— Идёмте, — сказал он. — Вы пропустили первые бои, но главные ещё впереди.
Королева сидела в ложе, отделённой от остальных зрителей резной деревянной решёткой. Увидев Карину, она поджала губы.
— Что здесь делает кухарка? — холодно спросила Анисья.
— Она наш гость, — сказал Родион, не отводя взгляда.
— С каких пор простых кухарок приглашают на турниры?
— С тех пор, как они спасают королевство от голода, — спокойно ответил Родион.
Анисья замолчала, но взгляда отвела.
Карина села на скамью рядом с Кешей, который уже вцепился в перила и с восторгом смотрел на арену. Там бились рыцари, звенели мечи, лязгали доспехи, а от ударов летели искры. Было шумно, пыльно и совершенно не похоже на её прошлую жизнь.
Иногда, — подумала Карина, — реальность оказывается страннее снов.
Поздно вечером, когда бои закончились и народ разошёлся, Родион проводил её до дверей комнаты.
— Спасибо, — сказал он. — За Кешу. Он сегодня улыбался, наверное, впервые за долгое время.
— Он хороший мальчик, — сказала Карина. — Просто ему нужно, чтобы кто-то его слушал.
— Вы тоже хорошая, — тихо сказал Родион. — Ещё раз спасибо. За всё.
Он ушёл, а Карина зашла к себе в комнату. Говорливой Аглаи пока не было — наверное, всё ещё бегала по поручениям королевы. Зато на пороге её встретил поросёнок. Сидел на холодном полу, смотрел на неё своими круглыми глазками и требовательно хрюкал.
— А ты что здесь делаешь? — спросила Карина, закрывая дверь. — Я же велела тебе сидеть на кухне.
Поросёнок подошёл к ней, сел на задние лапы и снова громко хрюкнул.
— С тобой уже можно выступать в цирке, — вздохнула Карина, садясь на кровать. — Главное, чтобы драконица тебя не увидела и не приказала подать к столу.
В этот момент из угла раздалось тихое мяуканье. Тихон сидел на табуретке и что-то держал в зубах.
— Что это у тебя? — спросила Карина, подходя ближе.
Кот спрыгнул на пол, подошёл к хозяйке и положил перед ней старую брошь. Замшелый металл, потускневший зелёный камень, сломанная застёжка. Тихон гордо задрал хвост и посмотрел на неё с видом «смотри, какое сокровище я нашёл!».
Карина подняла брошь и повертела её в руках. Тяжёлая, старая, на обратной стороне какие-то царапины, похожие на инициалы.
— Откуда это у тебя? — прошептала она.Кот не ответил. Он улёгся на лавку, свернулся калачиком и принялся умываться, делая вид, что ничего особенного не произошло. Карина сжала брошь в кулаке, потом спрятала под матрас, дав себе слово позже найти хозяйку этой вещицы.
Глава 9
Возвращение той самой
После турнира три дня подряд на кухне мыли посуду. Кастрюли, сковородки, противни, подносы, миски, ложки, ножи — всё это громоздилось горами, и казалось, что им не будет конца.
— Всё, — сказала Карина, когда последняя тарелка была вытерта и убрана в шкаф. — Больше ни одного турнира в этом году.
— Королева говорит, через месяц ещё один, — робко заметила Глаша.
— Тогда я увольняюсь.
— А разве вас кто-то отпустит?
Карина задумалась. В самом деле, кто её отпустит?
Поросёнок, который за время турнира вдоволь отъелся и теперь напоминал наглого молодого кабана, тыкался носом в её ногу и требовал еды. Карина вздохнула и бросила ему хлебную корку.
— Ты даже не свинья, — сказала она со вздохом. — Ты — прорва.
Борька довольно захрюкал, схватил корку и утащил добычу в угол к печке, где уже дремал, растянувшись во всю длину, Тихон. Кот даже ухом не повёл, только хвост дёрнулся, когда поросёнок устроился рядом.
Кот после появления в замке чувствовал себя королём. Он спал где ему вздумается — на подоконниках, на свежевыстиранном белье, на коленях у служанок, которые боялись его спугнуть. Он ел лучшие мясные обрезки, которые Карина откладывала для него специально. И гонял голубей во внутреннем дворе с видом заправского охотника.
Но Карину он ревновал. Если она задерживалась на кухне дольше обычного, кот приходил и садился напротив, сверля её жёлтыми глазами с таким видом, будто она ему задолжала крупную сумму. Если она разговаривала с Фомкой дольше пяти минут — Тихон запрыгивал на стол и скидывал на пол то, что было под лапой. Ложку, миску, кружку — неважно.
— Хватит, — сказала Карина, когда кот опрокинул чашку с молоком.
Тихон фыркнул и гордо ушёл.
Зато Аглая была в восторге от пушистого соседа.
— Ой, какой котик! — щебетала она, пытаясь его погладить каждый раз, когда видела. — Пушистенький!
Тихон смотрел на неё взглядом, полным презрения, и не разрешал себя гладить. Вообще он давался в руки только Карине, а иногда Фомке, если тот приносил ему рыбу. И только Кешу кот безоговорочно признавал — иногда даже ночевал в его комнате, свернувшись в ногах, и мальчик не возражал.
Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, и смотрел в пол. За спиной у него болтался лук — старый, явно не по размеру, с потёртой тетивой. Карина отложила нож и вытерла руки о передник.
— Ты чего? — спросила она.
— Сходите со мной пострелять по мишеням? — буркнул мальчишка.
— Я не умею стрелять из лука, — честно сказала Карина.
— А говорили, вы многое умеете.
— Я умею бухгалтерию вести. И блины печь. А стрелять — нет.
Кеша помрачнел, закусил губу и развернулся, чтобы уйти. Карина поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы он обижался.
— Но я могу попробовать, — остановила она его. — Если ты меня научишь.
Кеша остановился. Подумал секунду, потом обернулся и кивнул.
— Моя мама меня учила стрелять, — сказал он тихо. — Она хорошо стреляла. Лучше всех.
Карина сняла передник, положила его на лавку и пошла за ним во двор.
༺༻ ༺༻ ༺༻
Стрельбище находилось за конюшнями, у старой каменной стены, где висели соломенные мишени. Кеша показал, как держать лук, как натягивать тетиву, как целиться и дышать, чтобы не сбивался прицел. Карина слушала, стараясь запомнить каждое движение.
— Вы не так стоите, — сказал он. — Ноги шире.
Она расставила ноги.
— Ещё.
— Я сейчас упаду.
— Не упадёте. Держите спину прямо.
Карина сосредоточилась, выдохнула, натянула тетиву и отпустила. Стрела улетела в