Я достала из сумки красную книжечку, протянула ему. Он полистал, хмыкнул.
— Фотография ужасная.
— Там фотографировали на вебку!
— Ты на ней похожа на испуганного хомячка.
Я стукнула его по плечу, но он рассмеялся, и я тоже.
— Я так рада, — сказала я, глядя на огонь в гриле. — Ты даже не представляешь. После всего этого ада — нормальная жизнь. Учёба, работа, планы. Я чувствую себя… такой живой.
— Ты всегда была очень активна и продуктивна, — сказал он. — Просто некоторые не давали тебе расправить крылышки.
Я хотела ответить, но вдруг живот скрутило.
Резко, сильно, так, что перехватило дыхание.
— Лия? — Адриан напрягся.
— Сейчас, — выдавила я и бросилась в дом.
Я успела добежать до гостевого туалета. Меня вывернуло — всё, что съела за ужин, вышло наружу. Я стояла на коленях перед унитазом, чувствуя, как дрожат руки.
— Лия? — он стоял за дверью. — Я войду?
— Не надо, — прошептала я. — Всё нормально.
— Не нормально. Пусти меня.
Я открыла. Он вошёл и помог мне подняться, передал стакан с водой. Я умылась, прополоскала рот.
— Еда была свежая, — сказал я, глядя на себя в зеркало. — И торт на вкус был отличным. Может, из-за жирного?
Адриан молчал. Просто стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с таким выражением, что я напряглась.
— Что? — спросила я.
— Ничего.
— У тебя на лице весь мыслительный процесс прослеживается, говори.
Он отвернулся, но я видела — он прячет улыбку. По нашей связи хлестала такая волна радости, такая яркая, что у меня закружилась голова.
— Адриан, — сказала я тихо. — Что происходит?
Он повернулся ко мне, взял за плечи.
— Лия, — сказал он, и его голос дрожал. — Неужели ты не поняла?
Я замерла.
Поняла. Не сразу, не мгновенно. Но вдруг всё встало на свои места.
— Нет, — прошептала я. — Не может быть.
— Ещё как, — он улыбался — широко, по-детски, от уха до уха. — Было бы странно, если бы после ритуала и недельного гона с течкой ты осталась бы без подарочка. Какой я после такого промаха был бы Альфа?
У меня потекли слёзы. Такой коктейль эмоций бушевал во мне. И чувства Адриана, и мои собственные ожидания, которые столкнулись с реальностью.
— Я буду учиться, — сказала я сквозь слёзы. — Я уже подала документы. Мне очень понравился этот город, этот университет, люди в деканате. Я не хочу снова всё бросать.
— Кто тебя принуждает отчисляться? — он взял моё лицо в ладони. — Ходи, учись. Я буду тебя отпускать, подменять с ребёнком. Мы справимся.
Я всхлипнула.
— Я даже не могу сообразить, когда должны быть роды…
— Узнаем, — сказал он спокойно. — Завтра поедем к врачу, всё проверим. А сейчас — расслабься.
Он погладил меня по голове, чмокнул в щёку.
— Пойдём вместе в ванную, моя сладкая булочка.
Я шмыгнула носом.
— Я не булочка.
— А кто ты?
Я подняла на него глаза, всё ещё мокрые.
— Я солнышко.
Он засмеялся, притянул меня к себе.
— Моё солнышко, пойдём погреем твои лучики.
Он утащил меня в ванную, посадил на край, сам включил воду. Потом встал за спиной, начал растирать мне спину — медленно, бережно, разминая затекшие мышцы. Я закрыла глаза, чувствуя, как уходит напряжение.
— Ты справишься, — сказал он. — Ты самая сильная женщина, которую я знаю.
— Я просто боюсь.
— Чего?
— Всего. Что не смогу совмещать, что устану, что буду плохой матерью…
— Ты будешь прекрасной матерью, — перебил он. — Потому что ты знаешь, что такое любовь. И ты умеешь её давать.
Я промолчала, только прижалась к нему спиной.
Потом он выключил воду, и мы вместе погрузились, нежась, а вода тем временем уносила тревоги.
Закончив водные процедуры, он укутал меня в халат и повёл в спальню. Уложил в кровать и поцеловал в лоб.
— Я сейчас, — сказал он. — Приберу на террасе и приду.
Я хотела сказать, что подожду, но глаза закрылись сами собой.
Сквозь сон я почувствовала, как он вернулся, лёг рядом, осторожно притянул к себе.
— Спи, — прошептал он. — Завтра будет новый день.
Я вздохнула и провалилась в темноту, унося с собой тепло его рук и странную, пугающую, прекрасную мысль о том, что внутри меня теперь растёт новая жизнь.
Которую создали мы.
Глава 40. Начало
Адриан
Телефон зазвонил в середине рабочего совещания.
Я взглянул на экран — Лия. Обычно она не звонила, когда я был в офисе, только писала сообщения. Я поднял руку, заставляя бет замолчать, и принял вызов.
— Адриан, — её голос был спокойным. Даже слишком. Словно она боялась сказать что-то вслух. — Приезжай за мной.
Я напрягся.
— Что случилось?
Она молчала секунду. Потом выдохнула — и в этом выдохе было что-то такое, от чего моё сердце пропустило удар.
— Мне кажется, что я рожаю.
Я вскочил, не помня себя.
— В смысле «кажется»? У тебя схватки? Воды?
— А-а-ааа… — донеслось из трубки. Не крик, скорее стон. Потом она задышала часто-часто, и я узнал это дыхание — так она дышала на курсах для беременных, когда мы учились справляться с болью. — Адриан, воды отошли. Прямо здесь, в холле университета.
— Ничего не делай, не двигайся, — рявкнул я, хватая ключи. — Я еду.
Я вылетел из кабинета, на ходу отдавая распоряжения Сэму разобраться со всем без меня, и уже в машине набрал номер охраны.
— Она в холле, — сказал я, без приветствий. — Что происходит?
— Мы не подходим, Альфа, — ответил старший. — Госпожа сказала не приближаться. Ждём вас.
Я стиснул руль. Летел по городу, игнорируя светофоры, рискуя всем. Внутри меня разрывался страх и благоговение. Она рожает. Нашего ребёнка. Через несколько часов я стану отцом.
Машина встала у крыльца университета, и я выскочил раньше, чем двигатель затих.
Она стояла, облокотившись на подоконник широченного окна в холле, бледная, сжимая рюкзак. Охрана стояла в отдалении, отсекая любопытные взгляды. Я подбежал, упал на колени, взял её лицо в ладони.
— Лия.