Легким ментальным посылом я развеял фантомный образ покойной подруги моей клиентки. Интересно, будет ли отныне она посещать могилки своего покойного супруга и его усопшей полюбовницы? Скорее всего, все-таки будет, поскольку, судя по своей духовной организации, Бэла Израилевна дама отходчивая. Поймет, простит и будет посещать кладбище в определенные иудаизмом дни. По-прежнему станет оставлять на могилках небольшой камень в знак уважения покойника, произносить полагающиеся поминальные молитвы и раздавать страждущим немалую милостыню.
Перед уходом посетительница искренне поблагодарила меня, в растроганных чувствах даже обняла и прижала к своему мощному бюсту. Помимо полагающейся суммы оплаты через платежный терминал, выдала десять пятитысячных банкнот налом. Сразу видно, женщина с пониманием и с разумением, что не все наши доходы стоит светить перед государством, точнее, перед ненасытным фискальным аппаратом.
После убытия Кораблевой я направился в шоурум к кофемашине. А тут и моя «правая рука» пожаловала. Секретарша хоть и отпрашивалась на полчаса, однако, задержалась на час без малого. Что, впрочем, вполне ожидаемо, поскольку для Ксении что полчаса, что час — примерно один и тот же промежуток времени. Да и ладно, главное, как сотрудник она исполнительная, не болтает непонятно с кем часами по телефону и, как это ни странно, кофе из автомата у нее получается значительно вкуснее. Последнее обстоятельство для меня абсолютная загадка. Что я, что она выполняем одинаковые манипуляции с кофемашиной, однако её напиток превосходит мой по вкусу и запаху на порядок. И это никакая не магия (я проверял), скорее, специфическая особенность профессионального офис-менеджера, отработавшего на этой ниве более десяти лет.
— Здрасьте, Илем Жозефович. Я на месте. — Поставила хозяина в известность симпатичная длинноногая блондинка с бюстом четвертого размера и огромными синими глазищами. Ума не палата, но исполнительна и документы у нее содержатся в полном порядке. Ах да, если кто-то подумал обо мне что-то нехорошее, у меня никаких с неё отношений вне рамок трудового договора. Плавали, знаем, несколько раз в мою бытность еще тем Илемом Этанарским некоторые из моих наложниц, а также официальных жен пытались присесть мне на шею и начать вертеть моей головой в нужную им сторону. Все подобные попытки мной пресекались самым жестоким образом. Пожелавшей власти умнице-разумнице я вверял в полное её подчинение отряд зомби и в этой компании отсылал куда подальше от Вардха-Нархал, на строительство дороги, например, или орошение засушливых земель, коих на Танторе предостаточно.
Выплеснув из кружки в раковину кофе собственного приготовления, радостным голосом обратился к секретарше:
— Вот и отлично, Ксюшенька! Сделай-ка мне кофейку по своей загадочной методе.
— Вы мне льстите, босс. Вот если бы заглянули ко мне в гости, я бы вас таким напитком побаловала из медной джезвы, да на раскаленном песочке. У-м-м! Пальчики оближете.
Разумеется, ни в какие гости я не напрашивался и не собираюсь, а легкий флирт с молодым симпатичным мужчиной, пусть и работодателем, мною вполне допускается, до определенных пределов, границ которых ни я, ни Ксения не пересекали и пересекать не собираемся.
— Ничуть, моя богиня кофемашины. Твои таланты в деле приготовления кофе неоспоримы. — А чтобы девушка не обиделась ненароком, что босс принижает её профессиональные качества, тут же добавил: — Ну и все прочие, также. И, вообще, ты к меня умница и красавица. Кстати, как у тебя дела с очередным твоим воздыхателем? — Наши отношения с Ксенией носили вполне доверительный характер, до такой степени, что девушка практически не скрывала от меня некоторые подробности своей интимной жизни.
— Очередной облом, Илем Жозефович. Мало что скряга, еще и женатиком оказался… — и слегка надув свои красивые губки, пожаловалась: — Вот почему некоторым носатым и кривоногим бабам-ёгам достаются принцы, а мне умнице-красавице лишь аферисты, жаждущие воспользоваться моей плотью и слинять?
— Это потому что ты добрая и доверчивая и смотришь на мир глазами шестилетней девочки. Взрослей, подруга, научись, в конце концов, быть стервозной и расчетливой. Без этого в наше время никак.
На что девушка с легкой грустинкой в голосе смущенно выдала:
— Пытаюсь, но как-то не получается.
На этом наш разговор был исчерпан. Я отправился на свое рабочее место, оставив девушку готовить мне кофе.
Через пару минут на моем рабочем столе стояла исходящая паром кружка эспрессо. Сам же я в ожидании очередного клиента читал свежие политические новости в «Телеге».
Посетитель не заставил себя долго ждать. Коренной Вадим Прохорович оказался пухлощеким блондином высокого роста слегка за двадцать. Судя по мешковатой фигуре, человек абсолютно чужд занятиям спортом. Был молодой человек чем-то крайне взволнован.
— Помогите, господин магистр оккультных наук, — определенно, Ксения внушила юноше, каким образом ко мне обращаться, очередной ей за это плюсик к репутации и толика от излишков с барского стола госпожи Кораблевой, — мне срочно нужно с дедом недавно умершим пообщаться!
— Успокойтесь, Вадим Прохорович, надеюсь, вы принесли то, о чем вас предупреждала моя помощница?
— Ну да, принес. Вот оно. — Дрожащими от волнения руками молодой человек извлек из кармана джинсов пластиковый пакет и положил на мой стол.
Чтобы понять, что это никакая не могильная земля мне хватило одного лишь взгляда. Ни крупицы эктоплазмы, ни кванта некротической энергии.
— Нуте-с, то, что вы мне принесли, господин Коренной никакая не могильная земля. Ксения Николаевна должна была русским языком вам объяснить, что земля должна быть с могилы именно того упокоенного, с кем вы желаете пообщаться.
На что юноша лишь еще сильнее заволновался и выдал что-то уж очень несуразное:
— Ну, я подумал… — и немного осмелев, добавил: — короче, посчитал это условие полной ерундой и решил, что любая земля сгодится. Дед в Ростове-на-Дону упокоен, а мне с ним необходимо поговорить до завтрашнего утра.
На что я с улыбкой ответил:
— Видите ли, уважаемый, неподалеку отсюда есть парк, там здешние владельцы выгуливают своих питомцев. И каждый из этих Бобиков и Тузиков норовит оставить преогромную кучу дерьма. Очень надеюсь, что принесенная вами земля не из того парка. Так что в плане вызова на связь духовной сущности вашего уважаемого дедушки, извините, — разведя руками, констатировал я. — Впрочем, услуги моей фирмы не ограничиваются лишь разговорами с покойниками. Если вы поведаете о своей беде, вполне возможно, я смогу каким-то образом вам помочь. Но если это секрет, не подлежащий разглашению, в этом случае я полностью бессилен.
— Да какой там секрет! Мне в срочном порядке нужно добраться до одной хранящейся в сейфе деда штуковины, которую старик фактически подарил мне,