– В то утро подобные разломы открылись по всему миру, - тихо произнёс Костя, когда я замолчала, чтобы подобрать правильные слова для описания своего безумства.
Вскинула на него испуганный взгляд, а жених продолжал рассказывать:
– Больше сотни. Нас перекинули в усиление в район Тулы. Потери… Были очень большие потери. Четверть состава.
Я ахнула, прикрывая дрожащие губы второй рукой.
– По всему миру ситуация примерно одинаковая. Там, где помогали призраки, было полегче, но не сильно. Однако… - он снова сфокусировал взгляд на мне, - это были последние разломы на текущий день. Больше их не появлялось. Рассказывай.
И я начала свой рассказ. О том, как враз потеряла всех призраков. Всю свою банду. О том, что даже не знаю, была ли это одна мегасущь или много крупных - когда пришла в себя, вокруг валялись лишь ошметки.
О том, что следующие много дней просто летела к цели, ориентируясь на некроповодок, связывающий меня с роем.
О том, как уничтожала сначала мелких, а потом всё более крупных скверносущей.
Как плутала по лабиринту.
Как вляпалась в иллюзию, даже не сообразив, что произошло.
Я умолчала лишь об одном: что рой принял его облик. Остальное же рассказала без утайки.
И вот…
– Я не знаю, получилось ли у меня уничтожить его всего, - произнесла я тихо. - Рой огромен и захваченных им миров множество. Но я… Я ни о чем не жалею, Костя. Я должна была это сделать. Обязана. Можешь отшлепать, сопротивляться не буду.
– Обязательно, - пообещали мне с самой зловещей ухмылкой. - Даже не сомневайся. Сделаю это в тот же день, как тебя выпишут.
Но сначала…
– Вы уверены? Вы точно уверены? - недоверчиво повторяла я раз за разом, когда два дня спустя целый врачебный консилиум постановил, что моё касание больше не иссушает, а ещё моя душа теперь так крепко привязана к телу (благодаря кое-кому!), что больше не вылетает из него после того, как я засыпала.
– Елизавета Андреевна, голубушка, мы уже дюжину раз проверили! - под конец сердился Бестужев Егор Иванович, мой персональный лечащий врач, который знал чуть больше остальных. - Вы здоровы, насколько вообще можете быть здоровы после всего произошедшего: комы и клинической смерти! Вы сейчас чего от меня хотите?! Невозможного?
– Простите, - потупилась, признавая, что не права. - Просто это так неожиданно… И очень хорошая новость. Боюсь в неё поверить.
– Уж поверьте, сделайте милость, - проворчал целитель. - Я бы не стал её озвучивать, если бы сам сначала не убедился. И пускай у меня нет этому объяснения… Впрочем, нет. Лукавлю. Константин Игоревич уничтожил некроповодок, я связываю произошедшие с вами изменения именно с этим. Других причин не вижу.
Что ж, может так оно и есть. А может и нет. В любом случае я ничего поделать с этим не могу.
И вроде бы радоваться надо, ведь теперь я могла касаться людей пальцами без перчаток, но меня ни на час не оставляла тревога иного рода: а что если я не уничтожила рой? Что если тогда он взял верх и уничтожил меня? Что если где-то осталась его частичка и совсем скоро он снова окрепнет достаточно, чтобы снова начать проникать в этот мир?
Пока же наступило затишье… Мир зализывал раны и хоронил погибших, во многих странах объявили длительный траур и спешно наращивали боевую мощь, осознав, насколько на самом деле беспомощны люди против проявления потустороннего, массово призывали на службу некромантов, медиумов и просто видящих, кто мог чувствовать тонкие места планеты и видеть сущей без визоров, правительство старательно искало призраков, которые пропали все до единого, словно и не было их никогда, ну а я…
Я старательно выздоравливала и готовилась к свадьбе.
Раз уж снова выжила, чего тянуть, правда?
***
Из-за того, что Костя категорически отказывался жениться на “бледной немочи”, свадьбу пришлось перенести аж на месяц. Пока в коме полежала, пока в себя пришла… Сердилась на него, конечно, но понимала, что он прав - лучше немного припоздниться, тем более страна была в глубоком трауре из-за погибших, чем выглядеть на собственном празднике нежитью.
За это время и он пришел в себя, и люди немного оправились от потрясений, так что наше торжество не выглядело кощунством, хотя, точно знаю, итоговая задумка стала всё-таки намного скромнее изначальной.
Впрочем, я была не в обиде.
Лично у меня было роскошное платье, которое я выбрала сама. Изумительно подходящие к нему украшения. Красиво оформленная родительская усадьба, куда приехали все, кого мы пригласили: и коллеги Кости, и мои студенческие подруги, и куча родственников с обеих сторон, даже тех, кого я совершенно не знала.
На периферии мелькала Журавлева, которой разрешили снять торжество…
Но самое главное было, конечно же, не это.
Самое главное было то, что к жениху меня вел сияющий отец, крепко держа за руку и явно гордясь этим. В первых рядах стояла растроганная матушка, рядом сопливо шмыгала носом ничуть не менее растроганная Катюша.
А у импровизированного алтаря меня ждал он.
Мой жених. Почти муж.
Самый светлый, самый лучший княжич Российской Империи.
Мой Костя. Моя душа, моё сердце и мой любимый.
Тот, кто не отдал меня ни сущи, ни смерти. Кто наполнил мою жизнь смыслом и красками. Любовью и нежностью.
И долгие, очень долгие годы, каждый день, час и миг доказывал, что мой выбор был единственно верным.
Моя душа - его душа.
И эта реальность - наша!
Эпилог
Со дня нашей с Костей свадьбы прошло семь лет. Как мой любимый и грозился, я родила ему троих замечательных ребятишек: сына Кирюшу и дочерей-близняшек Веру и Наденьку. Сам Костя души в них не чаял: был невероятно хорошим, заботливым и внимательным отцом и никогда не баловал сверх меры, хотя частенько признавался мне, что это дается ему очень нелегко.
Я же… Была любящей женой и заботливой матерью.
Как и хотела, открыла реабилитационный центр для тех, кто потерял близких. Не только по вине сущей, ведь они больше не проникали в наш мир, а в принципе.
Сложно сказать, до конца ли я уничтожила рой или он