— Хорошо, спасибо… мистер… — я устремила на мужчину растерянный взгляд.
— Дорсен, — подсказал он улыбаясь.
Я улыбнулась ему в ответ, устраиваясь поудобнее под одеялом.
— Не вздумайте вставать, — пригрозил мужчина шутливо и, взяв лежащую на кресле тряпичную сумку, направился к двери.
Оставшись одна, я закрыла глаза, пытаясь осмыслить услышанное, и постепенно провалилась в беспокойный сон.
Глава 37
Глава 37
— Голубка моя…
Я качнула головой, пытаясь отмахнуться от наваждения, и сквозь сон прошептала:
— Уходите…
Почувствовав лёгкое прикосновение к щеке, испуганно распахнула глаза, едва не вскрикнув.
В полумраке предрассветного часа, фигура незнакомца, склонившемся надо мной, казалась призрачной.
— Что же ты натворила? М? — еле слышно спросил мужчина, склонив голову набок. — Зачем вышла замуж? Да ещё за этого…
В голосе незнакомца отчётливо прозвучало разочарование.
Я нахмурилась, пытаясь ухватить ускользающие обрывки сна, или это не сон?
Сглотнув, просипела:
— Вы кто…? Как пробрались сюда?
— Столько вопросов… — усмехнулся таинственный гость.
Затем выпрямился и, посмотрев на дверь, замер, словно прислушиваясь к чему-то.
— Мне пора исчезнуть.
— Что? — выдохнула я, всё ещё не осознавая, что в мою комнату пробрался незнакомец.
Я проводила его ошеломлённым взглядом до стеклянной двери, ведущей на террасу, чувствуя, как ускользают последние всполохи сна. Моё сердце пропустило удар, когда послышался осторожный скрип открывающейся двери с противоположной стороны комнаты. Я резко обернулась.
На пороге стоял Боварни.
Я закрыла глаза. И, стараясь дышать как можно ровнее, начала прислушиваться к его шагам. Герцог пересёк комнату и остановился где-то рядом. Я слышала, как тяжело он дышит.
Шумно вздохнув, мой супруг сел на край кровати. Она податливо прогнулась, под его весом.
— Оливия… — надломленный шёпот, полный боли раздался совсем рядом.
Я осторожно приоткрыла глаза. Герцог сидел, сгорбившись, локти упирались в колени, а лицо было скрыто в ладонях. Он казался сломленным и уязвимым, и этот вид пугал меня больше, чем его гнев.
Нервно сглотнув, я осознала с леденящей ясностью, что своим внезапным приходом, герцог спугнул незнакомца…
А был ли этот таинственный гость незнакомцем?
Я слегка свела брови. Воспоминания о недавней встрече, вспыхивали в памяти, подобно искрам, выскакивающим из костра.
Хрипловатый голос…
Усмешка…
Знакомый поворот головы…
Широкие плечи…
Терпкий запах…
Аскер!
Я невольно вскрикнула.
— Оливия! — Боварни кинулся ко мне и, осторожно проведя ладонью по моей голове, встревоженно спросил: — что случилось? Где болит?
Опершись на локти, я приподнялась и посмотрела перед собой.
Как он меня нашёл? А главное, зачем?
— Зачем…? — просипела я.
— Ну как зачем? — удивился встревоженный герцог, — я обеспокоен, поэтому пришёл.
Я посмотрела на супруга. Мягкие предрассветные солнечные лучи делали его лицо мягче. Мой взгляд скользнул по его щеке и задержался на губах.
Уголки его губ дрогнули.
— Мне остаться? — хриплым голосом спросил Боварни, наклоняясь ближе.
Нахмурившись, я покачала головой.
— Нет… — едва слышно вымолвила я.
Герцог усмехнулся, лукаво сверкнув глазами.
— Зачастую женское нет… — произнёс он, и его горячее дыхание обожгло висок, — означает да…
Зло сощурив глаза, я прошипела:
— Уходите.
— Только после…
Но он недоговорил. Его ладонь легла мне на затылок, а губы накрыли мои. Поцелуй был недолгим и таким жадным.
Я распахнула глаза и, упершись ладонью о широкую грудь Боварни, возмущённо пискнула.
Отстранившись, герцог посмотрел на меня потемневшим взглядом.
— Ты ниспослана мне небесами… — низким голосом вымолвил он.
Сжав пальцы в кулак, осторожно натянул мои волосы. Вперившись на него гневным взглядом, произнесла:
— Отпустите меня...
— Никогда… — рыкнул он в ответ и снова поцеловал.
Я была ошеломлена.
Но, спустя мгновение, вонзила ногти в его лицо.
Он взвыл от боли и, отпрянув, процедил:
— Ты что творишь?
— Пошёл вон… — в ответ прошипела я.
Сжав губы в тонкую линию, герцог метнул на меня гневный взгляд.
— Не вздумай повторять…
— Не вздумайте приближаться! — выкрикнула я, и с угрозой добавила: — иначе…
— Расцарапаешь меня как кошка? — усмехнулся Боварни и, проведя ладонью по щеке, хмыкнул: — кошка рано или поздно привыкает к хозяину…
— Никогда! — бросила я.
Глубоко вздохнув, герцог с теплотой произнёс:
— Ты теперь моя, Оливия…
Я натянула одеяло до подбородка, словно защищаясь от его посягательств. И испуганно уставившись на супруга, прислушивалась к своему сердцу, которое гулко билось в груди.
— Я завоёвывал города и страны… И тебя завоюю.
Я открыла рот и хотела было возразить, но осеклась, встретившись с его свирепым взглядом.
— Пора взрослеть, — бросил он и, развернувшись, вышел из комнаты.
Глава 38
Глава 38
Герцог Теодор Боварни.
Я вышагивал по коридору, ощущая, как ярость обжигает изнутри. Где, чёрт возьми, моя выдержка?! Где моё хладнокровие?
С губ сорвался сдавленный стон. В порыве гнева столкнул со стола вазу, попавшуюся на пути. В тишине звонким эхом раздался звук разбившейся глиняного сосуда. На пол белым веером, упали цветы и осколки.
Остановившись, я задержал свой взгляд на нежных бутонах.
— Оливия… — словно заклинание произнёс имя супруги.
Она, как и эти цветы, невинна и прекрасна… Но обречена…
Я гулко сглотнул.
Обречена стать счастливой, в моих объятьях. И никак иначе!
Сжав кулаки до хруста, поднял глаза и увидел женский силуэт.
— Севилия… — выплюнул имя любовницы и двинулся к ней навстречу…
Она, заломив руки, упала передо мной на колени, словно подкошенная.
Поморщившись, я выругался.
— Ты отстала от менестрелей? — язвительно бросил я, — прекрати, мне неинтересно на это смотреть.
— Теодор… — всхлипнула она.
Остановившись напротив неё, я сцепил руки за спиной.
— Встань. — Велел я, низким голосом.
— Теодор, любимый… Не предавай нашу любовь…
— Не смеши, — со злой усмешкой откликнулся я.
— Теодор, я готова бороться за наше счастье, — я лишь брезгливо поморщился, отведя взгляд в сторону. А отвергнутая любовница продолжила: — позволь мне остаться… Рядом с тобой…
— Нет, — отрубил я, желая прекратить поток её стенаний.
— Она же не подпустила тебя к себе… — Севилия посмотрела на меня снизу вверх, с трудом скрывая надменную насмешку, — а я пока побуду рядом… Милый, я нужна тебе…
— Не нужна.
— Тебе же нравится ложиться в согретую мной постель? — она протянула ко мне