Но мы же справимся?
Глава 28
Решение
Парковка перед офисом кажется мне полем боя. Я смотрю на стеклянные двери, за которыми кипит обычная офисная жизнь, и чувствую, как внутри всё сжимается. Там — Катя, Петька с его длинным языком, наглая Алёна и ещё полсотни любопытных глаз, готовых просверлить во мне дыру.
— Готова? — спрашивает Кирилл, выключая двигатель.
Его голос звучит спокойно, но я чувствую напряжение. Он тоже переживает. За наши отношения, за то, чтобы мы не сломались под гнётом внешних обстоятельств. Но мы ведь готовы? Правда?
Всё переживём.
— Нет, — честно признаюсь я. — Но выбора особо нет.
Он берёт мою руку, переплетает пальцы с моими. Я бросаю на него взгляд, и внутри меня разливается тепло. В его глазах столько нежности, что утонуть можно. И хочется ведь.
— Выбор есть всегда. Мы можем развернуться и уехать обратно. Ко мне. В мою квартиру. Никто не увидит, не осудит…
— Кирилл, — обрываю его и улыбаюсь. — Мы уже это обсуждали.
— Я помню, — вздыхает он. — Просто проверяю, не передумала ли ты.
— Не передумала. Пошли.
Мы входим в офис вместе. Его рука лежит на моей пояснице, показывая всем кругом, что мы теперь пара. И это замечают все. Сразу.
Разговоры у кулера затихают на полуслове. Головы поворачиваются, как по команде. Десятки взглядов впиваются в нас. Кто-то смотрит с любопытством, кто-то с плохо скрываемой злобой, кто-то с завистью.
Катя стоит у своего стола с чашкой в руках. Её лицо становится каменным, но я вижу, как белеют костяшки пальцев, сжимающих керамику. Наверное, после вчерашнего скандала она думала, что мы с Шереметьевым расстались. И вот сюрприз.
Надо держаться. Надо показать, что нас ничего не колышет. Что никакие сплетни не испортят то, что зародилось между мной и боссом. И ничья специальная подрывная деятельность нас не разлучит.
Я выпрямляю спину и налепляю на лицо покер-фейс. Лучшая защита — никаких эмоций. Я профессионал. Я просто иду на своё рабочее место. Всё нормально.
Но Кирилл, кажется, решил, что хватит прятаться.
Он останавливается прямо посреди открытого пространства, посреди этого моря осуждающих взглядов, и поворачивает меня к себе. Его руки ложатся на мои плечи, он наклоняется и целует меня в щёку. Медленно, нежно. Прямо на глазах у всего офиса.
Я замираю. Щёки вспыхивают пожаром.
— Кирилл, — шиплю я еле слышно.
— Что? — спрашивает он и улыбается своей наглой, обезоруживающей улыбкой, против которой я и слова сказать не могу. — Я же теперь могу. Ты сама разрешила тебя целовать. Небольшое послабление в нашем споре.
И прежде чем я успеваю ответить, он берёт мою руку и подносит к губам. Целует пальцы. Один за другим. Медленно. Не отрывая от меня взгляда.
В офисе раздаётся чей-то приглушённый вздох. Кажется, Петька.
— Ты с ума сошёл, — выдыхаю я, но внутри всё поёт.
Потому что это так… открыто. Так честно. Так бесстрашно.
Он всё решил. И он не боится показывать остальным, что его выбор остановился на мне. Что я не просто короткая интрижка для него, я — это серьёзно.
— Сошёл, — соглашается он. — Но тебе это нравится.
Мы идём дальше. Только теперь он переплетает наши пальцы, и с невозмутимым видом ведёт меня к своему кабинету. В приёмной никого нет. Здесь он позволяет себе ещё большую вольность.
Притягивает в свои объятия и целует уже в губы. Долго, сладко, упоительно. Никак не может оторваться несмотря на то, что мы всё утро с ним целовались.
— Кому-то надо работать, — со вздохом пытаюсь оторваться от него.
— Надо, Женя, надо. Но я бы поработал над чем-нибудь другим сейчас…
— Пошляк, — смеюсь я. — Иди.
Наконец-то его широкоплечая фигура скрывается в кабинете, и я немного выдыхаю. Когда он рядом, все тормоза сгорают. Я же не выдержу такого напора. Сгорю в его руках.
Добираюсь до своего стола на ватных ногах. Сажусь, включаю компьютер, пытаюсь делать вид, что занимаюсь работой. Но это так сложно. В голове проскальзывают только картинки. Очень неприличные картинки с Кириллом в главной роли.
Эх. И о чём я только думаю? А он? О чём он сейчас думает? А вдруг обо мне? Может принести ему кофе? Хотя он не просил.
До безумия хочется снова его увидеть.
Влюблённая дурочка.
И тут вибрирует телефон.
Ева.
— Ты где шлялась всю ночь? — спрашивает она без приветствия своим обычным мрачным тоном. — Звонила тебе вчера, ты не ответила. Думала, ты уже в сугробе где-то замёрзла, и мне придётся морги обзванивать.
Я закатываю глаза. Ну только Ева так умеет шутить. Или не шутит, блин?
Я понижаю голос до шёпота, прикрывая трубку рукой.
— Я была… у Кирилла.
Пауза. Потом хмыканье.
— Ого. Быстро вы. Ну и как? Тебе понравилось, хоть? — слышу, как она начинает чем-то хрустеть.
Будто переключилась в режим собирания жарких подробностей. Сплетни. Интриги.
— Ева! — шиплю я. — Ничего такого не было. Просто… обстоятельства.
— Ага, обстоятельства, — тянет она скептически. — Ну-ну. А сегодня тебя тоже не ждать? Мне одной котлеты разогревать или на тебя нужно будет оставить?
Я открываю рот, чтобы сказать «конечно, буду», но в этот момент из кабинета выходит Кирилл и замечает меня с телефоном у уха. Он останавливается, смотрит на меня вопросительно.
— Ева? — спрашивает одними губами.
Я киваю, прикрывая трубку.
Он качает головой. Медленно, уверенно. Подходит ближе, наклоняется, и прежде чем я успеваю сообразить, забирает у меня телефон.
— Ева, привет, — говорит он в трубку своим самым спокойным, бархатным голосом. — Это Кирилл.
Я в ужасе пытаюсь выхватить телефон, но он легко уворачивается, одной рукой удерживая меня на месте. Другой рукой он прижимает меня к столу. Я оказываюсь зажата между его телом и столешницей, лицом к лицу с ним, и дышу только его запахом.
— Да, всё хорошо, — продолжает он, глядя мне прямо в глаза. — Нет, сегодня она не приедет. Я её не отпускаю. — Пауза. — Ага. Передам. Пока.
Он нажимает отбой и возвращает мне телефон с самой довольной улыбкой, какую я когда-либо видела на его лице.
— Ты… ты что сделал⁈ — выдыхаю я.
Он всё ещё слишком близко, так что моя соображалка работает сейчас туго.
— Помог тебе принять правильное решение, — отвечает он, и его взгляд темнеет. — Сегодня ты остаёшься со мной. И завтра. И послезавтра. И каждый день, пока не закончится этот чёртов месяц. И… потом обсудим условия…
— Кирилл, я не могу…
— Можешь, — перебивает он, касаясь губами моего виска. — Ты всё можешь.