В императорском дворце в Токио они красовались в ценных вазах, а в бедных деревянных и бумажных лачугах землепашцев они стояли в бамбуковых сосудах, как единственное украшение убогого помещения. Если я оставался в какой-нибудь японской гостинице на несколько дней, то в моей бумажной комнате обязательно появлялись каждое утро цветы, приносимые нежными девичьими ручками; полуголые кули, возившие меня по стране в своих легких рикшах, закладывали себе за ухо цветок; по улицам городов бродят продавцы цветов, которыми наполнены корзины, висящие на бамбуковом шесте, и ни один нищий не может отказаться от того, чтобы не приобрести за несколько рин какого-нибудь цветка.
Но это еще не все. Весь японский календарь состоит из цветочных праздников; вместо того чтобы называть месяцы и времена года, как у нас, японцы дают им названия цветов, расцветающих в соответствующие месяцы, Своих дочерей японцы называют именами цветов, и они, как все японские женщины, одеваются соответственно тому, какой цветок в данное время расцветает.
Когда цветет вишня, японки носят кимоно, на которых вышиты вишневые цветы; когда вишня отцветает, то и в природе и в туалетах японок появляются азалии: и т. д. до ноября, когда наступает время самого прекрасного цветка Японии, хризантемы.
Даже стенные украшения в комнатах соответствуют цветам. Японцы вешают на голые бумажные стены какемоно, т. е. длинные полосы бумаги, на которых нарисованы цветы и разные другие предметы; когда цветут глицинии, пионы или лотос, тогда и в домах вешаются какемоно с такими же нарисованными цветами, а перед ними – вазы со свежими букетами.
Мы, европейцы, также, конечно, любим цветы, и многие из нас выращивают их и ухаживают за ними с такою же любовью, как японцы; но что касается составления букетов, гирлянд и проч., то мы сильно отстали от японцев, и только немецкие садоводы до некоторой степени способны изощряться на манер японцев. Но какими неизящными и грубыми кажутся те букеты, которые продаются на еженедельном цветочном рынке возле церкви Св. Мадлены в Париже! Несколько десятков роз одного цвета связывают вместе, и весь этот букет втискивается в бумажную воронку. Если бы японцы видели это, то они пришли бы в ужас. Здесь каждый цветок, когда он даже срезан, охорашивают так, как будто он находится еще в саду. Японец придает не столько значения аромату или окраске цветов, как его форме и искусному расположению цветка, стебля и листьев. Если листья сами по себе некрасивы, то они во всяком случае своим ансамблем подчеркивают красоту самых цветов. Уменье распределять цветы, как срезанные, так и сидящие на стеблях, считается в Японии одним из изящных искусств и входит в программу воспитания японской женщины; без таких знаний оно считается незаконченным.
При такой любви и даже страсти японцев к своей родной флоре нечего, конечно, удивляться, что цветы составляют главный сюжет для туземной живописи и скульптуры при выделке бронзовых изделий и фарфора и что японская аристократия избрала их для своих фамильных гербов.
Как у каждого японца в отдельности, так и у всего народа любовь к цветам выражается многочисленными празднествами, в которых принимают участие решительно все. Подобно тому как у нас есть праздники Рождества, Пасхи и Троицы, в Японии есть праздник вишневого цвета, праздники азалий и хризантем. Даже на Новый год дома украшаются, за неимением цветов, плющом, соснами и бамбуком. Но уже с наступлением весны, при согревающих лучах солнца, распускаются бутоны вишневого цвета, и тогда вся страна окутана розовато-красным цветом, точно с неба спустились маленькие облака, чтобы пробыть несколько недель среди деревьев в садах. Кто хоть раз имел счастье видеть необычайно пышный цвет вишневых деревьев в Японии, тому станет понятна любовь японцев именно к этим цветам, и тот найдет вполне естественным, что японцы культивируют вишневые деревья только ради цветов, так как японские вишни не годятся для еды. Их розоватый снег, окутывающий деревья, действует особенно сильно после холодного времени года. Поэтому любимый цветок японцев – не хризантема, как думают у нас в Европе, а вишневый цветок.
Незадолго до наступления времени полного расцвета вишневых цветов во всех ежедневных газетах появляются своеобразные бюллетени, отмечающие малейшее событие в этой области. Со всех мест страны шлют радостные телеграммы, что в том или другом месте вишня почти уже расцвела, а в отделе городских новостей можно прочесть, что принц Сандзё или министр-президент граф Ито уехали на три дня в Пару или Киото, чтобы полюбоваться на цветущую вишню. Наконец, вишневые деревья пышно расцветают и в столице.
Кто пойдет в первой половине апреля в вишневые рощи парка Уэно или Мукодзимы на берегу Сумидагавы, тот увидит огромные деревья, достигающие высоты старых сосен, сплошь покрытые цветами величиной в центифолию. На каждой ветке, на каждом сучке их по несколько штук, тесно прижатых друг к другу, так что одни ветви заслоняют другие; а позади них возвышаются могучие темно-зеленые криптомерии, эти самые красивые хвойные деревья на Востоке. От цветов идет нежный аромат: странные птицы поют и щебечут в густых розовато-красных венках цветов, отражающихся в тихих прудах, поросших лотосами.
Наконец, наступает день расцвета вишневых деревьев, национальный праздник японцев.
В течение всей ночи в больших аллеях и по боковым дорожкам, точно так же и вдоль узких, тенистых лесных дорожек, появляются сотни балаганов, в которых нарядные японцы и японки продают разного рода мишурные безделушки. Через каждые три дома находится чайный дом, в котором продается саке, и сотни семейств с чадами и домочадцами, разодетые в шелк, разгуливают по розовато-красному лесу, останавливаются перед каким-нибудь особенно красивым деревом, чтобы с видом знатоков полюбоваться им или же чтобы прикрепить к стволу стихи, восхваляющие его великолепие. Каждый владелец сада справляет в этот день праздник вишневых цветов и рассылает всем своим знакомым большие пригласительные картонки с нарисованными на них цветами вишен; даже при дворе устраивается гулянье в саду (garden party), на которое приглашается вся аристократия и дипломатический корпус: это гулянье устраивается обыкновенно в прекрасных садах Хамарикю.
Но если кто хочет ближе изучить народный быт, тот должен отправиться в Мукодзиму (в юго-восточной части Токио). Там во времена могущества сёгунов рода Токугава были посажены вишневые деревья, достигшие в настоящее время огромных таких размеров, что их ветви на верхушке сплелись и образуют розовато-красный свод. Это – главное место для ганами, т. е. для семейных пикников, которых дети ждут целый год.
Еще задолго до наступления праздника несколько семейств сговариваются соединиться вместе. Они являются сюда пешком, в лодках и в рикшах, каждая группа – с какой-нибудь особой приметой; у одних головы повязаны пестрыми платками, у других