До начала осады успели только закрыть ворота, объявить о сборе добровольных помощников во внутреннем дворе крепости, и выпустить заключенных. В подземелье, среди должников, наказанных за какую-то оплошность солдат и прочих, кто в какой-то мелочи не угодил дракону, нашелся один лекарь из братства и несколько молодых актеров, которые пытались поднять бунт в театре. Очень многих, кто не покорился новому правителю, уже не вернуть.
Все, кто способен держать в руках ножи и вязать прочные узелки, резали прутья для стрел и привязывали оперенье. Этой работой занялись даже маленькие дети, пока ребята постарше заостряли стальные наконечники и лили свинцовые пули. Те, у кого тряслись руки от страха, сидели по домам. Женщины готовили еду, носили воду, поддерживали огонь. Тут же, во внутреннем дворике под навесом лекарь заранее отгородил место для раненных и выбрал нескольких помощников, кто не боялся крови.
Посреди двора стояла единственная в Солборе метательная машина. Она бросала огромные каменные ядра, но их немного, всего три сотни. Кроме того, с ее помощью можно метать тяжелые копья. На них полагали главную надежду в битве с драконом.
Дик категорически запретил пускать младших жителей города на стены. В гвардии оказалось немало мальчишек и взрослых парней, обиженных тем, что они не первый год носят форму, а к настоящему бою их не допускают. Но Дик отвечал всем: «У вас была возможность проявить себя героями и освободить город от этой крылатой гадины. Теперь поздно. Пока командую, никого из молодых на стенах не будет! В крепости не хватает рук. Хотите помочь, марш вниз!»
Стены города сотрясались под градом ядер. Откуда у нападающих взялись пушки, можно только гадать. Скорее всего, бывший правитель воспользовался магической половиной своей крови и сотворил грозное оружие из каких-то подручных средств. Армия наступала на город слажено, проводила манёвры, повинуясь одной только мысли парящего над ними огромного ящера. Иногда дракон летал вдоль стен и поливал защитников города огнем с неба. На это случай наскоро сколотили и сплели огромные щиты и навесы.
Когда очередную атаку отбили; отряд, рвущийся к воротам, рассеялся и скатился с холма, как черный горох, Дик сам спустился во двор.
Лекарь нашел противоядие от «безвольного эликсира» во дворце, который последнее время служил резиденцией дракона. Чайной ложки хватало, чтобы вернуть людям способность нормально мыслить и выполнять только те приказы, которым они сами соглашаются подчиняться. Но, поскольку отравлен весь город, лекарство расходовали экономно. Первыми противоядие пили защитники стен. Те, от кого мало пользы в сражении, послушно сидели дома, закрывшись на все замки.
— У него в кабинете целая химическая лаборатория, — сказал лекарь. — Этот гад серьезно увлекался ядами.
— А также подавлением человеческой воли, магией и театром, — откликнулся Дик. — Слышите? Это таран со свинцовой короной. Ваша разносторонняя личность сейчас обрушит его на наши головы.
Со стороны городских ворот в самом деле слышался мерный грохот. Створки с треском прогибались. Их подпирали бревнами десятки рук.
— По моему сигналу откроете ворота и тут же закроете их, — бросил Дик главному в отряде обороны, а сам взбежал по лестнице на стену.
— Но как же? — удивился солдат.
— Не спорьте! Иначе треснут, — сквозь бойницу Дик наблюдал, как двадцать человек дружно раскачивая тяжеленное бревно, окованное свинцом, с разгону бьют им в ворота, а укрепления изнутри уже сняты. — Сейчас! — крикнул он.
Засов отодвинулся, створки распахнулись, солдаты вместе с тараном влетели в город и растянулись на родных камнях. Ворота мгновенно закрылись. Дик махнул рукой лекарю:
— Встречайте!
Пленных окружил отряд. Двадцать чайных ложек противоядия… и в Солнышке прибавилась одна пустая бутылка и двадцать защитников.
Пригибаясь, уворачиваясь от стрел, под навес на главной смотровой площадке нырнула Надинн.
— Письмо! Помощь скоро будет здесь. Мы спасены!
— Сколько их?
— Пока три отряда, которые собрал дядя Алон, и мой резерв. Всего будет человек триста. Но противоядие они взяли, это главное.
— Отлично. Спускайся.
— Дик, я хочу увидеть хоть одно настоящее сражение, как Торелинн, — умоляюще вцепилась в его руку Надинн. — Я не боюсь. Буду сидеть тихо-тихо!..
— У меня нет возможности сторожить тебя. Надо следить за маневрами дракона. Спускайся.
— Не пойду!
— Немедленно убирайся со стены!
— Но я хочу помочь вам! Я тоже стрелять умею!
— Прочь отсюда! — рассвирепел Дик. Схватил Надинн за локоть и потащил мимо бойниц, закрывая собой от стрел. — Внизу стоит копьеметалка, иди, стреляй в дракона, кто тебе мешает? Цельтесь в чувствительные части морды. Повезет — прострелишь ему язык, это, считай, победа.
— Дик! Но у него раздвоенный язык! — пока рыцарь тащил ее к лестнице, ведущей со стены, «невольница» упиралась, но от удивления даже спустилась на несколько ступенек.
— Значит, тебе должно крупно повезти. Вперед!
Она сделала вид, что понуро спускается во двор. Но только Дик отвернулся и сделал пару шагов, Надинн бегом вернулась обратно. Подхватила оружие упавшего прямо перед ней лучника и заняла его место. Но не успела даже натянуть лук… В грудь ее ударила стрела. «Невольница» с огромным удивлением широко раскрытыми глазами посмотрела на Дика, который отчего-то оглянулся на этот свист и всхлип, и боком провалилась в бойницу, полетев со стены.
Не раздумывая Дик прыгнул следом, в соседний проем между зубцами, даже не глянув вниз. В полете его задела стрела и отскочила от доспехов. Высота стен не меньше дюжины метров, но внизу нет ровной земли. Едва коснувшись тверди и не почувствовав удара, Дик покатился с крутого склона.
Глава 26
Трава внизу мягкая, очень густая. Придя в себя, Дик огляделся, ища девчонку в лесном костюме. Она упала удачно — стрела торчала сверху. Падала Надинн уже без сознания, мягко, раскинув руки, как крылья. Съехала по скользкой траве на спине и теперь лежала гораздо выше него по склону.
Когда Дик добрался до нее, девица-проводник ещё дышала. Когда он очень осторожно проверил, не сломана ли у нее шея, Надинн пришла в себя.
— Прости…— прошептала она. — Я так хотела помочь…
— И сам хотел, чтобы ты спустилась со стены, но не так же! — Дик снова потянул ее за собой, но теперь вверх. Он тащил ее по траве, не приподнимая. Закрывал от стрел и огненного дождя.
— Дик, я не могу пошевелиться, — испуганно выдохнула она.
— Тебе и не надо.
Под стеной