Но если выдавались выходные, то мы обязательно проводили их вдвоем. И в эти редкие, но такие желанные и волшебные моменты мы упивались обществом друг друга.
— Зато все ночи наши, — Тим повернул меня к себе лицом. — И давай не будем терять время, — прижался к моему рту.
После, лежа в постели в объятиях мужа и смотря на бегущие по потолку ночные тени, усмехнулась сама себе. Как я вообще могла усомниться в Тимуре? Мы вместе со старших классов. Он был красавцем одиннадцатиклассником, спортсменом и самым популярным парнем в школе. Все девчонки сходили с ума по этому жгучему брюнету. А я считала его самовлюбленным индюком.
— Чему улыбаешься? — перевернулся на бок муж, практически подминая меня под себя.
— Вспоминала, как у нас все начиналось.
— Про мяч думаешь? — бормотал он в полудреме.
— И про него в том числе. Это же надо было придумать залепить в меня баскетбольным мячом! — никогда мне не забыть той тренировки по баскетболу, куда меня затащила подружка, поглазеть на парней.
— Это был единственный способ привлечь твое внимание, — поцеловал в уголок рта.
— Не единственный, Тим, — тихо рассмеялась. — Но ты выбрал самый неадекватный.
Было много извинений, сопровождение до травмпункта и долгая прогулка домой. А потом куча сообщений, длительные ночные разговоры по телефону, проводы до дома после школы по самому длинному пути. Очень быстро я влюбилась в Тимура. И когда он узнал, что я разделяю его чувства, то с трудом сдержал слезы радости. С тех пор нет в моей жизни человека ближе и роднее.
— Ты не представляешь, малыш, каково это сходить по кому-то с ума безответно.
— Ты прав, не представляю.
— Когда ты одержим другим человеком, то готов абсолютно на все.
— Как хорошо, что мы обошлись ударом мяча в лицо, — рассмеялась.
Через два дня я проводила супруга в командировку и погрузилась в написание научной статьи и проведение пар. Лишь когда понимала, что Тимур не звонил весь день и ограничивался краткими сообщениями по ночам, вспоминала те злосчастные анонимные послания. И вновь меня начинали грызть подозрения, а дурная безотчетная тревога лишала сна.
— Чем занята? — позвонила сестра за день до возвращения мужа.
— Торт пеку. Тим завтра прилетает, и хочу порадовать его вкусным.
В трубке повисла тишина.
— Сонь, ты тут?
— Да, я как раз хотела спросить, как у вас? — проговорила она как-то непривычно осторожно для себя.
— Все как обычно, — выключила комбайн, чувствуя, как ускоряется пульс. — Почему интересуешься?
— Слу-у-у-ушай, — протянула Соня. — А с кем он улетел в командировку?
— С юристом, финансовым директором и помощницей, — насчет последней я не беспокоилась. Людмила Алексеевна — глубоко семейная женщина сорока пяти лет и мама двоих прекрасных отпрысков — работала на Тима с момента открытия компании. Я души в ней не чаяла.
— Ясно, — как-то резко ответила сестра.
— Соня, что происходит? — кожа на шее покрылась мурашками, и мне стало нехорошо от дурного предчувствия.
— Дань, — замолчала она, что подтвердило мои подозрения.
— Говори! — от хорошего настроения не осталось и следа.
— Тут такое дело…
— Да говори ты уже!
— К нам обратилась новая компания по дизайну интерьера. Сделали крупный заказ на рекламу. И я полезла в соцсеть на страницу хозяйки этой фирмы. И, знаешь, она буквально вчера выложила пост…. Я тебе перешлю, только ты звонок не сбрасывай.
— Хорошо, — сердце застучало быстрее, и казалось, что грудь сдавило металлическими прутами. Мне не нравилось все это. Весь этот разговор был не к добру.
Не скидывая сестру, я перешла по ссылке и осела на стул.
— Даш, ты там? — звучал из динамика голос Сони.
— Я перезвоню, — нажала на красную кнопку и вернулась к фото, с которого на меня смотрела красивая ухоженная брюнетка с белозубой улыбкой.
Она сидела за столиком ресторана, а ее рука по-хозяйски покоилась на мужском плече, обтянутом белой рубахой.
Было видно, что мужчина сидел вполоборота к девушке. Камера захватила только краешек его рта и подбородок с темной щетиной. Одна его рука лежала на спинке дивана позади девушки, а вторая — на столе. Мне не нужно было видеть полностью лицо мужчины, но я хорошо видела запонку на манжете его рубашки. Запонку из того самого комплекта, что я подарила ему на пятилетие брака, с его инициалами “ТБ” — Тимур Бакиров.
Перевела взгляд к подписи под фотографией, и земля окончательно ушла у меня из-под ног:
“Только настоящий мужчина может заставить женщину улыбаться”.
Глава 3
— Данька! — удивленно воскликнул муж, заметив меня в зале встречающих в аэропорту. — Вот это сюрприз! — прижался губами к моим, оставляя легкий поцелуй со вкусом кофе.
— Решила удивить, — улыбалась, а у самой губы дрожали. Перевела взгляд за спину Тимура, заметив его сотрудников. Поприветствовала их кивком, поймав странные взгляды.
Мысль о том, что они тоже присутствовали на ужине с той женщиной, не отпускала меня. Неужели все они в курсе того, какая я дура?
Я продолжала высматривать позади мужа ту, из-за которой мой мир перевернулся с ног на голову.
Кажется, это была самая длинная ночь в моей жизни. Я не смогла сомкнуть глаз и как мазохистка рассматривала чертову фотографию, выворачивая себя наизнанку.
Не знаю, что именно я там искала. То, что этим мужчиной с запонками Тимура окажется другой? Или подтверждение, что я все лишь придумала и эта женщина, Виктория, не смотрела на моего мужа влюбленными глазами, а его бедро не прижималось к ее?
— Сюрприз удался, — обнял меня за талию Бакиров и повел к выходу, не дав рассмотреть остальных пассажиров его рейса. — Я уже и забыл, когда ты в последний раз встречала меня вот так, — казалось, будто он действительно доволен моим спонтанным поступком, а я только и думала о том, провел ли он ночь с другой женщиной или нет.
— Ты рад? — старалась прочитать его реакцию, но теперь казалось, что я совершенно не знаю собственного мужа.
Я опознала Тима на других трех фотографиях в профиле этой Вики. На одной заметила знакомую руку на том самом руле, которым управлял мой муж ежедневно, в то время как эта женщина сидела на моем месте. Моем!
Другой пост она тоже посвятила встрече в ресторане, и там я узнала затылок Тимура, в то время как эта женщина положила ему на плечо подбородок, будто