Из-за этих тренировок парни уже знали, что Хару учится читать рэп.
Когда Сай и Сухён вернулись из школы, все вместе отправились в студию — записывать треки для альбома, а заодно и послушать, что там Роун ещё написал. То, что за месяц Хару научился читать рэп, Роуна удивило. Он опять минут пятнадцать ворчал что-то про консерваторию. Из его уст это звучало так, будто Хару там запрут в комнате с пятнадцатью разными инструментами и не выпустят, пока он не освоит их все.
Треки записывали с удовольствием. Сай все еще немного робел в присутствии Роуна, но остальные так привыкли, что даже Сухён уже мог недовольно ныть, жалуясь на эксплуатацию школьников внутри вокальной кабины, когда его заставляли перезаписывать партию в седьмой раз. Роун все еще временами пугал своими резкими критическими выпадами, но воспринималось это уже как-то проще. Тэюн и Ноа могли и огрызаться в ответ, но Роун воспринимал это без обид, как справедливое возмездие за его же тяжелый характер.
Записали за вечер почти все, но Роун просил прийти еще и завтра, чтобы исправить моменты, которые ему не понравились на финальном сведении трека. Балладу Пэгун Хару так и не услышал. Она сейчас пишет песни для группы Сольги, работает над их дебютным альбомом, чаще всего — из дома.
Вернувшись в общежитие, «семерка» заказала еду и расселась вокруг низкого столика. Нового. Когда-то Хару оплатил покупку обеденного стола, теперь так же поступил Шэнь, а Юнбин прикупил сидушки. На полу как-то все равно удобнее… душевнее, наверное. Очень приятно сидеть вот так вместе вокруг низкого столика, ужинать и общаться.
Тема разговора была ну очень важной — выбор каверов и идеи для коллабораций.
— А мы точно можем выбирать песни сами? — еще раз спросил Сай.
— Продюсеры могут что-то убрать, конечно, если посчитают песню спорной, — сказал Хару, — Но — можем. Нам ведь так сказали.
Сай все равно смотрел на них с подозрением. Видимо, все еще не привык к тому, что агентство дает столько свободы артистам. На взгляд Хару — не так уж и много. Ключевые решения они все равно не принимают: концепция клипов, наполненность альбомов, стиль костюмов, варианты продвижения — все это решается без участия группы, им лишь иногда позволяют выбрать один из нескольких готовых вариантов. Каверы для новогодних премий и фестивалей — это просто телевизионная традиция, она не дает существенного роста узнаваемости группы. Может случиться, конечно, что какой-то кавер станет очень популярен и группа получит много внимания, но чаще это просто способ немного развеселить и удивить своих же фанатов.
— Постановщики говорили, что можно попробовать взять старую песню женской группы, — сказал Шэнь, — Мы немного переделаем хореографию — совсем чуть-чуть — и споем.
— Идея разделиться на юниты мне тоже нравится, — добавил Ноа, — Было бы классно взять что-то прямо мощное и исполнить вокал-лайном.
Хару удивленно посмотрел на Ноа. Идея разделения на юниты для новогоднего фестиваля принадлежит стаффу, но, как именно они должны формировать подгруппы, стафф не говорил.
— Тогда уж — вокал-лайн плюс я, — хмыкнул Тэюн, — А эти трое делают кавер на песню со сложной хореографией. В дэнс-лайн я точно не прохожу, на вокал еще надежда есть.
Сай тут же оживился, да и Шэнь заметно повеселел. Идею все признали хорошей, тем более, Тэюн весьма неплохо поет. Сразу начали перебирать варианты для танцевального кавера. Довольно быстро стало понятно, что не так-то просто выбрать песню для трех танцоров в наличии. Чаще всего сложность хореографии в к-поп — это про четкий тайминг начала движений и красивые перестроения. Чем больше танцоров — тем красивее выглядит танец. Но три человека просто не смогут раскрыть сложность подобного номера, им нужно что-то другое.
Решение искали минут двадцать, Хару успел доесть свой ужин и сыто откинулся назад. Он в танцах почти не разбирается, так что в разговоре участия не принимал.
Удивительно, но решение нашел Сухён, предложив банальный, но достойный вариант для троих — «Move» Тэмина. Немного переделать хореографию, добавив смену позиций, плюс, можно попросить Роуна написать дэнс-брейк помощнее…
Танцоры признали идею гениальной, несмотря на банальность. А вот вокальный юнит так и не сошелся во мнении. Ноа хотел взять какой-нибудь мировой, точнее, американский хит. Но продюсеры заранее предупредили, что иностранную песню могут не пустить в эфир, на корейских фестивалях больше уважают корейские песни. Они долго перебирали баллады, было несколько неплохих, но единого мнения не достигли — подождут идей от продюсерского состава.
— Мне кажется, роуз будут рады, если вы втроем что-то споете вместе, как Royal Three, — внезапно сказал Сухён, указывая на Хару, Тэюна и Шэня.
Хару немного удивился предложению, но Сай и Юнбин громко поддержали Сухёна.
— Задача ведь — развлечь фанатов, — напомнил Сай, — На шоу вы были любимцами публики. Пусть тогда вас было и не трое, но прозвище-то до сих пор популярно у фанатов…
— И можете взять песню женской группы, — улыбнулся Ноа, — у Шэня преступно стабильный фальцет, если нет каких-то супер высоких нот. Так что он сможет проявить себя с неожиданной стороны. Да и Тэюн, насколько я помню, берет высокие ноты, просто не любит.
Хару переглянулся с Тэюном и Шэнем. Ноа прав, конечно. Чаще всего мужчины не могут долго петь фальцетом, но Шэню это удается без труда, вот только ему редко случалось продемонстрировать этот свой талант внутри группы.
— Я пролистаю максимально старые и сексуальные песни женских к-поп групп, — задумчиво сказал Шэнь.
— А можно я сразу предложу? — хихикнул Тэюн, — Это любимая песня моей мамы, хореография там… Шэнь переделает немного, сейчас найду.
Он начал рыться в телефоне, одновременно продолжая болтать:
— Они там в какой-то момент откидывают часть юбки и по ноге так… пальчиками шагают. Мы можем немного поднимать футболки на этом моменте и шагать пальцами по прессу… Хару может в это время пальцем грозить, если желает показывать свои кубики только зеркалу.
Хару недовольно