— О, какой же ты наивный, — ее голос стал низким и обволакивающим, как лезвие, завернутое в шелк. — Я превращаюсь, когда захочу. А в тот миг… я превращаюсь, даже если не хочу. Разницу улавливаешь, охотник? Тот факт, что перед тобой дракон, еще не означает, что это твоя заслуга.
Она смерила его взглядом, исполненным старого превосходства, бросая вызов. И Алекс вдруг понял, что его шутка, вместо того чтобы смутить ее, лишь вернула ей почву под ногами — поле для их привычной словесной дуэли.
Он рассмеялся.
— Улавливаю, — сказал он, все еще улыбаясь. — Значит, ставки стали еще выше.
— Значит, ты наконец-то начал понимать правила игры, — парировала она, но тень улыбки тронула ее губы.
Он успокоился, и его выражение лица снова стало серьезным.
— А что насчет меня? — спросил он, возвращаясь к самому главному. — Что ты увидела во мне, в конце концов?
Кайена посмотрела на него, и в ее глазах мелькнула тень язвительной улыбки.
— В тебе? Я увидела самого самовлюбленного, наглого и циничного человека из всех, кого встречала. Охотника. Коллекционера. Я видела каждую твою ложь, каждую уловку, каждый просчитанный шаг. Я с первой минуты знала, что ты хочешь добавить меня в свою коллекцию.
Он почувствовал, как горит его лицо. Слышать это вслух, зная, что это чистая правда, было унизительно.
— Но… — она отвела взгляд, снова став уязвимой. — Я увидела и другое. Искру чего-то настоящего. Какую-то странную, извращенную честность в твоей наглости. Ты не притворялся благородным рыцарем. Ты был тем, кем был. И в этом был… вызов. Мне стало интересно. Я подумала… — она замолчала, подбирая слова. — Я сделала ставку. Что под всей этой шелухой самовлюбленности есть что-то… большее. Что ты не испугаешься. Что твое любопытство окажется сильнее страха.
Она снова посмотрела на него, и в ее глазах стоял вопрос, который она не решалась задать.
Глава 44
Откровение Коллекционера
Алекс молчал, переваривая ее слова. Дождь затих. Ее правда, страшная и невероятная, теперь лежала между ними. И он понял, что его собственная ложь, такая привычная и удобная, больше не имеет смысла.
Он медленно высвободился из-под одеяла, поднялся, подошел к окну и открыл створки. Холодный воздух коснулся его кожи. Он посмотрел на чужое, серое небо, а затем обернулся к ней.
— Ты увидела все правильно, — его голос был тихим, но в оглушительной тишине спальни он звучал как приговор самому себе. — Каждое слово — правда.
Он вернулся и сел напротив нее, так близко, что их колени почти соприкасались. Он смотрел ей прямо в глаза, без уловок и масок.
— В моем мире я был именно тем, кого ты описала. Охотником. Коллекционером. У меня был даже список, — он горько усмехнулся. — Гербарий, как называл его мой друг. Я находил самых красивых, самых неприступных, самых сложных. И ломал их. Не физически. Я находил их слабость, их тайную мечту, их страх, и играл на этом. А когда получал то, что хотел — их доверие, их страсть, их любовь — мне становилось скучно. Я уходил. И ставил галочку. Экспонат получен.
Кайена слушала, не отрывая от него взгляда. В ее глазах не было ни удивления, ни осуждения. Только внимание.
— Я никогда никого не любил, — продолжил он. — Я даже не был уверен, что это чувство существует. Для меня все это было просто… очередным уровнем игры. Главным призом.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями.
— В ту ночь, когда я попал сюда… Я как раз возвращался с очередной «охоты». Я чувствовал себя королем мира. Непобедимым. И этот мир, эта деревня, этот замок… все это было для меня лишь новой, еще более сложной игровой площадкой. Новой охотой.
Он посмотрел на нее, и в его взгляде была абсолютная, безжалостная честность.
— И да, ты была права. Ты стала главной целью. Самым ценным, самым невозможным экспонатом, который я жаждал заполучить. Я использовал все, что знал. Каждую уловку, каждую полуправду, каждую свою проклятую сказку. Я хотел увидеть в твоих глазах то же самое, что и в глазах других — обожание, покорность, капитуляцию.
Он замолчал, и тишина повисла между ними, тяжелая и густая. Он сказал все. Выложил всю свою уродливую правду ей под ноги.
— Но сейчас… — он выдохнул, и его голос дрогнул. — Сейчас все иначе.
Он медленно, почти нерешительно, протянул руку и коснулся ее щеки. Она не отстранилась.
— Я смотрел, как ты управляешь, как сражаешься, как споришь. Я видел твою силу, твой ум, твою язвительность. А потом… я увидел твою усталость. Твое одиночество. Твою боль. И я понял, что впервые в жизни мне интересно не ломать стены, а понять, почему они были построены. Мне впервые стало интересно не то, что я могу взять, а то, что я могу… просто быть рядом.
Он смотрел в ее изумрудные глаза, и мир сузился до этого взгляда.
— Я пришел сюда за трофеем, Кайена. А нашел нечто, что не помещается ни в одну коллекцию. Я нашел тебя. И я люблю тебя.
Последние три слова он произнес почти шепотом.
Глава 45
Необходимость в ледяном роднике
Воздух в покоях Кайены был прохладным, но он нагревался с каждым их движением. После долгого дня совещаний и разборов, наполненного скрытыми взглядами и едва уловимыми прикосновениями под столом, эта ночь была их убежищем.
Алекс прислонился к косяку двери, наблюдая, как Кайена снимает сложную прическу, и алые волосы водопадом рассыпаются по ее плечам.
— Что-то случилось, охотник? — бросила она через плечо, и в ее глазах плескалась знакомая насмешка.
— Я просто восхищаюсь, — отозвался он, отталкиваясь от косяка и медленно приближаясь. — Смотрю на самую неприступную крепость, которую мне довелось штурмовать. И думаю, как же мне повезло, что я внутри.
— Не внутри, — она повернулась к нему, ее поза была вызовом. — Ты всего лишь получил пропуск в предвратные укрепления. До главной цитадели тебе еще ползти и ползти.
Он оказался в паре дюймов от нее, его дыхание смешалось с ее дыханием.
— О, я люблю долгие осады. Особенно когда награда того стоит.
Его губы нашли ее губы в медленном, исследующем поцелуе. Она ответила с той же расчетливой страстью, ее пальцы впились в его волосы, притягивая его ближе. Когда они наконец разъединились, ее глаза уже светились знакомым зеленым огоньком.
— Говорил же, ты волшебница, —