— Нью-Йорк, значит, — произносит Адья с оттенком задумчивости. — Даже не представляю, как можно покинуть такой город. Я родилась и выросла в Лондоне, и этому городу от меня ни за что не избавиться.
— Письмо от галереи стало для меня толчком, — говорю я. — Так как работает система? С кодами доступа?
Она подходит ближе и показывает, — уверенно и деловито — что и как. К счастью, как для первого дня, все проходит довольно спокойно: лишь несколько клиентов записаны на просмотр картин. Я знаю свои задачи: весь день ходить по пятам за Адьей и следить, чтобы клиенты были довольны, счастливы и, если пожелают, с бокалом шампанского в руке.
Нас окружают произведения искусства на миллионы фунтов. Волнение мерно пульсирует во мне весь день. Работать с этим. Видеть каждый день.
В другом конце галереи стоят несколько мужчин. Одного я узнаю сразу. Итан Уайт. Владелец и исполнительный директор «Стерлинг Гэллери». Невысокий мужчина с густыми черными кудрями и самым пронзительным взглядом, какой я когда-либо встречала.
Его голос звучит тепло, пока тот разговаривает с высоким мужчиной в костюме.
Я снова бросаю взгляд на Адью.
— Уже потенциальный клиент? — шепчу я.
Она кивает и перелистывает страницу каталога художественной коллекции, ища одну из абстракций.
— Да, пришел ровно к открытию галереи. Постоянный клиент. Всегда получает королевское обращение и личные экскурсии от Итана.
Я снова бросаю взгляд на мужчин. Что-то знакомое... Когда мужчина поворачивается, и я вижу его профиль, внутри все холодеет.
О нет.
Нет, нет, нет.
Я ведь знала, что он в Лондоне. Конечно знала, но не думала, что столкнусь с ним нос к носу. Вообще не позволяла себе об этом думать. С тех самых пор как собрала вещи и купила билет.
Хотя правда в том, что он всегда интересовался современным искусством. Расспрашивал о молодых художниках каждый раз, когда приходил к нам с Дином на ужин. Это было одной из немногих тем, на которых мы сходились. Мне нравилось рассказывать о тех, в ком видела потенциал, а ему, казалось, нравилось слушать.
— Харпер? — окликает Адья. Она жует жвачку, а ее длинный черный хвост блестит под мягким светом встроенных потолочных ламп. Она невероятно красива — смуглая кожа, безупречный макияж и фантастический акцент. — Ты немного засмотрелась.
— Ой, прости.
— Не извиняйся. Он горячий. Я знаю это не понаслышке, — ухмыляется она и слегка склоняет голову в его сторону. — Один из лучших клиентов галереи, так что сама понимаешь, кошелек у него внушительный.
— Да, логично. Если уж увлекаешься искусством, придется раскошелиться, — говорю я. Голос выходит слишком высоким, с нервной ноткой.
Адья постукивает ухоженными ногтями по закрытой обложке каталога коллекции «Стерлинг Гэллери».
— По крайней мере, своим появлением он всегда поднимает Итану настроение. Я уже месяцами пытаюсь заставить его пригласить меня на свидание.
Я приподнимаю брови.
— Правда?
— Разумеется, — улыбается она. — Ты хоть представляешь, как редко попадаются привлекательные клиенты?
Я снова смотрю на Нейта, стоящего рядом с эксцентричным боссом — легендой арт-индустрии, о котором впервые услышала еще в колледже. Они начинают неторопливо двигаться по галерее, прямо в нашу сторону.
Черт.
С каждым их шагом сердце колотится все быстрее. Дин и Нейт дружат уже почти двадцать лет. Вместе учились, и Нейт бесчисленное количество раз бывал у нас дома.
Он ведь должен был стать шафером на нашей свадьбе.
В последний раз я видела его на званом ужине несколько месяцев назад. Он сидел напротив, окруженный семьей и друзьями Дина, при таком обилии свечей, что казалось, они вытягивают из комнаты весь воздух, и я вот-вот задохнусь. Но все вокруг продолжали смеяться, не замечая, что не хватает кислорода.
Дин, должно быть, послал его.
Да, Нейт интересуется искусством, но какова вероятность, что окажется здесь во второй день моей работы?
Я хватаю один из огромных каталогов, ставлю ее вертикально на гладкий стол, на котором также расположился единственный компьютера и плюхаюсь на стул перед экраном. В панике раскрываю плотную обложку и утыкаюсь взглядом в страницы.
— У нас есть еще работы Веспера в зале напротив, — говорит Итан. — Если вас интересуют более свободные формы, там есть полотно в фиолетовых тонах, лично я считаю его крайне выразительным.
Нейт вдумчиво мычит.
— Добрый день, — приветливо произносит Адья. — Как всегда, дайте знать, если вам что-нибудь понадобится. Кофе?
— Откажусь, но спасибо, — отвечает Нейт. Его голос раздается слишком близко, прямо над краем глянцевого каталога с работами Моне, в который я притворяюсь, что смотрю. Дыхание сбивается, сердце колотится слишком быстро.
Шаги вновь раздаются, и я с облегчением выдыхаю.
— Харпер? — произносит он. — Это ты?
Черт.
Я опускаю массивный каталог и встречаю три пары глаз, устремленные на меня. Итана, с едва заметным удивлением. Адьи, с открытым от изумления ртом. И Нейта напротив, по ту сторону стола, чьи темные глаза пристально впиваются в меня.
Я натягиваю слабую улыбку.
— Привет, Нейт.
— Какой приятный сюрприз, — говорит он. Голос низкий, уверенный и совсем не удивленный. Он знал, думаю я. Подозрение тяжелеет, страх оседает глубоко внутри.
Он ведь не пришел сюда по поручению Дина. Не поэтому ведь?
— Вы знакомы с нашей новой сотрудницей, — произносит Итан. Его голосе невозможно прочесть, и я перевожу взгляд с лучшего друга бывшего жениха на нового начальника.
— Еще как знаком, — говорит Нейт. — Как ты, Харпер?
— Отлично. Да, просто... прекрасно. Осваиваюсь тут, в Лондоне.
Он кивает, одаривая остальных своей самой обаятельной улыбкой. Верхняя пуговица его рубашки расстегнута, костюм сидит безупречно — как будто сшит на него и с целью подчеркнуть самоуверенность. Все тот же человек, каким я его помню: неприлично богатый и возмутительно красивый.
— Харпер часто давала мне советы по поводу искусства, еще в Нью-Йорке, — говорит он. — Некоторые из своих лучших покупок я совершил именно благодаря ей.
Что?
Я моргаю, глядя на него из-за стола.
— Вот как? — мурлычет Адья, звуча заинтересованной и слегка флиртующей.
Итан приподнимает бровь и смотрит на меня так, словно обдумывает все, что успел узнать о новой американской сотруднице.
— Ну что ж, — произносит он. — И впрямь приятный сюрприз.
Я ставлю каталог на стол с той грацией, какую только могу себе позволить, учитывая, что он весит больше, чем вообще положено книге.
— Я не знал, что ты переводишься в эту галерею, — говорит Нейт. — Иначе непременно бы с тобой связался.
Он играет на публику. Не понимаю, зачем, но, судя по выражениям лиц коллег, номер срабатывает. Я прочищаю горло.
— Решение было довольно спонтанным, — говорю я. — Поэтому вот.
Он слегка