Я сдержалась, когда она назвала меня наивной. Я пыталась строить мосты, а не сжигать их.
– Она же наша бабушка! Отец велел ее уважать. Он взял с нас обещание, Элс. Перед тем как он…
– Перед чем? Перед тем как мы его потеряли? Перед тем как он от нас отказался и канул в забвение? – сказала она, вскипев от ярости. – Что бы мы там ни пообещали отцу, теперь это не имеет значения. В ней не осталось ничего достойного уважения. Если мы не пойдем против бабушки, мы будем ничем не лучше нее.
– Я пошла против нее! Но ты помешала мне вступить в Сопротивление!
Элла потянула меня за собой и поспешила к библиотеке, пока нас не отметили как опоздавших.
– Я пыталась тебе помочь, но из-за твоих вчерашних выкрутасов это стало невозможно.
Теперь я вскипела от ярости. Мне надоело то, как она уходит от ответа.
– Так какого же черта ты не говоришь мне, чего ты от меня добиваешься, Элла?
– Все гораздо сложнее, чем можно представить, Пен, – сказала она, слегка сжав мой локоть. – Смотритель велел Золоченым патрулировать Смерть. Раз в неделю.
Я замерла, и она резко остановилась рядом со мной.
– Но… это же ставит под угрозу завесу.
Элла вздохнула.
– Именно поэтому Беатрис на грани. Все ковены обеспокоены – не только терновые ведьмы переживают из-за завесы. Хотя, если верить бабушке, тебе простительно так думать.
Она пристально посмотрела на меня, что-то обдумывая.
– По правде говоря, я должна рассказать Сопротивлению.
– Что рассказать?
Она стукнула меня по тому месту на локте, где виднелась маленькая черная веснушка – знак моего обета молчания.
– О месте, где, как мне кажется, спрятан гримуар. О цвете твоего кристалла. Им будет интересно узнать об этом.
Я смотрела на нее, пока она снова не повела нас вперед. Неужели она настолько им доверяет? Элла не могла рассказать им обо мне.
Она разочарованно покачала головой и понизила голос, когда мы подошли к коридору, соединяющему два крыла.
– Конечно, я бы не стала им ничего рассказывать. В заклинании, которое они используют, есть слово – это из-за него в прошлом году Хейли запуталась в завесе. Но они думают, что это слово – о черном кристалле. Вот поэтому я и пыталась найти исходное заклинание в подлинном гримуаре до того, как я тебя во все это втяну.
Я вздрогнула, когда Элла невзначай упомянула о смерти нашей кузины, и прикусила губу, чтобы не сорваться. Я знала, что она скучает по Хейли так же сильно, как и я. Но тут все встало на свои места, и у меня округлились глаза.
– Думаешь, гримуар хранится на девятом?
Элла повернулась на пятках и побежала прочь, не ответив мне. Я побежала вслед за ней.
– Элла…
Она меня прервала.
– Стой.
– Скажи, что я ошибаюсь!
Она покачала головой.
– Пенни, забудь.
Но я не могла это забыть.
– Он лежит на девятом.
– Может быть.
Элла прижала меня к стене и нырнула за гобелен, на котором было изображено, как Чародей впал в немилость Темной Матери.
– Что бы ни случилось с Чародеем из Холстетта, раньше наша библиотека принадлежала ему. Все забыли об этом. Он собирал книгу за книгой и пускал чары в камни, в глубины земли под Коллиджерейтом. Думаю, он спрятал свои магические книги на девятом этаже и выставил на нем действенную защиту, чтобы никого туда не пускать. А чтобы нас отпугнуть, дополнил ее крохотными темными стражами со светящимися зелеными глазами.
Я скрыла дрожь, вспомнив зеленые огоньки. Они знали мое имя, забрались в подъемник и подмигивали мне из-за полок.
– Ты тоже их видела?
Элла кивнула, и у нее покраснели щеки.
– Они начали появляться после того, как я впервые отправилась в дозор. Чаще всего это случалось по ночам. Они шныряли между полками и подкрадывались из-за книг. Один из них беспрестанно двигал закладку в книге заклинаний, которую я пыталась прочесть. Мне кажется, это книжные спрайты.
Я прищурилась.
– Ты веришь в книжных спрайтов?
– В библиотеках обитают легенды. Они здесь были еще задолго до того, как Холстетт остался единственной искрой жизни среди пепла на всем материке, – сказала она, нахмурившись. – Так говорила мисс Элсвезер.
– Но мисс Элсвезер знает библиотеку от и до. Если бы гримуар был здесь, ей было бы об этом известно.
– Она не знает, что на девятом этаже, Пен. Этого не знает никто.
Я обдумала слова Эллы. Где бы ни был Чародей из Холстетта, куда бы ни подевался гримуар и заклинание, позволяющее выковать нож, в одном она права. Наиболее вероятное его местонахождение – девятый этаж библиотеки. Там мы отыщем все, что нам поможет.
И кажется, я поняла, как туда пробраться. Поскольку теперь по ночам Коллиджерейт патрулируют Золоченые, нам нельзя рисковать и нарушать комендантский час, но я придумала другой способ. Это бредовая, просто ужасная идея. Но, по-моему, она должна сработать.
Вот только я не уверена, что мне хватит смелости осуществить это в одиночку.
– Нам нужно еще раз попробовать попасть на девятый этаж.
У Эллы сделался такой вид, будто ей хотелось со мной поспорить. Но она не стала.
– Вместе? – уточнила она.
– Вместе.
До недавнего времени моя жизнь была обычной, пусть и не такой, как я мечтала. Я жаждала солнечного света, лунного сияния и любой погоды, которой не управлял бы тиран. Я мечтала о будущем за стенами Холстетта. Но выбор зависел не от меня.
С тех пор как серые пустоши достигли окраины нашей деревни, а Золоченые уничтожили нашу защиту и утащили нас в безопасный Холстетт, я делала только то, что мне приказывали. Я собирала кровь, чтобы регистрировать ведьм, разводила костры и помогала гореть ведьмам из нашего ковена, прилежно училась на занятиях, ухаживала за ядовитым садом в теплице матери, работала в библиотеке. Голову я опускала, а рот, как правило, был закрыт. Я могла бы с этим не согласиться, я могла бы задаваться вопросами, когда не следовало, но я подчинялась правилам. Я встретила свою судьбу и приготовилась отправиться в Смерть в день, когда мне исполнится двадцать один год.
А теперь… теперь я заключила договор и оставила душу в залог за жизнь сестры. И связалась с Сопротивлением, в существование которого не верила всего две ночи назад. Внезапно мне захотелось постучать в раскрашенную дверь Алисы и узнать у нее ответы, к которым мне никак не подобрать правильные вопросы.
Я вздохнула, и над книгой по мифологии,