— Верно! — отозвался всадник. — Меньше! Именно так!
— А пастух у этого стада старик? — спросил средний.
— Старик, старик, — подтвердил всадник.
— И овчарка у него серая? — уточнил младший.
— Серая! — радостно закричал всадник. — Значит, вы видели моё стадо? Ну, теперь я точно его найду! Спасибо вам!
Но братья наперебой возразили, что никакого стада они не видели, и всадник в недоумении поехал дальше.
Нашёл он своё стадо. Погнал его назад и снова встретился с братьями.
— От пастуха я узнал, что вы и вправду не видели моего стада, — сказал он. — Откуда же вам всё о нём известно?
— По следам, — ответил старший брат. — Во время сильного дождя овцы норовят укрыться от ветра, а козы идут против ветра.
— А у пастуха на одной ноге развязался ремень от чарыка и волочился по земле, — добавил средний брат. — Только старый человек мог не обратить на это внимания. Молодой сразу бы заметил, что с обувью что-то не так, нагнулся бы и завязал ремень.
— А там, где овчарка отряхивалась от дождя, осталась серая шерсть, — подытожил младший.
Восхитившись сметливостью братьев, всадник погнал своё стадо дальше, и братья тоже продолжили прерванный путь.
Долго ли, коротко ли они шли, нагнали их два всадника, спрашивают:
— Не встречалась ли вам по дороге арба?
— Нет, — отвечают братья. — Не видели…
Хлестнули всадники своих лошадей и поехали дальше.
— Эй, стойте! — окликнул их старший брат. — В арбе была больная женщина?
— Да! — обрадовались всадники.
— А бык, запряжённый справа, был слеп на правый глаз? — спросил средний брат.
— Слеп, слеп, — закричали всадники.
— И одно колесо у арбы было старое, а другое — новое? — подал голос младший.
— Всё так! — удивились всадники. — Почему же вы говорите, что не видели арбу?
— Потому что мы её не видели, — заверили всадников братья.
И те с досадой поскакали прочь. Нашли они свою арбу, а на обратном пути опять повстречали братьев.
— Правду вы сказали! — говорят. — На арбе ехала наша невестка. Она подтвердила, что ваши пути не пересекались. Но как же вы в таком случае обо всём узнали?
— У вашей невестки были сильные боли, она хваталась руками за колёса и тормозила их. Так я понял, что женщина больна, — ответил старший брат.
— Слева, вдоль обочины, даже старая трава была общипана, а на правой стороне и молодая нетронутой осталась, вот я и подумал, что бык, идущий справа, слеп на правый глаз, — сказал средний брат.
— Новое колесо оставило прямой след. Старое шаталось как пьяное. Нетрудно было понять, что к чему, — добавил младший.
Подивились всадники уму и догадливости братьев и поскакали дальше, а братья отправились своей дорогой.
Долго ли, коротко ли шли, наконец пришли они к судье.
— С чем пожаловали, добры молодцы? — спрашивает судья.
— Спор у нас, — объяснили братья. — Хотим, чтобы вы нас рассудили.
Прежде чем к делу приступить, судья решил путников накормить. Подали им калмыцкий чай с баурсаками — лепёшками, жаренными в масле… Отодвинул старший брат от себя угощение.
— Не гневайтесь, почтенный хозяин, но баурсаки мы есть не будем. Пшеница, из которой смололи для них муку, выросла на кладбище.
Велел тогда судья зарезать ягнёнка. Принесли жареное мясо, средний брат повёл носом, принюхался и говорит:
— Не гневайтесь, почтенный хозяин, но и от ягнёнка мы откажемся. Он вскормлен молоком собаки.
— Да и судья-то вы неправедный! — добавил младший. — Не такому судье пристало наше дело решать.
Судья не осмелился возразить. Всё, что сказали братья, было правдой.
— Что ж, пожалуй, не стоит мне вашим делом заниматься, — согласился он. — Вижу, вы и сами в судьи годитесь. Но помочь вам могу. Есть у меня умница дочь, в соседнем ауле живёт. Сходите к ней, уверен, она вас рассудит.
Отправились братья в соседний аул, отыскали дочь судьи.
— Какие вести принесли? — поинтересовалась она.
— Вести у того, кто спрашивает, — отвечают братья.
И тогда дочь судьи рассказала им притчу:
— Жил некогда в одной стране хан. И была у того хана дочь — единственная его наследница.
Полюбила она бедного юношу. Юноша тоже её полюбил, хоть и знал, что никогда ханская дочь не станет женой бедняка.
Так и случилось. Выдал хан свою дочь замуж за сына соседнего хана. Сыграли свадьбу, а вечером, когда новоявленный муж пришёл в покои жены, девушка горько заплакала. «О чём ты плачешь? — спросил он. — Ты не рада, что вышла за меня?» Девушка подняла на него заплаканные глаза и сквозь слёзы ответила: «Я люблю другого. И он тоже меня любит. Подумала я о том, как он сейчас горюет, вот и заплакала».
Услышав это, приказал ханский сын своим слугам оседлать коня, велел девушке переодеться в мужскую одежду и отправиться к тому юноше-бедняку. «Поезжай, — напутствовал он её, — если твой любимый не станет возражать против нашей женитьбы, тогда и возвращайся».
И она отправилась в путь. По дороге встретились ей сорок воров-разбойников. Задержали они путника. Смотрят: да перед ними красавица! Так сразу и догадались, что это девушка. «Какая удача! — обрадовался атаман. — Тридцать девять моих молодцов я уже женил, только один, сороковой, не женат ещё. Будешь его женой!»
Тогда дочь хана взмолилась: «Отец против моей воли выдал меня за ханского сына. А я люблю юношу-бедняка. Рассказала я об этом своему мужу, и он послал меня к моему возлюбленному спросить, готов ли тот позволить мне стать женой другого. Сжальтесь надо мной, отпустите меня!» Атаман разбойников был озадачен. «Ладно, — сказал он. — Поезжай!» А про себя подумал: «Как бы из-за неё хан не отрубил нам головы!»
Приехала девушка к своему любимому, постучала в окошко. Вышел юноша-бедняк, увидел её, обрадовался: «Откуда ты? Как узнала, где я?» А девушка ему отвечает: «Ты, наверное, слышал, какое несчастье со мной приключилось. Отец выдал меня за ханского сына… Пришёл тот вечером после свадьбы в мои покои, а я вспомнила тебя и заплакала. Узнал он, о чём я плачу, пожалел меня и послал к тебе. Как ты решишь, так мы и поступим…» Задумался юноша. «У твоего мужа доброе, честное сердце, — сказал наконец он. — Вернись к нему, поблагодари его и будь ему верной женой. А я найду мужество жить дальше и со временем излечусь от любви к тебе». И вернулась тогда ханская дочь к своему высокородному мужу…
Братья слушали притчу с большим вниманием.
— А теперь скажите мне, — спросила у них дочь судьи, — кто из этих троих самый лучший человек: сын хана, атаман разбойников или юноша-бедняк?
— Лучше всех поступил ханский сын, — ответил старший брат.
— Нет, — возразил средний брат. — Поступок бедного