Перекат, чтобы выйти из зоны поражения. Стремительный подъем на ноги. И снова вперед, не отводя взгляда от беснующейся рептилии. Главное – не оставлять попыток установить зрительный контакт.
Ближе.
Ближе.
Сбив хвостом подбиравшегося со спины третьего схолара, синий грозно зарычал и повернулся ко мне. Обсидианово-черные глаза застыли на моем лице. В голове набатом стучало считываемое с крылатого еле сдерживаемое недовольство. Но я ликовала.
Вот он, мой шанс!
– Тише, – проговорила я, гипнотизируя взглядом замершего в стойке дракона. – Тише. Тише. Тебе ничего не угрожает.
Я подняла руки, демонстрируя синему пустые ладони. А потом так же медленно опустила их.
– Вот, – старательно повторяла я, не отвлекаясь на предупреждающие оклики мастеров, кричащую в голове интуицию и опасный блеск в драконьих глазах. – Вот так. Тише. Тише.
У меня не было сомнений, еще немного – и он послушается. И тогда…
Сосредоточившись на чешуйчатой морде и попытках поймать взгляд синего, я совершенно упустила из виду, что хорошему наезднику нужно держать в поле зрения всего дракона целиком. И особенно – лапы и крылья. А еще живот, который надувался, точно барабан, за секунду то того, как огнедышащая рептилия изрыгала пламя.
Так что удар лапой и последовавший за этим огненный залп стали для меня полнейшим сюрпризом.
К своему стыду, я не успела среагировать. И неизбежно закончила бы ритуал на больничной койке с обожженным лицом и подпаленной косой, если бы не Гросс. Даже под действием зелья он двигался намного более ловко и реагировал куда быстрее, чем я. Сильные руки парня вцепились в мои плечи, рывком вытаскивая из зоны поражения. Струя пламени ударилась о каменный пол в шаге от моего сапога.
– Проклятье! – Я дернулась, не сводя взгляда с разъяренного пропажей добычи синего. Руки Гросса на теле ощущались слишком остро для того, чтобы позволять ему прикасаться ко мне хоть одну лишнюю секунду. – Пусти!
– Да куда ты, дура? – Лео крепче сжал пальцы. – Не видишь, что ли? Он не принимает тебя!
– А тебя как будто бы примет! – огрызнулась я, вырываясь из хватки Гросса. – Не лезь! У меня все под контролем!
– Оно и видно. Хочешь, чтобы я позволил тебе превратиться в аппетитный шашлык?
– Не твое дело!
– А я считаю, что мое.
– Да пошел ты!
Очередной огненный плевок заставил нас отпрянуть друг от друга. Я перекатилась через бок, краем глаза отметив, что Гросс, целый и невредимый, успел укрыться за ближайшим камнем.
– Тише! – Я вновь вскинула руки, пытаясь установить ментальный контакт и увести синего от Лео, который явно вызывал неудовольствие дракона. – Не нужно сопротивляться. Все хорошо.
Тщетно. Крылатый больше не слушал. Он зашипел, затряс головой. Хвост щелкал по полу плетью.
Обернувшись, я увидела позади себя Гросса.
«Ох, ну конечно!»
– Да что ты пристал ко мне? – Я грубо толкнула парня в грудь. – Не видишь, что ли, он бесится, когда ты рядом!
– Да? Что-то я не заметил, чтобы к тебе он проявлял благосклонность.
– Отвали!
– Обязательно! Как только ты перестанешь лезть в пасть к хищнику!
Дракон взревел, обрывая наши пререкания, и, отогнав нежеланных наездников струей огня, свечкой взмыл в воздух.
У меня внутри все оборвалось.
«Нет. Только не это…»
Но худший кошмар сбывался. Синий дракон – мой шанс, моя мечта – улетал к светлому кругу неба.
Отчаяние подкатило к горлу.
«Все пропало. Все пропало! Жизнь кончена».
Уйти с арены без дракона – худшего позора и представить нельзя. И как теперь возвращаться? Отец со свету сживет…
– Вернись, – одними губами прошептала я, глядя вслед улетающему дракону. – Вернись… Вернись…
Если синий и услышал, то не отреагировал. Крылатый силуэт мелькнул и исчез в световом окне купола.
У меня опустились руки. Взгляд скользнул по темной арене. Эффект эликсира Расширения разума постепенно сходил на нет, но я все еще чувствовала как минимум двух драконов, а рядом – тех, кому удалось установить с ними прочную связь. Маленькая золотая молния и грозный зеленый угощались рыбой, спокойные, усмиренные.
Внутри все сжалось. С губ сорвался тихий всхлип, руки опустились. Даже тот факт, что среди счастливчиков не было ненавистного Гросса, не радовал.
«Отец точно достанет ремень и будет пороть… – тоскливо пронеслось в голове. – Хорошо, если не всю кожу сдерет, а то в прошлый раз лекарь едва справился, чтобы следов не осталось… Феличчия так ругалась…»
Что-то толкнуло меня в спину, но я лишь отмахнулась. Сейчас мне точно было не до чужих замечаний или фальшивого сочувствия.
Все было кончено. Мне больше ничего не хотелось. Разве что…
«Есть».
Я замерла.
Что? Глупость какая! После проваленного ритуала одна мысль о еде вызывала тошноту.
Но голос внутри настойчиво твердил одно.
«Еда».
Это были не мои желания.
Это был…
Я обернулась.
Глубокие черные глаза серебристого гиганта глядели прямо на меня. Взгляд светился мудростью и спокойным любопытством. Дракон не дышал огнем, не пытался наброситься. Лишь смотрел, чуть наклонив большую треугольную голову и высунув раздвоенный язык.
Сердце в груди замерло. Зелье почти перестало действовать, но я чувствовала серебряного – так же отчетливо, как саму себя.
Слияние, случившееся целиком и полностью по воле древней разумной рептилии, произошло.
Я стала настоящей драконьей всадницей.
Я.
Смогла.
Я…
«Есть, – ворвалось в мои смятенные мысли безмолвное требование дракона. – Голоден. Угор-р-рь».
На подгибающихся от счастья ногах я попятилась, не сводя взгляда с крылатого, одна голова которого была с меня ростом.
– Да-да, – зачастила я, думая и проговаривая одновременно. – Сейчас. Бегу.
Желая угодить прошедшему слияние дракону, я бросилась к сваленным в таз подношениям, выбирая нужную рыбу. У каждого крылатого были свои предпочтения в еде, и всаднику полагалось поддерживать рацион.
Угорь отыскался не сразу. Заметив гибкий хвост, я вцепилась в него, выдергивая рыбу из кучи. И чуть не упала, когда осознала, что не единственная нацелилась на добычу.
С другой стороны таза стоял Гросс, держа угря за голову.
Я потянула рыбу на себя.
– Отдай! Тебе-то она зачем сдалась? Бери свою любимую селедку!
– Это не мне, – коротко откликнулся парень.
«Р-р-рыба! – настойчиво повторил серебряный гигант. – Есть!»
Мы с Лео одновременно уставились на нетерпеливо подергивавшего хвостом дракона.
А потом – ошарашено