Общение с известным звонарем подтолкнуло Лебедева к созданию книги «О чём звонят колокола». Прежде чем приступить к её написанию, он ездил следом за Даниловым в Ростов Великий на его музыкальные концерты, встречи с деятелями культуры. На этих мероприятиях удавалось поговорить со звонарями Новгорода, Москвы, Ленинграда, Новосибирска, Валдая, Углича, острова Валаам, из Украины – Одессы, Черновиц… Предисловие к книге Лебедев попросил написать меня. Я высказал своё доброе слово: «Всю жизнь Константин Лебедев стремится постигать законы исторической памяти. Он много прошел пешком по тем деревням и малым городам Ярославщины, которые хранят секреты мастерства древнерусских подвижников… Его книжные очерки как раз и посвящены мастерам колокольного искусства, которых он встретил на своём пути. Автора интересуют не только трудовые подвиги и эпохальные свершения, но и жизнь в своей повседневной простоте и обыденности, её неспешный ритм и веками сложившийся уклад».
Начальные страницы будущей книги Лебедев читал в Доме культуры села Неверкова ученикам местной школы, воспитывая в них уважение к истории. Конечно, детям было интересно узнать о том, о чём не говорили на уроках, например, что колокола различают на три вида по размеру и звучанию – благовестники, красные и зазвонные. Первые из них были самые массивные и гудели как бы басом. Колокола средних размеров за красоту звука называли красными. Их звучание соответствовало почти всему диапазону человеческого голоса. Среди них были колокола теноровые, альтовые, баритональные. Самые маленькие колокола звонили, пели дискантом. Когда начинали звонить, звучали колокола всех трех видов, поэтому мелодию называли трехзвон или трезвон.
Школьники внимали каждому слову директора Дома культуры, особенно, когда тот рассказывал о знакомстве со звонарем.
– Я достал из походного этюдника небольшой акварельный этюд с изображением Малаховской церкви на реке Могза, – гремел голос Лебедева, – свернул его в трубку и стал пробираться через толпу корреспондентов и фоторепортеров к знаменитому звонарю. Взгляды наши встретились. Я выбрал момент и подарил ему свою работу. Иван Васильевич неожиданно крепко обнял меня. «Ну, спасибо, дорогой, приезжайте ко мне в Архангельск, в музей “Малые Карелы”», – сказал, улыбнулся и снова полез на звонницу, где ждали его верные ученики. Данилов – вылитый Пугачев: глаза блестят, широкоплечий, рослый, борода черная, блестит, как смоляная, а взгляд добрый, открытый.
Услышав о том, как красочный этюд помог Лебедеву познакомиться со звонарем, школьники взялись за рисование… В воскресенье поехали в Борисоглебский монастырь разыскивать Ивана Данилова. Но, оказалось, он уже уехал, потому колокольный перезвон в подарок им за рисунки устроили сотрудницы музея. Когда же вернулись домой, они слушали уже колокольный звон, звучащий с пластинки Ивана Данилова «Звоны северные», записанной им на всесоюзной фирме грамзаписи «Мелодия». Подогревал интерес к необычной музыке тот факт, что колокольные звоны в исполнении Данилова звучали в Норвегии, Швеции, Дании, Финляндии, Польше, Испании, Франции, Германии, США, Бельгии и во многих других странах.
Чтобы оживить работу сельского Дома культуры, Лебедев проводил там не только выставки, но и встречи с интересными людьми и известными деятелями культуры. На первые посиделки за «круглым столом» приехал, конечно же, Анатолий Онегов. Его выступление вызвало большой эмоциональный всплеск. Никто из приезжающих пропагандистов и деятелей культуры не говорил с людьми так открыто, смело и честно о бедах русской деревни, о засилии в русской культуре прогнившей либеральной интеллигенции, преклоняющейся перед Западом, о вреде для природы излишней химизации и мелиорации.
Уезжая из села Неверково, Онегов дал сельчанам слово, что приедет снова. Через год он выступал на сцене их Дома культуры всё с тем же гражданским пафосом и призывом беречь родную землю. В этот раз доброжелательный наказ писателя дан был Лебедеву:
– Пока у людей есть желание слушать, пока они верят и живут надеждой, что их труд на земле будет оценен по достоинству, тебе, Костя, нужно проводить как можно больше подобных встреч. Зови на трибуну всех тех, чья жизнь наполнена творчеством, трудовыми успехами, любовью к природе.
Но Константин Лебедев уже и без подсказки учителя видел, как тянутся сельчане в его клуб, когда он проводит для них интересные, содержательные вечера и концерты. На каждый выходной ему приходилось созывать к себе либо гармонистов и художников, либо писателей и поэтов. На дискотеках играл не магнитофон, а балалаечник Лев Кленкин, гармонист-виртуоз из Борисоглеба Виталий Королев, учитель-баянист из поселка Юркино Галина Строчилова. В Дом Культуры приезжали с лекциями писатель Александр Шпиякин, активист общества борьбы за народную трезвость Валентин Белоусов, художник Вячеслав Стекольщиков.
В районную газету то и дело прилетали письма от жителей села Неверково с теплыми отзывами о тех запоминающихся творческих вечерах, которые Лебедев посвящал отдельным подвижникам русской культуры. Как правило, они были его единомышленниками и друзьями. С концертом в Дом культуры приезжал талантливый баянист Вячеслав Пахмутов. Он работал техноруком на лесопункте в соседнем поселке Юркино. Лебедев вместе с ним готовил литературные и исторические конкурсы, праздничные выступления и викторины, продолжительное время выпускал в ДК большую новостную и просветительскую стенгазету.
Радостным событием для сельчан стало открытие в Доме культуры поэтической мастерской. Основные вечера вел популярный в районе поэт Константин Васильев. Он был ещё известен как орнитолог – своими книгами о поведении хищных птиц, частыми публикациями в газетах и столичных журналах. Познакомил его с Лебедевым я в редакции газеты, где также существовал поэтический кружок.
Васильев читал свои стихи сельчанам, а они просили продолжения и поддерживали его творчество крепкими аплодисментами. Многие стихи так нравились и западали в душу Лебедеву, что он их порой читал сам со сцены Дома культуры.
– В поэзии Константина Васильева своя струна, тончайшая и звонкая, как и его характер, – говорил Лебедев, представляя поэта сельчанам. – Его поэзия звенит, поет, порой плачет, но всегда живет, рвется к свету.
Помогли скрепить узы дружбы между Лебедевым и Васильевым их бескорыстная любовь к природе, совместные походы в лес, наблюдения за птицами. Все походы в сосновый бор проходили по одному сценарию: Васильев – записывал, Лебедев – рисовал. (Впоследствии графические изображения лесных птиц Лебедева пригодились для оформления книги Васильева «Орнитологические экскурсии по Ярославской области», которые красиво смотрелись с первой до последней страницы.)
На один из поэтических вечеров в гости к Лебедеву приехали корреспондент районного радио Владимир Зорин и его супруга Ольга. Ольга боготворила творчество Константина Васильева и исполнила под гитару песни, написанные