А спустя много лет уже отец Хару сбежал от молодой жены и новорожденного сына. У отца было косвенное оправдание — ему было больно видеть, как дедуля дает Хару в десять раз больше, чем просил отец, когда был ребенком…но все же. Последнее, конечно, уже домыслы Хару, отец ему этого не говорил. Но… история повторилась и Хару вырос другим только потому, что его дедуля, в отличие от прадедушки Хансу, до сих пор жив. И, как бы Хару его ни любил, приходится признавать очевидное: отцом дедушка был не очень хорошим. Хару стал реально его «работой над ошибками», причем в какой-то момент времени дедушка смирился и с тем, что Хару ничего не нужно, и принялся за Хансу. Он даже стал менее строг с ним. Наверное, пытался исправить ошибки, допущенные в воспитании Хару. Вселение Антона сделало Хару более инициативным и теперь он снова «любимый внук». Хару видит, что дедушка сейчас понимает свои ошибки, как-то пытается их исправить, но все же… прежнему Хару было проще, он об этом не задумывался и ему тогда дедуля казался непогрешимым и идеальным.
Хару тряхнул головой, прогоняя эти мысли и обратился к Пак Сончолю:
— Я уже смирился с тем, что все пророчат мне проблемы от Пак Манхи. Смирился, поверил, но пока не понимаю, что от меня требуется.
— Осторожность, — ответил Пак Сончоль. — У Пак Манхи неплохие связи среди журналистов, он прекрасно знает всех, кто на заказ способен написать нужную ему статью. Он умеет создавать шум в социальных сетях. А еще он богат и не боится давать взятки. Ни я, ни вы, ни даже господин Со, не будем так безрассудно сорить деньгами, нарушая закон.
— Мы вообще воспользуемся этим лишь в крайне случае, — буркнул Хару.
Это было правдой. Ему было неприятно даже думать о том, что он нарушит закон ради успеха. Ради защиты и фактической справедливости — возможно, но ради денег и власти… нет, он вряд ли на это пойдет.
— А Пак Манхи может, — уверенно сказал Сончоль. — Бурю в прессе способны частично заглушить специалисты Со, но сильно рассчитывать на это не стоит.
— Но что вы от меня хотите в плане Пак Манхи? — уточнил Хару.
— Осторожности. Не спешите, пожалуйста. Сегодня на собрании будут только проверенные люди, поэтому можно говорить откровенно. Но выполнять все мы будет осторожно, постепенно, иногда медленнее, чем можем, для сохранения секретности. Я думаю, что Пак Манхи уже подослал кого-то в штат. Корпоративный шпионаж никто не отменял.
Хару нахмурился:
— Но как он нам помешает? Производственные мощности обеспечит господин Со, тягаться с ним в переманивании подрядчиков Манхи не сможет, не тот уровень. У него самого уже нет издательства, чтобы запускать идеи раньше. Продать идею крупному издательству — тоже не вариант. Большой бизнес тяжело внедряет новое, они могли бы обогнать нас только в том случае, если бы у нас не было денег на быстрые запуски. Но деньги есть.
— Перестраховка не помешает, — уверенно сказал Пак Сончоль. — Я уже пролистал вашу презентацию. Некоторые идеи выглядят очень новаторски. Вы уже обсуждали их с профессором Чу?
— И с ним, и госпожой Сон Анки, — напомнил Хару. — Но теперь у меня вопрос — а как тогда с аналитикой? Получается, аналитический и маркетинговый отделы — самое слабое место, потому что они-то и будут в курсе всех наших идей.
Пак Сончоль печально кивнул:
— Вы правы. Единственное, что мы смогли — попросить службу безопасности SB Group проверить всех будущих работников этих отделов всеми доступными способами. Подозрительных нет. И за этим отделом будет особенно пристально следить все та же служба безопасности. Проверять так весь персонал издательства, разумеется, нет возможности.
Хару задумчиво кивнул.
Он не считал свои идеи новаторскими… ладно, некоторые были, как минимум, неожиданными. Но он ведь настырный, он принес свои идеи и Чу Хёнсобу, и Сон Анки, господин Со заплатил им за консультации, он подписали договоры о неразглашении. Оба сказали, что решения неплохие, с ними однозначно можно работать.
— Вчера днем, просмотрев слайды, я специально попросил распечатать номер газеты в разных форматах, — внезапно сказал Пак Сончоль и встал со своего кресла.
Он взял бумаги со стола и вернулся к Хару, протянул ему газетные номера.
— А вы, случайно, не придумали, как дешево, быстро и без степлера скреплять листы между собой? — с усмешкой спросил Хару, перебирая протянутые бумаги.
Сончоль не менял верстку, он просто изменил масштаб, поэтому самый маленький формат газеты было практически невозможно прочесть — все очень мелко.
— Пока нет, — улыбнулся Сончоль. — Но уже загорелся идеей. Маленький формат удобнее, с этим не поспоришь. Но… продвижение газеты через блогеров… Это звучит слишком смело.
— Как вы думаете, что было причиной успеха журнала Kinfolk? — с улыбкой спросил Хару. — Это ведь независимое издание, его запустили в то время, когда периодика начала умирать. При этом он показывал уверенный рост и сейчас считается самым влиятельным независимым печатным изданием.
Пак Сончоль нахмурился и откинулся на спинку кресла. Хару продолжил:
— Я говорил об этом с Сон Анки, она тоже считает, что Kinfolk выстрелил благодаря тому, что создал собственную идентичность. В социальных сетях добавляли этот журнал в кадр, чтобы показать, что этот человек выступает за осознанный образ жизни, он творческий и образованный. На мой взгляд, это единственный способ в текущее время продавать бумажную газету представителям моего поколения. Поэтому — да, мы будем рекламировать газету с помощью блогеров. Тихо, без пометок о рекламе, потому что нам нужно только появление газеты в кадре, ничего больше. И для того, чтобы такая реклама сработала, нужно как-то выделить газету на фоне остальных. Ребрендинг названия, формат, больше аналитических статей — это оправдание, а не способ привлечь внимание. Если сможем сделать издание модным — будет проще.
Пак Сончоль удивленно качал головой:
— Вы действительно нестандартно