— До Светы, попросила прийти, — опираюсь плечом о стену.
— М, — кивает.
— А ты, смотрю, закопался в работе.
— А кто ее работать будет, если не я? По крайней мере, бумажная точно никому не нужна. А я еще и не выездной пока. Скорее бы уже снять гипс, — причитает он.
— Ничего, немного осталось.
— Угу, недели две-три, — хмыкает.
— Ладно, я побежала. Приду, пообедаем вместе?
— Спрашиваешь еще? Я без тебя не притронусь к еде, если вообще о ней вспомню.
— Хорошо, я постараюсь побыстрее, — обещаю я и все же подхожу к нему. Наклонившись, целую в губы, которые он подставляет, улыбнувшись.
Я торопливым шагом иду в кафе. Пока иду, мои мысли перескакивают с одного на другое. То о Роме, о наших с ним отношениях. Мы пока не переступаем черту, не вторгаемся в личное пространство друг друга, но уже начинаем претендовать на свободное время. А следом думаю, что же случилось у Светика? Может, Льву набрать? Хотя я все еще не уверена, что у них вообще что-то есть.
Подхожу к кафе. Поднимаюсь по ступенькам и открываю дверь. В будни днем здесь тихо. Гости бывают, но не так много, как к вечеру. А в выходные здесь отдыхают с детьми, и это очень здорово.
— Пришла! — встречает меня Света.
— Обещала же, — улыбаюсь, снимая куртку.
— Чай-кофе?
— Давай чай, — соглашаюсь и приземляюсь за столик.
Через пару минут приходит Света с двумя чашками и кексами.
— Ну, рассказывай, не томи, — прошу я.
— Тебе еще нужна работа? — спрашивает она и делает глоток чая.
— Нужна, конечно. Я все еще ищу. Такие заказы, как этот, — обвожу взглядом зал, — большая удача. И боюсь, что подобное теперь не скоро повторится.
— У меня есть знакомый. У него своя рекламная компания. Был тут у меня на днях с семьей и остался очень приятно удивлен. Спросил, кто художник. В общем, есть вероятность, что тебе могло бы понравиться его предложение. Ты же любишь рисовать? А еще и думать, как правильно все это изобразить.
Слушаю ее, и да, мне нравится этот вариант.
— Вот, — кладет на столик визитку, — просил тебя позвонить ему.
— Хорошо, — беру пластик в руки.
— Хороший мужик, думаю, вы могли бы сработаться.
— Спасибо тебе большое.
— И это еще не все, — продолжает она.
Смотрю на нее с немым вопросом.
— Мне нужна твоя помощь, — вздыхает.
— Что случилось?
— Ну что ты сразу — что случилось, что случилось? Мне нужен человек, которому я могла бы доверять.
— Таких нет? — удивляюсь.
— Пока не нашла. Кого-то из своих? — пожимает плечами. — Из всех, кого я знаю, на ум приходишь только ты, Надя.
— Я? — удивленно хлопаю глазами.
— Да. Мне нужен администратор. Я с себя эти функции не снимаю, мне просто нужна подмена. А то так: нужен выходной, а заменить меня некем. Это хорошо, что есть человек, который занимается полностью бухгалтерией, и повар у меня следит за закупками.
— А как же, — смотрю на визитку рекламного агентства.
— А тут можно договориться, — снова улыбается. — Если ты захочешь и сможешь, то можно совмещать. Здесь же не на всю рабочую неделю, а дня два. Вот и там тоже пойдут навстречу, если вы сойдетесь.
— То пусто, то густо, — откидываюсь на спинку стула и допиваю чай.
— Бывает, — пожимает плечами. — Кстати, что там у тебя с муженьком бывшим?
— Пока молчит. Когда мама уехала, думала, Лёня снова примется за свое. Но нет, — пожимаю плечами. — Однако я жду чего-то.
— Например?
— Не знаю. Адвокат сказала, что направила документы о разделе для ознакомления его адвокату. Говорит, ждем. Пара дней — и либо идем в суд, либо…
— Ты думаешь, он будет воевать? — в воздухе пальцами показывает кавычки.
— Я уже не знаю, что думать, Свет. Я устала от этой войны. Хочу уже наконец определенности. Разошлись бы по-мирному, и все. Ему никто не будет запрещать видеться с сыном. Если только Марк этого захочет. Но, судя по его настроению, захочет он этого не скоро. Но Лёня сам виноват, пошел не той дорогой.
— Мужики, имеющие власть над женщиной, еще те… — хмурится она, поджав губы.
У меня мелькает мысль, что у Светы в жизни было что-то подобное… И мне хочется ее спросить. Но не решаюсь.
— Ладно, — тряхнула головой и снова улыбнулась. — Что думаешь?
— Я не хочу тебе отказывать, для меня это кафе стало родным, — мягко улыбаюсь. — Но я еще хочу поговорить с, — читаю имя на визитке, — Артемом Сергеевичем. И уже тогда буду решать, что да как.
— Вот так всегда, — смеется она. — Надо было придержать визитку и сделать свое предложение первым. Но я видела, как тебе нравится создавать вот такие потрясающие шедевры. Поэтому… В общем, я жду твоего согласия, — снова улыбается.
Еще немного болтаем и расходимся по своим делам.
Выйдя из кафе, я, недолго думая, набираю номер, указанный на визитке.
— Слушаю, — отвечает мужской голос.
Я объясняю, кто я и зачем звоню.
— Отлично. Сегодня я в разъездах. А завтра готов с вами встретиться и обсудить детали. Буду рад познакомиться с вами поближе, — звучит воодушевленно. — Я, честно, под впечатлением от вашей работы.
— Спасибо, — благодарю я, и мы договариваемся о времени на завтра.
Довольная, с гулко бьющимся сердцем, я делаю пару шагов, как телефон в кармане куртки снова оживает. Взяв его в руки, я замираю.
Лёня.
Смотрю на экран и, мазнув по нему пальцем, сбрасываю вызов. Не хочу я с ним разговаривать. Имею право? Вполне себе, мне кажется. После всего, что было, я никому ничего не должна. Но не успеваю сделать и пары шагов, как телефон вновь оживает пронзительной трелью. И снова на экране высвечивается “Лёня”.
— Не хочу я с тобой разговаривать! Не хочу! — говорю я вслух и снова сбрасываю вызов.
Не хочу портить себе настроение. Почему, как только у меня всё начинает налаживаться, сразу же, просто моментально, появляется кто-то, кто хочет всё испортить? То мама со своими бесконечными “фу”, теперь вот бывший муж, которому, видите ли, снова что-то от меня понадобилось. Да идите вы все!
Захожу по пути в магазин, покупаю продукты. Качу тележку между рядов, разглядываю ценники и пытаюсь успокоиться. Глубокий вдох, выдох. Не позволю ему испортить мне день.
Вернувшись домой, сначала захожу к себе, переодеваюсь. Кое-что из продуктов оставляю тут, часть забираю с собой и иду к Роме. На душе сразу теплеет, как только я поворачиваю ручку его двери.
— Я вернулась, — заглядываю к нему в зал.
— Ага, — поднимает на меня взгляд, уголки губ трогает