– Кто сирота? – спрашиваем мы его почти одновременно.
Черт!
Я как-то никогда не думал о себе в таких категориях, а Серый смотрит на меня как на идиота.
– А… Ну да, – морщусь.
Вот уж чего я не хотел бы о себе рассказывать. Как-то я не подумал, что жена вот это все обязана знать.
– Меня тетка растила.
– Я его очень давно знаю, – Серый продолжает уговаривать Злату. – Он, может, и со странностями, – этот проныра опять сдавленно хрюкает, – но порядочный!
Вот уж точно!
Порядочности мне отсыпали за нас обоих.
Серому она по долгу службы не положена.
– Злата, – Серега берет за руку растерянную девушку, – это хороший выход! – она хмурится, качает головой, и тут этот хитрый лис добавляет. – Ну мне-то вы верите?! – смотрит на нее проникновенно.
Девчонка замирает, внимательно на него смотрит, вздыхает!
О-па!
Уговорил!
Ему можно верить!
А мне, значит, нет!
Интересно девки пляшут!
Это мы, Сергей Александрович, с вами еще обсудим!
Смотрю на нее молча, боюсь спугнуть, хотя внутри все клокочет!
Где ты и где я?! Ты тут должна сейчас визжать от радости!
Если выстроить в очередь всех дам, желающих услышать от меня такое предложение, то от ГУМа до ЦУМа растянутся!
Мошенница мелкая!
Но вот она переводит на меня взгляд…
.
Злата
– А брачные обязанности можно будет в контракте прописать? – спрашиваю то, что меня действительно волнует, но мужчины реагируют неадекватно.
Этот, который Вербицкий, аж рот приоткрыл от изумления. А толстенький адвокат опять закашлялся. Ну, чтобы не ржать в голос. Думает, я не вижу.
– А вы желаете указать какие-то особенные пункты? – спрашивает меня Вербицкий с таким выражением лица, что меня просто в жар бросает.
По нему совершенно видно, что “особенные пункты” он совершенно точно может мне предложить! И много!
– Нет! – щеки горят, неужели я покраснела. – Я желаю указать их отсутствие!
– Да? Все стандартно? – он попросту издевается надо мной.
– Нет!
Этот скот закусил губу и так на меня смотрит…
– Стоп-стоп! – адвокат аж побагровел от душащего его смеха. – По нашему законодательству супружеские обязанности не регламентируются брачным договором, – он выдыхает, тут же набирает в легкие воздух, но видит взгляд Вербицкого и все-таки начинает хохотать. – Простите! – утирает слезы он. – Простите, у меня никогда не было таких странных переговоров. В общем, – опять пытается вздохнуть, – всякие ваши особенности, – он косится на Глеба, – мы прописать не можем. Об этом вам придется договориться.
– Я не буду к вам приставать, если вы об этом, – произносит Вербицкий сухо и отстраненно, что вселяет в меня надежду.
Думаю пару мгновений, медленно киваю.
– Но, – тут же добавляет он, – на публике нам придется делать вид, что мы нормальная семья.
.
Глеб
– На публике мы должны быть образцовой семейной парой! – идем по коридору к лифтам. – Придется иногда брать меня под руку, возможно, придется иногда целовать, – вижу, как расширяются ее глаза, вспоминаю своих чересчур нравственных японцев. – Скромно! – уточняю без усмешки. – А, да! – резко останавливаюсь, поворачиваюсь к ней, выставляю указательный палец. – Я тебя очень прошу! Никогда! Никогда не поправляй мне галстук! – вижу ее испуганный взгляд и теряюсь.
Че-то я пережал.
– Считай, это личное.
Ну чего я в самом деле? И так запугал девчонку. Кажется, за свое “лоха развести” она вполне уже расплатилась.
Выдыхаю, останавливаюсь перед лифтом, крайне внимательно разглядываю указатель этажей…
– Вообще, конечно, – начинаю аккуратно, – нам надо чуть ближе познакомиться, – она напрягается, вздергивает подбородок. – Выучить биографии друг друга, – резко спрыгиваю в безопасную область я, – привычки…
Кривлюсь.
Я почему-то очень хорошо себе представляю, как буду надиктовывать ей список моих привычек, но ведь мне тоже придется запоминать ее?
Или не придется?
Никогда не утруждал себя подобным в отношениях.
В тех отношениях, которые у меня прежде были.
– Я думаю, спешить нам особо некуда. Вряд ли твоя тетка-опекунша будет оценивать, как часто ты берешь меня за руку, – а мои японцы так вообще еще всей делегацией в Токио, – так что время у нас есть.
Но тут дверцы лифта распахиваются!
Черт!
– Злата! – резко притягиваю ее к себе, прижимаю к своей груди обеими руками.
Малышка просто от испуга вскинула кверху лицо с распахнутыми губками.
Отлично!
Впиваюсь в ее губы! М-м-м… Сладкая какая!
Так и хочется…
Стоп.
Не забывайся, Вербицкий.
Мы достаточно естественно выглядим!
Можно и поздороваться.
–О! – делаю вид, что удивлен. – Кристина?
9 глава
Глеб
Кристина резко выпрямляется, будто ей в спину вбили кол!
Осиновый!
Я же лучезарно улыбаюсь:
– Познакомься, это Злата, моя невеста.
И пока моя мошенница не успела ляпнуть чего-нибудь эдакого, вталкиваю ее в лифт.
Жму кнопку первого этажа, разворачиваюсь и…
Шлеп!
Черт!
Больно же!
Рука у нее сильная!
– Ты что? Мы же договаривались, что на людях…
– Мы наедине! Никто не видит!
Она разъярена, глаза горят, щеки покрыты румянцем!
– Так я ничего и не делаю! – развожу руками.
– Но сделал! – вскидывает подбородок. – Кто это был?
– Кристина?
– Претендентка на мое место? – щурится.
– Не с моей точки зрения, – качаю головой.
– Но с ее! – Злата абсолютно уверена в своей правоте. – И много еще таких будет?
– Ну-у… – закатываю глаза.
– В твоих интересах, – мне в грудь упирается тонкий красивый пальчик, – чтобы эта дамочка растрезвонила новость всем своим подругам сегодня же! Потому что больше целовать я себя не позволю!
Ух ты…
Мне?
Не позволят?
Мне что-то не позволят?
Двери лифта распахиваются прежде, чем я успеваю что-либо ответить. Да я впринципе и не собирался. Просто делаю шаг вперед и впиваюсь в нее поцелуем.
Сопротивляется, сцепила зубы. Да плевать!
Крепко держу затылок, прижимаюсь губами почти до боли.
Секунда, две.
Отталкивает.
Заносит руку, но я уже готов.
Перехват!
– Пойдем заберем твою сестру, дорогая, – крепко сжимаю ее запястье, приобнимаю за талию и веду мимо обалдевших сотрудников.
Мне?
Не позволят?
Ха!
.
Злата
Черт!
И угораздило же нас выбрать в кафе именно его!
Хотя…
Хорошо, что сегодня на мне мое лучшее платье…
По крайней мере, рядом с его фифами я смотрюсь на уровне.
Как-то я неосмотрительно согласилась на эту странную помощь! Ну денег бы дал, ну адвоката бы оплатил… Но…
Замуж…
Был бы еще старый, больной, хромой…
Та нет же!
Он же молодой богатый красавчик.
А как целуется!
Ой…
Стоп! Хватит!
– Мне больно, – цежу сквозь зубы, пытаясь выдернуть запястье из его железной хватки.
– Мне тоже было больно, – не убирая улыбки с лица, отвечает мне он. – Не привык, знаешь ли, к пощечинам!