляя ленточки на машинах.
– Ром, привет! – Раздался сзади немного взволнованный голос Наташи.
– О! Привет, Наташ! – Повернулся я к девушке.
Наташа стояла передо мной явно в специально выученной позе. Такие стойки, предназначенные, чтобы мужчина оценил всю красоту модели, девчонки знают с детства. Одна рука на поясе, в другой руке букет, подбородок и грудь приподняты, а ножка чуть кокетливо выставлена вперед. Но и это еще не все.
Наташка, наверно, всю ночь не спала, марафет наводила. Обесцвеченная челка начесана, белая кофточка с рукавами, которые, по-моему, называются «Фонарики», приподнятая на шикарной груди, перехвачена широким синим ремнем. Из-под кофты видна, синяя же, очень короткая юбочка, туго обтягивающая широкие женственные бедра Наташи. На ногах красотки модные лаковые туфли без каблука. Просто картинка из мужского журнала, а не девушка.
На лице Наташи боевая окраска, означающая, что пленных сегодня брать не будут. Все окружающие мужчины будут особо жестоко повержены. На мой вкус, грим немного аляповатый, но что может испортить такое миленькое лицо?
Короче Натаха явилась на свадьбу подруги во всеоружии и воплощала сейчас влажные мечты всех пацанов с района.
«Клевая чика. Правильно я говорю? Или чикса?»
– Сундук! Ты первый раз в жизни вовремя. Что делать будем?
«Женись».
У меня пропал дар речи от такого предложения меня же из будущего.
Наташа приняла мое изумленное молчание за восхищение ее внешним видом, и, в общем-то, была права. Наташка сегодня реально выглядела суперски и как любая женщина, увидевшая заинтересованность мужчины, сразу перешла на командный тон.
– Ром! А ты что весь такой неопрятный? Рубашка не глаженная и даже галстук не надел. Я старалась выглядеть красиво, а ты словно к пацанам во двор собрался.
– Наташ, да какая разница, в галстуке я или нет? Ты так говоришь, будто сегодня наша с тобой свадьба, а не