– Кажется, у нас здесь очередной поклонник, – заметил Ари, прежде чем ойкнуть от боли. Почти уверена, Уолкер врезал ему кулаком.
– Каждый вправе восхищаться моей женой. Она идеальна, – заявил Уолкер, и я невольно улыбнулась – это звучало до безобразия мило.
Оливия запела – что-то новое, что-то старое, и все это настолько захватывало, что отпечаталось в памяти навсегда.
Кэмден тихо подпевал, но чаще просто наблюдал за мной, прижимая к себе и следя за каждым моим движением. Иногда наши взгляды встречались, и я замирала – в его глазах читалось столько обожания, что любая девушка могла бы принять это за любовь.
Его руки скользили по моим бокам, вверх и вниз, оставляя на коже след из искр, ведущий к одному-единственному финалу.
Краем глаза я видела, как все вокруг танцуют; чувствовала капли пота, стекающие по спине от жары, исходящей от теснящихся тел. Сделав глоток холодного напитка, который протянул мне Кэмден, я ощутила сладость, ударившую по рецепторам.
За время концерта я кое-что осознала: каждая песня о любви в исполнении Оливии напоминала о чувствах, которые во мне пробуждал Кэмден.
– Давай уйдем, – вырвалось у меня до того, как началась последняя песня.
Он нахмурился.
– Что? Что-то не так?
– Я хочу тебя, – прошептала я, голос сорвался. – Безумно.
Кэмден закрыл глаза, замер на мгновение – самое долгое в моей жизни.
Когда он наконец открыл их, голод в его взгляде заставил весь воздух выйти из легких.
– Я тоже, малышка, – хрипло ответил он. – Черт, я тоже.
– Увидимся, – бросил Кэмден.
– Передай Оливии, что она великолепна, – добавила я.
Никогда не думала, что уйду с концерта Оливии Дэвис раньше времени. Но я и представить не могла, что встречу Кэмдена Джеймса.
Так что, возможно, так и должно было случиться.
А потом мы рванули с места, словно школьники, несущиеся через поле. Его пальцы сплелись с моими, и он повел меня сквозь толпу, торопясь выбраться. Оглянувшись на компанию, я увидела их ухмылки. Помахала на прощание… они мне правда понравились.
Как только мы вышли из зала, он прижал меня к стене, навис надо мной и целовал так, будто я была единственным, что могло утолить его жажду. Он прижался ко мне всем телом, и я опустила руку между нами, ощущая его желание сквозь ткань, пока слюна буквально стекала с губ.
Где-то в глубине сознания мелькнуло, что его размеры могут меня просто разорвать, но страх тут же растворился в его поцелуях, в том, как его руки умело трогали мое тело, будто он изучил его до мельчайших деталей.
– Черт, – вырвалось у него, когда он оторвался, и снова схватил меня за руку, вытаскивая на холодный ночной воздух.
Ожидание, пока парковщик подаст его машину, – всего две минуты, – казалось вечностью. Руки Кэмдена скользили по моей коже, и я ни о чем в тот момент ни мечтала, как о волшебном устройстве, которое перенесло бы нас в его дом в то же мгновение.
Или, может, пикап сгодится. Лишиться девственности в машине – не совсем то, о чем я мечтала, но страсть была сильнее.
Я облегченно вздохнула, когда машина подъехала, и Кэмден усмехнулся.
– Я тоже, – прошептал он, снова читая мои мысли.
Он помог мне залезть внутрь, и его пальцы задержались на моих бедрах после того, как он пристегнул ремень.
– Я так тебя хочу, – голос Кэмдена звучал низко, с отчаянием, от которого я таяла.
– Вези меня домой, Кэмден, – ответила я.
Он рыкнул, отстранился, будто это стоило ему невероятных усилий, и обошел машину, чтобы сесть за руль.
Двигатель заурчал. Пока мы ехали по ночным улицам, тьма сгущалась вокруг. Я сидела, чувствуя вибрацию дороги под собой. Внутри машина казалась тесной, воздух – наэлектризованным до мурашек.
Присутствие Кэмдена рядом было почти невыносимым. Я ощущала каждое его движение, каждый вдох. Чувствовала исходящее от него тепло, легкий поворот ладони на руле. Каждый раз, когда наши взгляды встречались, меня будто молния прошибала насквозь. Никогда в жизни я не хотела так другого человека.
– Тебе не холодно? – спросил он низким хриплым голосом в тишине.
– Все в порядке, – прошептала я в ответ. И это была правда. Несмотря на холод за окном, внутри я горела.
Я сглотнула, мысли неслись вперед, к тому, что должно было случиться.
То, как он сжимал руль, как напрягалась его челюсть – все в нем притягивало, заставляло хотеть большего.
Мы уже почти доехали, когда я решила раскрыть карты – чтобы он не удивился, увидев последствия на своих простынях.
– Кэмден… – начала я, не зная, как подобрать слова.
– Да? – его голос стал мягче, почти нежным.
Я повернулась к нему, сердце колотилось.
– Я никогда… я никогда этого не делала.
Он взглянул на меня, глаза потемнели.
– О чем ты, малышка?
Пространство между нами будто сжалось, наполнившись напряжением.
– Я девственница.
Слова повисли в воздухе.
Когда он не ответил, меня охватила паника. Зачем я это сказала? Передо мной был мужчина за тридцать, профессиональный спортсмен. Наверняка таких, как я, он обходит стороной. Возможно, он выгонит меня, как только мы окажемся дома. Возможно, решит, что я привяжусь. Нужно было объяснить, что он может не переживать. Что для меня это не проблема.
Хотя для меня это была огромная проблема.
– Черт… – его голос прервал тот хаос, который уже уничтожал меня изнутри.
Я взглянула на него, глаза расширились. Он выглядел так, будто еще чуть-чуть – и потеряет контроль. Щеки пылали, он сидел неестественно ровно. Его руки сжимали руль так сильно, что я боялась, будто он его сломает.
– Кэмден… я ничего от тебя не жду, – начала я, ужасно смущенная.
– Я тебя испорчу.
Его слова прозвучали… как минимум – ошеломляюще.
– Что? – я слегка вздрогнула, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
Он резко свернул на обочину, заглушил двигатель и развернулся ко мне. По телу разлилась тревожная сладкая дрожь предвкушения.
Пальцы Кэмдена впились в волосы, запрокинув мою голову назад, заставив встретиться с его горящим взглядом.
– Я стану твоим первым. И последним. После меня тебе не понадобится никто – только я. Ты даже не взглянешь в сторону другого мужчины, потому что твое тело будет помнить: лишь я могу дать ему то, чего оно жаждет.
В его голосе звучала дикая, почти безумная уверенность, и я постанывала, едва осознавая, что он имеет в виду.
– Звучит… впечатляюще, – наконец выдохнула я.
Тело пульсировало, будто невидимые пальцы сжимали меня в такт каждому его слову, каждому обещанию,