И тут он резко дергается!
Ой!
Че-то я увлеклась!
Это ж он мне нужен, а не я ему…
– В жизни бы такое о тебе не подумал, – шипит он, прищурившись.
– Не подумал что? – интересуюсь тихо.
– Что тебе нравится доминировать! – хмыкает. – Я, кстати, не по этой части. Я люблю классику.
Доминировать?
Мне?
Классику?
Он вообще про что?..
Боже!
Он подумал, что я… Я?
– Что?! – только и могу выдавить из себя, но чувствую, как краска заливает мои щеки. – Я не…
– Надеюсь! – он довольно улыбается и все же освобождает мою руку.
Спускается на пару ступеней, тяжело вздыхает.
– Пойдем спасать секретарш!
– В смысле? – я никак не могу прийти в себя. – От кого спасать?
– От нее, – он как-то очень обреченно смотрит на стойку ресепшн, которую я пока не вижу.
И тут я слышу:
– От винта-а-а!
.
Глеб
– Отставить свалку!
Все четверо замирают как вкопанные.
Две секретарши, охранник, водитель, и только Маринка по инерции катится по натертому мрамору.
Мой водитель, который, похоже, ее раскручивал, так и остался в полуприседе с вытянутыми руками.
Стоп-кадр из фильмов Чарли Чаплина, блин!
– Глеб Юрьевич, мы тут… – начинает одна из секретарш, тут же одергивает юбку и почему-то краснеет.
Да вижу я, что вы тут. Мышку в космос запускали, не иначе.
Вот же талант у ребенка: в считанные секунды превратить в хаос хорошо организованное пространство!
– Федоров, – обращаюсь к тому самому водителю, который уже догадался выпрямиться, – я смотрю, вы уже нашли общий язык?
– Ну мы это, так, да… – глаза в пол, только что ножкой не шаркает.
Курсистка пансиона благородных девиц, блин.
– Так, – закусываю губу, раздумывая, – идешь в гараж, берешь, наверное, Ленд Крузер, – не то, чтобы я хотел продемонстрировать девицам их новый уровень.
Я просто думаю, куда поместится их Кактус.
– И едешь с этими прекрасными дамами. Куда и зачем, они тебе объяснят, – поворачиваюсь к недоумевающей Злате. – Вы переезжаете! Надеюсь, до шести управитесь! Встретимся дома, дорогая, – ехидно выделяю последнее слово и нахально ее целую.
Не в засос, конечно, в щеку, но Мышкино “Ах!” у меня за спиной очень громкое.
.
Злата
Мышь смотрит на меня как на предательницу.
Главное же, при водителе ничего ей и не объяснишь.
Прикидываю.
Он за рулем, мы сзади.
Машина такая громадная, что, наверное, надо кричать, чтобы он нас услышал.
Пользуюсь моментом и пытаюсь поговорить с сестрой.
– Марин, лох поможет нам с опекой, – шепчу ей.
– И ты из-за этого с ним!.. – она поджимает губы, отворачивается.
– Да нет! – беру ее за руку.
– Я все видела! – она хлюпает носом.
– Мышка, ты все не так поняла!
– Не зови меня так! Никакая я тебе не Мышка! Ты сейчас в него влюбишься, вы поженитесь, а меня в детский дом отдадите!
– Да нет же, дурочка! То есть да, мы поженимся, но именно для того, чтобы тебя у меня никто не забрал! Мы будем семьей, слышишь? Мы с ним тебя удочерим! Навсегда!
– Что, правда?
– Правда! Я тебе обещаю, все будет хорошо, – затаскиваю ее себе на руки, прижимаю к груди как можно крепче.
Моя маленькая Мышка. Ну как же я тебя брошу, когда у тебя есть только я, а у меня только ты…
Нет, малышка.
Буду за тебя бороться до конца.
– Это здесь? – вырывает меня из сентиментальных мыслей голос водителя.
– А? – оглядываюсь. – Да! Ой! Мышь! Ложись!
Сталкиваю сестру за задний ряд сидений, сгибаюсь сама.
Окна тонированы, но в лобовое нас, наверное, можно увидеть.
– Вы чего? – оглядывается обалдевший Федоров.
– Там опека, – шепчу сдавленно.
– Кто?
– У подъезда тетка из опеки! С полицией! Дежурит!
– И что?
– Нам нельзя!
– А! – он спокойно заводит мотор, трогается. – Ну понятно.
– Нет! – ору, вставая.
– Что нет?
– Нельзя уезжать!
Водитель тормозит, отъехав буквально на пару подъездов.
– Девушки, вы уж определитесь! – взмахивает он руками. – Вам нельзя туда или нельзя оттуда!
– У нас там Кактус! – орем с Мышью в один голос.
– И что? – хмурится охранник. – Пусть соседка поливает!
– Пожалуйста, – начинаю причитать с хорошо отработанными интонациями, – ну придумайте что-нибудь, вы же умный! Я вижу, вы умный и добрый! Кактус – это наш пес!
– Пес?
– Да! И его мы никак не можем оставить.
Мужик вздыхает, чешет затылок.
– Ладно, давайте ключи.
– Ключи?
– Ключи! – кривится. – Скажу, что подрабатываю выгулом собак, где вы – не знаю. Просто работаю.
– Федоров, – я аж подпрыгиваю, – вы гений! Поводок на вешалке в коридоре!
– Да ладно уж, – мужик кривится, но я вижу, что ему приятно.
Отлично! У нас есть союзник.
Он выходит, идет к нашему подъезду, а мы с Мышкой замираем в ожидании.
Минута, две, три…
Вздыхаю, пытаюсь аккуратно выглянуть в окно, но тут тишину двора прорезает крик тетки из опеки:
– Сто-ой!
И что-то тяжелое врезается в машину!
10 глава
Злата
– Стой, чертова псина!
Кактус с остервенением скребет дверь дорогущего внедорожника, пытаясь попасть к нам самостоятельно!
– О боже! – у меня вырывается стон. – Он же сейчас всю машину…
– Дай! Отдай! Фу!
Слышу совсем рядом крики тетки из опеки и нашего водителя. Еще какие-то голоса!
– Вы! Да вы! Да я вас! – задыхаясь, кричит наша церберша.
– Да вы кто, чтоб вы меня? – с наездом отвечает ей водитель.
И при этом в его речи проскальзывает явный южный акцент! Который я, кстати, раньше не замечала.
– Я! – тетка задыхается. – Я!..
– Че, из зоозащиты? – Федоров на нее реально наезжает.
– Этот пес мне чуть руку не откусил!
– Да не машите вы вашей авоськой! Чуть не считается! Повреждения есть? Нет? Че орете?
В жизни не слышала столько пренебрежения в мужском голосе. Они там у этого Вербицкого все под стать хозяину, что ли? Мышь хохочет, а я просто офигеваю.
– Отойдите в сторону, дайте прогулять собаку! Вы мне мешаете!
– Откуда у вас ключи от той квартиры? – горланит тетка.
– Работаю я! Собак выгуливаю!
– И на такой машине ездите?
– На чем хочу, на том и езжу! А вы отойдите! А то песик целый день не гулял. Не ровен час еще что-нибудь испортит.
– Вы!
– Идите, женщина, идите…
Слышу, как Федоров оттаскивает от машины Кактуса.
Тетка, похоже, стоит около нас еще какое-то время, потом все же отходит.
– Мы и будем так сидеть? – сдавленно спрашивает меня Маринка.
Я по-прежнему держу ее на полу между сиденьями.
– Сиди, Мышь.
Проходит, наверное, минуты три, как открывается багажник и в машину, сопя и