Дракон на эту фразу только качает головой, некоторые ничего не хотят слышать, так зачем тратить время на их убеждение.
А я подхожу к Нельсону, не веря, что меня отпустили, что я больше не стою перед жрецом и не молю Высшие силы помочь мне.
— И что дальше? Какая печать? Ты что задумал? — спрашиваю его шепотом.
— Сейчас увидишь, доверься мне, — подмигивает мне Нельсон и проводит ладонью по моему плечу.
Кожу в этом месте тут же обдает жаром, но странное ощущение быстро проходит. Зато вокруг меня слышатся удивленные возгласы.
— Это правда!
— Она избранница незаконнорожденного принца!
— Он не солгал!
— Барон совершил преступление!
В растерянности оглядываюсь на гостей, не понимая, с чего вдруг такой переполох. И только потом я догадываюсь посмотреть на свое плечо. А на нем изображен какой — то черный знак. И я точно знаю, что еще с утра его на мне не было.
12
Это что же получается, я и впрямь теперь заклейменная точно мои свиньи?
— Он не ототрется, да? — пытаюсь убрать знак пальцами, но не выходит. — Зачем ты это сделал? Мы не договаривались о рабстве! Я не сбежала, ты меня вытащил из одной кабалы, чтобы тут же засунуть в другую?! За что ты так со мной?
Последнюю фразу я произношу довольно громко и истерично. И, конечно, привлекаю к нашей паре всеобщее внимание. Не то чтобы мы были его лишены, но люди все же немного отвлеклись, обсуждая печать и поведение Ришара, а теперь снова смотрят на нас с Нельсоном и молчат, жадно ловя каждое сказанное нами слово.
— Агнесс, милая, я ничего плохого не сделал. Это лишь знак моего покровительства и того, что ты признанная моим драконом невеста, — пытается вразумить меня Нельсон, но у него не слишком получается.
— Признанная твоим драконом? — переспрашиваю я. — Но мы…
— Тшш, — На мои губы ложится палец Нельсона, — ни к чему рассказывать всей округе о том, что с нами приключилось, — Он наклоняется ниже ко мне и добавляет. — К тому же ты ведь не хочешь раскрыть нашу тайну, верно? Я уже начал выполнять часть своего соглашения, пора бы и тебе немного поработать.
Как цинично, но в то же самое время очень правдиво. Дракон прав, пора бы и мне поработать. А я чуть было не раскрыла наш замысел. Вон и коллеги Нельсона с любопытством косятся на нас двоих, наверняка они ничего не знают о нашем с ним соглашении, а я открываю рот, не подумав.
— Да, прости, виновата. Не ожидала татуировки на своем плече, плохо знакома с вашими драконьими обычаями. У нас на равнине ваших нет, все крылатые преимущественно в столице находятся, вот и не знаем мы тут ничего, — пытаюсь закруглить конфликт, а сама думаю о том, что не тем я занималась в свободное время, совсем не тем.
Читать надо было, много и упорно, и про драконов. А еще про столицу и королевские обычаи. А я все больше по книгам учета, да по зерну, и еще по тому, как сделать жизнь своих людей лучше, богаче и сытнее.
Какая из меня невеста почти принца? Никакая.
— П — прошу прощения, вышло чудовищное недоразумение, — бормочет барон, — я не знал, ничего не знал, — тот отчаянно машет головой, да так сильно, что я начинаю волноваться, как бы она у него не оторвалась. — Мадмуазель Агнесс ничего мне не сказала, не предупредила, я не знал, — снова повторяет он.
Нервный такой, совершенно не умеет держать удар. Зато моя тетушка его поддерживает, вон как заботливо за ручку ухватилась, не до меня стремится дотронутся, а до барона. А ведь это я в лапах могущественного дракона, не Ришар.
— Ничего, прощаю, — милостиво кивает Нельсон, — но с нами вы все равно пройдете, много вопросов накопилось.
— Нет! — вдруг восклицает тетка Кристина. — Вы не можете забрать ни в чем неповинного человека!
Я невольно морщусь от ее горячности, но сделать ничего не могу. Я не глава рода, у нас, собственно, и рода нет, одна фамилия осталась, да честь. И ту всякие бароны норовят испортить. Теперь еще и тетушка представление устраивает.
— Вы можете пойти с ним, все равно вам не дадут управлять его поместьем. Пока будут идти проверки, имущество барона Ришара будет под присмотром короны. А мадмуазель Коуди вольна сама распоряжаться своим, — любезно произносит Нельсон.
А мне его за одну эту фразу хочется расцеловать. Ради управления собственным наследием я готова еще десять печатей на себя поставить.
— Простите, ваша светлость, — подает голос жрец, — я так полагаю, сегодня никто не будет вступать в брак?
Гости, до этого звучащие как разбуженный улей, вновь замолкают и прислушиваются.
Нельсон, как отличный актер, выдерживает паузу прежде, чем ответить:
— Нет, но вы можете зафиксировать нашу с мадмуазель Коуди помолвку. Устроим пир в эту честь! Ты ведь согласна, милая? — интересуется дракон, обращаясь ко мне с милой улыбкой.
А я даже не знаю, что сказать: помолвка — не брак, но ощущение того, что меня зажимают в тиски гораздо более ненавязчиво и умело, чем это делал Ришар, прочно со мной.
13
— К — конечно, наверное, это будет разумно, — отвечаю неуверенно, лихорадочно пытаясь вспомнить, чем мне грозит подтверждение помолвки жрецом. В нашей семье лет сто как никто не заморачивался с правилами при заключении брака, все происходило максимально просто и по любви. — К тому же мои люди угощение наготовили, двух поросят закололи ради того, чтобы накормить гостей, а я не люблю, когда еда пропадает, это расточительно, — качаю головой.
— Такая юная и уже такая хозяйственная, — умиляется Нельсон.
— Я предупреждала, я не подхожу в невесты высокородному принцу, — произношу настороженно.
Слова дракона я принимаю за тщательно скрытую издевку, наверняка в своей столице он привык видеть других девиц, которых совсем не волнует, что приготовленные поросята пропадут. Да они наверняка даже не знают, что поросят до того, как они попадают к ним на стол, выращивают и закалывают.
— Где ты увидела высокородного? Я вырос на болотах с ведьмой, забыла? — Нельсон ободряюще улыбается мне и поворачивается к жрецу. — Мы готовы, начинайте!
Тоже возвращаю все свое внимание жрецу. Ришар и тетушка все еще здесь, их не увели, но без конвоя не оставили, двое из четырех сопровождавших Нельсона, стоят по обе стороны от парочки, ненавязчиво напоминая о том, что им не сбежать от правосудия.
На секунду меня посещают угрызения совести, тетка ведь ни в