Кроме уговоров и наставлений, Онегов предпринял и другую тактику сдерживания меня. Слово, конечно, обладает силой убеждения, но личное участие, пример и действенная помощь имеют совершенно другое – крепкое – влияние на человека. Увы, я не сразу ощутил в то тяжелое время присутствие Онегова рядом, то, как он незаметно, но решительно кинулся помочь мне справиться с эмоциями и найти в себе силы остаться верным своей мечте: создать Экологическую республику и возродить на родной земле культурные и духовные традиции.
Первым осознанием того, что Онегов заинтересованно относится к воплощению моей мечты в жизнь, стало его письмо, в котором лежала статья, вырезанная из газеты «Правда». Название у неё ни к чему не обязывало – «Встань, подранок, на крыло», но рубрика вызывала интерес – «на темы воспитания». А чтобы я не отложил статью в сторону, в конце её, на полях, Онегов написал: «Толя! Я знаю, что газету “Правда” ты не читаешь, а потому этот листок тебе и посылаю. М. б., тебе пример, описанный в “Правде”, и пригодится». Для убедительности, вернее, для разъяснения, чем «пригодится» статья, он подчеркнул ручкой нужные абзацы. Знал, что раз статья большая да ещё про незнакомых подранков, да в то время, когда у меня нервозное настроение, то я пробегусь быстрым взглядом по отмеченному месту.
И вот читаю: «А дальше мой путь лежал в небольшой городок Куртамыш, что находится в той же Курганской области. Там действует клуб для ребят “Эдельвейс”. В клубе занимается примерно триста мальчишек и немного девчонок. Для них открыты несколько секций: самбо, туризм, мотоцикл, картинг, изостудия и другие. Выбор на любой интерес. Всякий первоклассник может поступить в клуб. Клуб провожает своих воспитанников в армию. Организовал клуб Анатолий Тельминов – местный житель, по образованию художник-керамист, по призванию педагог. Кроме того, он мастер спорта по туризму, перворазрядник по самбо, аквалангист, хорошо водит машину, мотоцикл, умеет метко стрелять, ремонтировать двигатель, лепить из глины, белить и красить потолки, класть кирпич, на деле любит и бережет природу… Всему этому и учит Анатолий Тельминов ребят в клубе “Эдельйвес”».
Безусловно, меня зацепили не увлечения героя очерка самбо, не его умение ремонтировать двигатели, а тяга к искусству и любовь к природе. Вынужденно увлекся чтением… Тотчас понял, что идея Тельминова в работе с мальчишками – не спортсменов из них вырастить, а воспитать в них правило: всё в жизни дается честным трудом – сила, счастье, самоутверждение. До того же редкого цветка эдельвейса, в честь которого назван клуб, и который растет высоко в недоступных горах, может добраться только упорный и мужественный человек. Подвижнический труд Тельминова напоминал мне моего друга, создателя знаменитого краеведческого клуба в городе Мышкине, писателя-педагога Владимира Гречухина. У него тоже в приоритете были и умение класть кирпичи, и лепить из глины… И вся жизнь в клубе и у того, и у другого строилась на самоуправлении. Чтобы пойти в поход, например, в горы на Кавказе, или за прялками по архангельским деревням, надо выдержать очень серьезный конкурс… Причем, победителей определяют сами ребята. В обоих клубах судит и рядит совет мальчишек, а не взрослый педагог. Такой полезный чужой опыт, конечно же, подходил и мне, мечтающему открыть Экологическую республику для детей. И начал я движение к осуществлению мечты, так же, как и Тельминов с Гречухиным, издали – с открытия секции бокса в Доме культуры, создания редколлегии по выпуску стенгазеты в поселковой школе, работы фотокружка в Доме пионеров. Без создания фундамента, без обретения почвы, без взращивания команды трудно было и думать, что на пустом месте можно реализовать серьезную идею – идею юношеской республики.
Онегов меня понимал. Я уводил мальчишек-боксеров в поход на речку, приглашал к себе домой послушать пластинку с голосами птиц, а он дарил им свои книги о природе, приходил в школы и училище с лекциями о смысле жизни, о выборе профессии. Когда он шел в детские аудитории, его не оставляла мысль, что кто-то из этих мальчишек и девчонок в будущем станут помощниками в организации Экологической республики.
Я всё чаще чувствовал, что Онегов исподволь ведет негласную борьбу за осуществление моей мечты. В какой-то момент она стала и его предназначением. После закрытия радиопередачи «Школа юннатов» ему не хватало полезной природоведческой работы с детьми. Мой проект мог восполнить его утрату. Он присылал мне нужную литературу по экологическому воспитанию, не забывал напоминать в письмах, что только родная земля поможет мне реализовать задуманное. А вскоре открыто перешел к тактике уговоров и сманивания творческих людей, близких по духу, к переезду на борисоглебскую землю, чтобы здесь открыть Экологическую республику. Одних – Константина Лебедева и Павла Виноградова – он сумел уговорить, других – Георгия Королькова и Александра Шпиякина – не смог. Мой студенческий друг Владимир Андронов, уехавший на Дальний Восток спасать краснокнижных журавлей, тоже пообещал Онегову перебраться ко мне на жительство. Только его стремление растянулось на годы.
Мое намерение уволиться из редакции газеты и уехать, куда глаза глядят, лишь бы не видеть и не слышать глупых чиновников, а я уже вел переговоры о переезде на родину жены, конечно, ставило под удар идею создания Экологической республики.
Тогда многие негативные факторы влияли на моё настроение бежать… Кажется, я уже начал привыкать к маразму начальников, к партийной цензуре, но в душе всё равно что-то скребло и ныло. Постоянное общение с маленькими и большими чиновниками, облеченными властью, уничтожающими вокруг себя творческую среду и насаждающими серость и равнодушие, убеждало меня, что не будет никакой возможности для создания Экологической республики. То есть нет оснований оставаться здесь. Нет ни поддержки, ни условий, ни соответствующей здоровой атмосферы. Пора собирать рюкзак и чемодан. И лишь участие Онегова в моём противостоянии со злом, его поддержка затормозили на время скорый отъезд.
А остановила моё намерение бежать от надоевших чиновников инструктор обкома КПСС Ирина Пухтий. Узнав о написанном мной заявлении, она приехала в редакцию газеты и за закрытыми дверьми долго говорила о чём-то с редактором Жанной Александровной Трусовой. Не знаю, чего больше