— Я Камал, — представился он.
— Вам не идет это имя. И запоминать его я не хочу. Будете Бармалеем! А вы…
Я переключилась на второго, который медитативно молчал всю дорогу.
— Я Хасан.
— Нет, вы Будулай, забыли?
Скрип зубов двоих неандертальцев стал музыкой для моих ушей.
Не смогу сбежать, так хоть им нервы потреплю!
— Так вот, про воспитание. О, а у вас есть сестры? По лицам вижу, что нет, иначе вы бы так не поступали! Представьте, что вашу сестру бы похитил кто-то похожий на вас и вез куда-то два дня? Вы бы, наверное, были не очень рады, да? А если маму у вашего папы украдут и замуж выдадут?
Хасан вздохнул, залез в бардачок и выудил оттуда яблоко. Обернулся и с улыбкой протянул мне.
— Не голодна, спасибо! — отказалась я.
— Пожуй, Лия, — попросил он, — займи рот не разговорами.
— Не дождетесь! — Я скрестила руки на груди и отвернулась к окну.
А Бармалей, который Камал, включил музыку на полную громкость и заметно выдохнул.
Я же старалась не поддаваться панике, которая становилась все сильнее. Смотрела на деревья, мелькающие за окном, и пыталась строить планы побега.
Бежать нужно до того, как меня привезут в горы, — это факт. Оттуда я уже не сбегу. Нужно было как-то отвлечь внимание этих двоих минут на тридцать, чтобы я успела сбежать подальше. Идеально было бы угнать у них машину или как минимум получить доступ к багажнику и позвонить отцу.
Только вот как это сделать, находясь под постоянным контролем этих гадов без зачатков совести?
Я вздохнула и похлопала Бармалея по плечу, взглядом умоляя сделать музыку потише.
Он выкрутил громкость и вопросительно мотнул головой:
— Что?
— Окно мне откройте, кислорода не хватает, задыхаюсь! — потребовала я.
Стекло медленно поползло вниз, ровно до середины, и остановилось.
Неужели они думают, что я ласточкой вылечу в открытое окно? Я бы с удовольствием, конечно, жаль, что таким талантом людей природа не наградила!
Я прилипла к окну, а Бармалей снова сделал музыку громче и то и дело косился на меня через плечо.
— Следите за дорогой, — посоветовала я, когда он снова обернулся.
И тут…
На повороте я заметила пост ГАИ!
Двое мужчин в форме и с жезлами патрулировали перекресток и…
Это мой шанс!
— Помогите, меня похитили! — во все горло заорала я, — помогите, спасите! Help! SOS!
Мужчины напряглись, один засвистел в свисток, и нашу машину затормозили, но вот незадача — Бармалей заблокировал мои двери, запер окно, развернулся ко мне, кажется, решив испепелить меня взглядом, и затормозил у обочины.
Я же, окрыленная тем, что возможно сейчас мне помогут, а этих двоих в наручниках отвезут в полицию, стала стучать ладонями по стеклу.
Недолго…
Бармалей вышел на улицу и… Достал из кармана удостоверение сотрудника полиции! Показал ГАИшникам, что-то им сказал, выслушал ответ и кивнул в сторону машины.
Мент? Он? Нет, этого не может быть!
Или может?..
Получается, этим двоим закон вообще не писан, да? И я тут сотруднику законы на ходу выдумывала?
Представляю, как он мысленно ржал!
А Камал тем временем вернулся в машину, сел за руль и очень спокойно повернулся ко мне. Покачал головой, но воспитывать не стал. Просто завел мотор и поехал дальше, давая мне понять, что шутки кончились.
Началась настоящая война с превосходящими силами противника.
Посмотрим еще, кто кого! Сдаваться на милость нового жениха и двух неандертальцев я точно не планировала!
Глава 4
Казалось, мы ехали целую вечность.
От музыки у меня болела голова, а от молчаливой компании ныли все зубы. Зато неандертальцы несколько успокоились. Тот, что Камал, даже подпевал себе под нос.
У-у, морда!
Почему у подлецов всегда такие красивые и мужественные лица? Бармалея вообще можно было в музее выставлять как эталон мужской красоты. Я бы и выставила. Сначала забетонировала, правда, а потом выставила на всеобщее обозрение.
Я закинула ноги на сидение и прижала колени к груди. Тяжело вздохнула и приказала себе думать. Не о том, что ко мне приближался стокгольмский синдром настолько быстро, что Камал даже стал очень симпатичным, а о том, как мне не выйти замуж за Аслана.
Надо пытаться рассуждать логически. Меня обязательно будут искать! Сегодня же вечером, когда я не вернусь домой, папа поднимет всю свою охрану и бросится на мои поиски.
Значит, нужно оставить какой-то след, так? Свидетелей моего появления… О похищениях я смотрела только в кино и понятия не имела, что нужно делать.
Всю мою сознательную жизнь меня оберегали отец и братья, позволяя почти все, кроме тесного общения с противоположным полом. Да и парни, которые желали за мной приударить, быстро сдавались, лишь увидев одного из моих трех старших братьев.
Оптимизм исчезал со скоростью, равной скорости автомобиля, и чем дальше мы уезжали, тем страшнее мне становилось.
— Надо на заправку заехать, — нарушил молчание Бармалей.
Музыка стихла, а я выдохнула с облегчением, потому что сквозь басы мыслей своих почти не слышала.
— Через пятьсот метров будет, — согласился с ним Будулай.
И оба посмотрели на меня.
— Что? Надо так надо, заправляйтесь, я вас тут подожду, — буркнула я.
— С нами пойдешь. И без глупостей! — приказал мне Бармалей. — Будешь кричать — поедешь в багажнике. Связанная.
— И с кляпом, — с нескрываемой надеждой в голосе добавил Хасан.
— Кофе хоть купите. И бутерброд, — я скрестила руки на груди и переводила взгляд с одного на другого.
— Купим, — согласился Бармалей, — выберешь что хочешь.
«Яду бы», — подумала я, но вслух, конечно, ничего не сказала. Только покорно улыбнулась, сделав вид, что угроза произвела впечатление.
Мужчины напряглись, недоверчиво покосились на меня, но говорить ничего не стали. Они вообще были сторонниками аскетического молчания, насколько я успела заметить.
Наконец мы подъехали к заправке. Мужчины вышли из машины, Хасан открыл мою дверь, дождался, когда я выйду, и осторожно закрыл.
Великаны окружили меня с обеих сторон, так что со стороны могло показаться, что я звезда вселенского масштаба, а эти двое — мои суровые телохранители.
Мы пошли в минимаркет при заправке, Хасан придержал дверь, пропуская нас с Камалом вперед, и зашел последним.
— Знаете, что я сделаю, когда мы приедем? — уточнила я, проходя между полок. — Я на вас в полицию заявление напишу. Да-да, на вас, Бармалей. В ФСБ пойду. А потом в Интерпол. И в ГАИ! Везде напишу и пожалуюсь. Пусть вас посадят. Или оштрафуют. И накажут!
— Опять? —