Я прижалась к нему.
— Ты стал другим, — сказала я.
— Нет. Я стал собой. Таким, каким был до того, как меня сломали.
— А я тебя починила?
— Ты меня вылечила. Валерианкой.
Я рассмеялась.
— Вечно ты с этой валерианкой.
— Это наша история. Начало.
Мы стояли у моря, смотрели на чаек, и я думала о том, что жизнь — удивительная штука. Она бьёт, ломает, ставит на колени. Но если повезёт — поднимает. И дарит шанс.
Мне повезло. Я встретила его. Своего Танка.
* * *
Вечером, когда Варя уснула, мы сидели на веранде. Пили чай с мятой — без валерианки. Смотрели на звёзды.
— Юля, — сказал он. — Ты не хочешь вернуться в науку?
— Нет, — ответила я. — Моя наука — теперь ты и дочка.
— Но ты же умная. Талантливая. Ты могла бы...
— Андрей, — перебила я. — Я счастлива. Мне не нужно большего.
Он посмотрел на меня. В его глазах было что-то, что я не могла прочитать. Благодарность? Удивление? Любовь?
— Ты необыкновенная, — сказал он.
— Обыкновенная. Просто любящая.
Он поцеловал меня. Долго, нежно, как тогда, в машине после ссоры.
— Пойдём спать, — сказал он.
— Пойдём.
Мы ушли в дом. Варя спала в своей кроватке, раскинув руки звездой. Я поправила одеяло, поцеловала её в лоб.
— Спокойной ночи, малышка.
Андрей обнял меня за плечи.
— Спокойной ночи, любимая.
Мы легли. Я прижалась к нему, слушала его сердце. Ровное, спокойное, живое.
За окном шумело море. Где-то далеко лаяла собака.
Я закрыла глаза и подумала: «Я думала, что спасаю его. А оказалось — он спас меня от правильной, но пустой жизни».