– Какая у нас идея? Идея такая, сказали: хватит, хватит издеваться над русскими, хватит кричать, что мы кому-то что-то должны, хватит запрещать нам делать то, на что мы имеем право, и заветное нам это право в наследство передано нашими дедами и прадедами. И это вот «хватит» и есть основная идея. Сказать всему миру, сказать, что мы не заснули, что мы никому ничего не должны, что мы не исчезли с карты планеты, мы есть, мы будем. И вот эта идея и толкнула тысячи добровольцев приехать сюда и защищать Донбасс.
– Александр Владимирович, но это ж опасная вещь. В Прибалтике тоже русские могут сказать – хватит.
– Встать рядом с людьми, которые отдают свою жизнь за то, что они русские, да неважно, где ты живешь, в Иркутске, в Архангельске, на Камчатке, и показать всему миру, что мы одно общее, что мы единый народ, вот самое главное, что мы нация, которую, к сожалению, исторически разделили на Прибалтику, на Белоруссию, на Украину, на Казахстан, на Таджикистан, Киргизию и так далее, мы все равно вместе. Процесс, который начался на Донбассе, мое личное мнение, это есть начало того процесса, который потом в конце называется русским миром и объединением всего русского мира. Неважно, где ты живешь, хоть в Польше, но ты все равно русский.
– Не напугаем мы остальной мир русским миром?
– А почему мы должны об этом думать, мы должны уверенно заявить о своих правах, как ни крути, мы Российская империя, это наша история, почему мы должны бояться того, что можем кого-то напугать. Пускай они знают, что мы на самом деле вместе и что нас нельзя победить. А напугаем ли, да, скорей всего, напугаем, это правда, напугаем тем, что Россия начинает подыматься с колен, а сильная Россия всегда пугает. Сильная Россия в Сирии пугает весь мир: Англию, Америку, Францию, Германию, она всех пугает, Саудовскую Аравию, Израиль. Пускай боятся, они знают, что русского медведя нельзя будить ни в коем случае. А если дернул за нос, получай лапой.
Захарченко первым из известных политиков стал говорить о независимости ДНР как о деле решенном. Он так общался на эту тему с народом:
– Александр Владимирович! Какая ситуация с паспортами?
– Скоро будем получать. Я – первый!
Как сказал, так и получилось. Я не помню Захарченко, что-то заявляющего с пафосом, с помпой, он общался с народом, с журналистами именно так, как общался с друзьями на кухне, по-простому и с уважением.
Опять в народе:
– Что с украинским паспортом будет?
– Вам честно сказать? Свой – расстреляю.
Переломным моментом в экономике ДНР стала блокада Украиной этого бывшего своего региона. Перерубили все дороги, завалили их баррикадами, и торговые связи Донбасс-Украина были завершены. Ох, какой это был трудный момент для республики… Через российскую границу просто так не проедешь, две таможни, одна из них строжайшая, российская, начался этап выживания ДНР. Думаю, в этот момент Александр Захарченко перешел на другой уровень. Его нельзя было назвать гением политэкономии, он показал всем, что главным революционерам Донбасса не все равно, голодают люди или нет. И пошли посещения заводов, птицефабрик и других сельскохозяйственных производств. Захарченко ходил и осматривал прилавки, заезжал на рынки Донецка, разговаривал с торговцами по поводу цен. Сколько я ни наблюдал за Первым главой, он никогда ничего не делал походя, поверхностно. Пока все аннотации не прочитает – не отойдет. На рынках Захарченко проверял, не обвешивают ли народ, иногда делал это с чисто донбасской находчивостью – взвешивал свой пистолет на контрольных весах.
– Я проверю. Старый советский пистолет. Мы знаем, сколько он весит….
Вынув из ножен кинжал, он нарезал донбасские помидоры и сам пробовал то, что уходит в народ. Сначала мне казалось, что некоторые акции, в освещении которых мы участвовали, были слишком уж выпуклы, показательны. Тем не менее я пришел к выводу, что, следуя по наитию, Захарченко как мог привлекал общество к теме необходимости безопасности и вооруженной защиты Донбасса. Он сам всегда носил форму и оружие, он сам показывал всем своим видом, что он защитник, солдат, и вовлекал в эту тему, по возможности, всех остальных.
Кстати, даже при вопиющих нарушениях публично он никого не ругал и не разбирался. И каждый раз, отодвинув дела, Александр Захарченко выезжал на места обстрелов.
Особенно если были жертвы среди мирных жителей.
В те дни я имел разговор с Александром Захарченко на тему блокады Донбасса со стороны Украины.
– Блокада, санкции, как они влияют на развитие республики?
– Давайте, наверное, по порядку. Как влияют на развитие республики санкции, то есть блокада, которую ввела Украина. Скажу откровенно, на первых этапах это была катастрофа, это была катастрофа в прямом смысле этого слова, понимаете, в один момент обрубили все потоки, то есть сразу нет продуктов, мгновенно. Вот три дня нет продуктов. Две недели нет медикаментов, то есть неделя – выработали мучное, нет хлеба, нет муки. И в этот момент время вот просто как будто сжалось, стало, наверное, таким плотным, ну прям осязаемым, и 10–12 дней реальная была ситуация, просто катастрофическая. Мгновенно помогла Россия, сразу завезла все самое необходимое, но этого было мало, ну, месяца два пришлось терпеть, затянуть пояса. Но в тот же момент началась работа, мы стали смотреть, где можем сами что-то сделать, чем можем какой-то дефицит заменить. Резко поднялась роль сельского хозяйства, и сейчас тот самый упор, который мы делаем, это на сельское хозяйство, он помог нам решить основной вопрос – это продуктовая безопасность республики. На сегодняшний момент мы уже с уверенностью можем сказать, что на девяносто восемь процентов обеспечиваем продуктами питания себя сами. Именно самым необходимым: мясо, молоко, хлеб. Причем это свое производство. Мы уже понимаем, на какой урожай можем рассчитывать, сколько нужно оставить для того, чтобы прокормить страну, и сколько можно потом реализовывать, чтобы получить деньги в бюджет. Второй момент, с включением блокады со стороны Украины у нас началась паника на производстве, в бизнесе. В один момент не вывозится металл, не вывозится уголь, не вывозится и не заводится тот же окатыш для производства металла, сами производства встали, еле спасли металлургию. Почему? Потому что, если вовремя не привезти окатыш, печи заморозятся, а потом их можно