— Никогда такого не видела. Одну минуту.
Она уходит по салону, и весь первый класс дружно ноет.
Некоторые уже укрылись пледами, в руках у них напитки. Я должна была быть первой, Джо-солдат прав. Стюардесса звонит по телефону в передней части салона, а я стою и чувствую, будто все смотрят на меня так, словно я пытаюсь проникнуть в самолет по фальшивому билету.
Я так раздражена, что моя мечта полететь первым классом может быть вырвана у меня. И тем самым мужчиной, который уже целый день причиняет мне одни неприятности.
Наверное, он один из тех, у кого все волшебным образом складывается само собой. Боже, каково это жить такой жизнью? Мне никогда не узнать, моя, потому что моя полная противоположность.
— Даже не думайте вставать, — огрызаюсь я.
— А, мне следует встать, потому что это по-рыцарски? — он поднимает брови.
— Это вежливо.
Он отстегивает ремень и встает в проход, скрестив руки.
Не могу отрицать, его руки впечатляют, даже прикрытые курткой.
— Прошу, садитесь. Вы женщина, значит, вам должно достаться место, так?
У меня горят щеки.
— В смысле?
— Теперь вы расстроены и обескуражены, принцесса? — он поднимает обе брови.
Его товарищи-солдаты что, выщипывают их? Как они могут быть такими идеальными?
— Тесса Этвотер, верно? — ко мне подходит другая стюардесса, за ней та, что взяла мой посадочный талон.
— Да, это я, — мне удается выжать улыбку.
— Мы пытались найти вас до посадки, но вы не подошли к стойке после объявления по громкой связи. Приношу свои извинения, но первый класс был переполнен, и поскольку ваш билет был продан последним, нам пришлось перевести вас в эконом-класс.
— В эконом? — я визжу, как последняя сука, хотя на самом деле это то место, где я всегда летаю.
— Да, — она мило улыбается.
— Но… мой посадочный талон? — я смотрю на женщину, которая его забрала.
Стюардесса протягивает мне другой листок.
— Это правильный талон. Я приношу свои извинения, и разница в стоимости, конечно же, будет вам возвращена.
Мои плечи бессильно опускаются, я смотрю на Джо-солдата, который усмехается и снова опускается на место, будто так и надо.
Почему мне никогда не везет? Чем больше я оглядываю всех в первом классе, пялящихся на меня, тем больше моя жалость к себе сменяется гневом, и ярость вырывается на поверхность. Львица во мне рычит, точа когти.
— Значит, это я облажалась?
— Если бы мы могли что-то сделать, мы бы сделали. От имени авиакомпании приносим свои извинения, — говорит стюардесса. — А теперь, пожалуйста, проходите на свое место в хвосте салона. Я оставлю вашу сумку здесь, в качестве жеста доброй воли, потому что сзади в багажных отделениях нет мест. — она тянется за моей сумкой, но я не отдаю ее.
— Правильно, меня отправляют в хвост, хотя у меня был совершенно нормальный билет. И, конечно, если я что-то скажу, то буду сволочью, потому что он военный и борется за нашу свободу.
Я игнорирую несколько ахнувших вокруг пассажиров, потому что львица во мне теперь ревет.
Солдат выпрямляет спину и устремляет на меня все свое внимание с такой ухмылкой, что мне хочется стереть ее с его лица. Но арест лишь усугубит положение.
— Мэм, день был долгим, и я знаю, праздники могут вызывать много эмоций, так что, пожалуйста, займите свое место, чтобы самолет мог взлететь?
— Конечно, я пойду втиснусь в маленькое кресло эконом-класса, потому что, дайте угадаю, среднее место было единственным свободным?
— Мэм. — ее хорошо натренировали. Ее голос до сих пор не поднялся ни на октаву.
Я подношу руку к переносице.
— Чего еще ожидать, учитывая, как дерьмово складывалась жизнь в последнее время?
— Мне придется снять вас с рейса, если вы не займете свое место, — говорит она уже строже.
Я опускаю руку и сужаю глаза.
— Серьезно? Вы собираетесь снять меня с рейса, когда это ваша авиакомпания дважды забронировала место в первом классе? — я размахиваю руками во все стороны.
— Это последнее предупреждение, — говорит она.
Я на мгновение закрываю глаза, затем резко поворачиваюсь к солдату.
— Наслаждайтесь первым классом.
— Обязательно, — краешки его губ подрагивают вверх, и я яростно смотрю на него.
Не знаю, почудилось мне или нет, но клянусь, я рычу и топчусь через занавеску, отделяющую умиротворенный первый класс от того, что выглядит как комната детского сада в экономе.
В жопу мою жизнь.
Стюардесса идет за мной, и, конечно же, мое место — во втором ряду от хвоста. По крайней мере, у прохода.
— Спасибо за понимание, — говорит стюардесса, забирая мою ручную кладь.
Я проваливаюсь в кресло и смотрю на круглый, беременный живот женщины рядом со мной. За ней, у окна, сидит бабушка с открытой жестянкой печенья на коленях. Я пристегиваюсь и сдерживаю слезы, которые отчаянно рвутся наружу.
Чем дольше я сижу, тем злее становлюсь. Не только из-за ситуации с первым классом, но из-за всего, что тяготило меня в последнее время. Затем я придумываю миллион вещей, которые должна была сказать тому придурку, который занял мое место. Ненавижу, когда так бывает.
ГЛАВА 3
ТРЭ
— Черт, ну и стерва, — говорит женщина рядом со мной, когда вся эта сцена заканчивается.
Я не люблю быть частью спектакля, особенно когда я в форме. В наши дни люди не колеблясь достают телефоны, чтобы снять видео или сделать чертов снимок.
— Путешествия — это стресс. Праздники — это стресс.
В руке звенит телефон, я открываю общий чат семьи, радуясь предлогу прекратить разговор с этой женщиной, но не столь довольный сообщениям. Моя семья относится к моему возвращению домой так, будто я был ранен или попал в плен.
Мама: Не могу дождаться, когда ты будешь дома. Мы будем у выдачи багажа.
Младший Брат: Если кто-то сомневался, что ты мамин любимчик, то теперь это подтверждено. Подожди, пока увидишь, что тут наготовили.
Младшая Сестра: Есть причина, почему он ее любимчик. Он не придурок, который не может опустить сиденье унитаза.
Я: Блин, ты что, в него провалилась?
Папа: Крик посреди ночи это подтверждает.
Младшая Сестра: Так здорово делить с ним ванную.
Мама: Трэ не нужно слушать наши ворчания. Он через многое прошел.
Я качаю головой, потому что она не представляет, как мне не хватало этих семейных перепалок. Я благодарен, что снова могу это испытать.
Младший Брат: Возвращайся быстрее, чтобы я мог научить тебя играть в рамми. Я сейчас лидер.
Младшая Сестра: Потому что ты жульничаешь.
Младший Брат: Я не жульничаю.
Младшая Сестра: Серьезно? Скажи это с каменным