Нириэль повернулась ко мне.
— Нейт, это была так давно, что я и сама не помню почти ничего, лишь сам факт. Большинство из Единых давно мертвы, либо исчезли. К чему это… — в словах Ниры прорезалась несвойственная ей печаль. Она явно сожалела о прошлом.
— И всё же…
Нира пожала плечами и ответила.
— Тот-Кто-Искусен появлялся в Ордене. Та-Кто-Закон тоже встречалась на нашем пути, но вспоминать этого не хочется, слишком она… неоднозначна на мой взгляд. Творящую мы не видели, к сожалению. Молчащего и Незримого тоже нет, хотя о них невозможно сказать однозначно. А вот насчёт Забытого я точно не смогу ответить. Его, и всё что с ним связано, вычеркнули из реальности Единой руной. Одной из семи, по числу Единых. Не осталось даже имени.
Нириэль, как и я, тряхнула головой. Похоже, зал действовал не только на меня, но и на неё. Хотелось рассуждать, думать, расслабиться. Поговорить о чём-нибудь отстранённом.
— Нам нужно найти Саркофаги бесконечного сна, — в унисон сказали мы, так как эту мысль мы выработали совместно.
Лёгкие улыбки появились на наших лицах, и мы наконец шагнули вперёд. Не без опаски, но и без прежней осторожности.
— Должна тебе сказать, — обратилась ко мне Нира, когда мы пересекли треть зала. — Гарантированно меня не будет рядом с тобой несколько часов с момента переноса. Искрам этот переход никогда не давался просто. А сейчас тем более, когда я ослабла, но иного выбора нет. Нельзя, чтобы тебя опознали.
— Есть вероятность? — спросил я и посмотрел на Ниру. Она могла отправиться со мной только в качестве голоса в моей голове, и мысленно я был готов к этому, но не к тому, что мне придётся осваиваться в Вечности без неё.
— В твоём случае минимальная. Ты давно не был там, — Нириэль кивнула на потолок, но говорила явно о другом. — А каждая Искра меняет твою аниму, но не стоит пренебрегать безопасностью. Я прикрою, но потрачу немало сил.
— Если всего несколько часов, то не вижу в этом проблемы, — сказал я и пожал плечами.
— Не всё так плохо, — сказала Нириэль. — Мы отправимся в Стальную Крепость. Там тебя будут ожидать старые знакомые.
Нира хмыкнула.
— Старые знакомые? — удивился я и попытался понять, о ком могла идти речь. Несколько секунд перебирал варианты. Маркус — нет. Кайл — нет. Они остались прикрывать меня в Круге Жизни. Анора — уже в Вечности. Аборигены или, как их называли Кел, низшие Народы не могли последовать этим путём, ввиду заложенного создателями изъяна. А значит, это должен быть кто-то особенный. Тот, о ком я забыл. — Аксель?
Лишь этот таинственный Восходящий потенциально мог появиться в Вечности.
Ладони моментально сжались. Захотелось потереть локти. Я отлично помнил показательную жестокость в грассе, когда меня не просто избили, но и переломали руки.
— Он, — подтвердила Нира и внимательно посмотрела на меня. — И если что, он наш слуга, и тогда действовал по моему приказу… для твоего же блага.
Желание переломать пару костей не пропало, и Нира это ощутила.
— Впрочем, если хочешь, можешь повторить с ним то, что он сделал с тобой. Потом всё равно вылечишь…
— Ты успела предупредить его, — сказал я. — Это не случайность, что он найдёт меня в самый опасный момент, когда я появлюсь непонятно где и без тебя.
— Глупо спорить с очевидным. У меня свои способы… — без тени стеснения ответила Нира.
— Когда же я узнаю все твои-наши тайны? — спросил я, не надеясь на ответ.
— Их осталось не так уж и много, тот кого зовут Натаниэль, — протянула Нира и сверкнула белоснежными зубами. — Скоро.
— Искра не может предать, — сказал я в пустоту. — Только это и успокаивает.
К этому моменту мы подошли к ещё одному белому кругу в дальнем конце зала. Несколько секунд Нира смотрела прямо, зрачки застыли.
— Ищу комнату, где стоят Саркофаги Бесконечного Сна, — объяснила она. — Это место огромно, намного больше, чем мы думали. Его ещё предстоит исследовать после возвращения.
Неожиданно по краям белого круга появилось синее свечение, оно очертило границы. Миг тьмы перед глазами, и мы оказались совсем в другом месте. В нос моментально ударил аромат цветов, свежесть травы после дождя. До ушей донёсся шелест листвы. В центре зала летала стая из нескольких сотен светящихся мотыльков.
Зрение прояснилось, и я понял: мы стояли в зале с двумя десятками больших капсул, будто выточенных из огромных кусков янтаря. Они мягко светились, приглашая лечь в них и забыться.
По спине пробежал холодок. Вечность — не рай. Это я понимал лучше многих жителей Единства. И не стоило подходить к её посещению как к увеселительной прогулке. Меня и Нириэль ожидали смертельные испытания, и без понимания этого слишком легко забыться и потерять осторожность.
Ощущение от саркофагов моментально изменились, теперь в каждом изгибе я видел острые зубы монстра. Внутренность — открытая пасть.
Вся красота зала и живого леса улетучилась. Холодное сознание Ниры намекало, она подходила к этому переходу с той же опаской, что и я.
Несколько секунд моя Искра осматривала зал, пока не нашла широкую каменную лавку, к которой мы и направилась.
— Скоро услышимся, — подмигнула она и легла, закрыв глаза. Дыхание становилось все медленнее, сердце билось едва заметно, пока практически не остановилось.
По телу пробежала волна тепла. Это оказалось настолько приятно, что колени чуть не подогнулись, а я не рухнул.
— «Вот я и дома. Снова», — сказала Нириэль. Голос её слышался отчётливо, в нём ощущалось нечто новое, будто она поудобнее устраивалась под пледом, поджав под себя колени и попивая горячий и ароматный чай.
— «Рад, что ты со мной», — без стеснения ответил я. Его и не могло быть после того единения, что я испытал во время Осанны. Любые страхи, сомнения, переживания делились на нас двоих, мы могли говорить о чём угодно, даже если бы кто-то со стороны посчитал это странным.
— «Есть ещё кое-что, что я обязана сделать, до того