Я покачал головой.
– И как мы пришли к обсуждению этой темы?
Колби встал и с громким хлопком открыл банку пива. Опустив ее, он указал на меня.
– Твое лицо выглядит хуже, чем мои яйца.
Брейден вышел из кухни, перевел взгляд с меня на Колби и поднял руки вверх.
– Верю на слово.
Я рассмеялся. Возможно, впервые за две с половиной недели. Мне это было необходимо. Ребята заняли свои обычные места за столом, и Брейден раздал фишки в обмен на наличные.
Подойдя ко мне, он вздернул подбородок.
– Так почему яйца Колби выглядят лучше, чем твое лицо? Хотя я не уверен, что хочу знать.
– Не хочу об этом говорить, – со вздохом ответил я.
Он пожал плечами.
– Меня устраивает. Дай мне свои пятьдесят, и я начну сдавать.
Я вытащил из заднего кармана бумажник и бросил наличные на стол. Брейден добавил их в пустую банку из-под кофе и сдал первую раздачу. Я бросил фишку в центр стола и взял свои карты. Но даже под страхом смерти я не смог бы назвать, какой они масти и какого достоинства. Пока ребята делали ставки и брали новые карты, я успел погрузиться в свои мысли. Внезапно фишка попала в мое лицо.
Я потер нос.
– Какого хрена?
– Ты брать будешь или нет, красавчик? – поинтересовался Брейден.
– Да. – Я посмотрел на карты в своих руках, но не сумел сосредоточиться настолько, чтобы принять решение. – Вообще-то, нет. Все окей.
Оуэн сидел слева от меня. Он подвинул свой стул и украдкой взглянул на мои карты.
– У тебя ничего нет, тупица, – сказал он. – Возьми новые.
Я еще раз изучил свои карты и кивнул. Но по-прежнему не мог принять решение.
– Я люблю Лалу, – наконец, признался я и покачал головой. – По-моему, я облажался.
Брейден подбросил свои карты в воздух и застонал.
– О черт бы меня побрал.
Оуэн нахмурился.
– Блин, что ты натворил?
Колби прерывисто выдохнул.
– Не хотелось бы испортить твое хорошенькое личико. Ты ей изменил?
Я поднял две руки.
– Ничего подобного! Я облажался, уговорив ее уехать. Мне не следовало подталкивать ее к отъезду.
– Подожди. Позволь прояснить ситуацию, – вмешался Брейден. – То есть это не было решением Лалы вернуться в Филадельфию? Ты заставил ее уехать пораньше?
– Заставил ее уехать – слишком сильно сказано. Я сказал, что, на мой взгляд, ей следует вернуться. И не сделал ничего, чтобы ее остановить.
– Какого хрена ты так поступил, если ты в нее влюблен?
Я потер затылок.
– Потому что я кретин?
– Это мы все знаем, – заметил Оуэн. – Но серьезно, чувак, зачем было говорить ей о переезде, если ты хотел, чтобы она осталась?
Я громко вздохнул и покачал головой.
– Я думал, что поступаю правильно. По крайней мере, так я в то время себе говорил. Я боялся признаться ей в своих чувствах, боялся попросить ее остаться и быть со мной. В глубине души я чувствую, что не заслуживаю ее. Она такая умная, красивая и… неиспорченная. Какая-то часть меня считает, что ей следует быть с Уорреном.
– Господи! – Колби покачал головой. – Вот уж не думал, что доживу до этого дня.
– Когда я влюблюсь?
– Нет. Дня, когда на смену твоему проклятому эгоизму пришла неуверенность. Когда тебе было восемнадцать, ты думал, что сможешь заполучить нашу суперсексуальную тридцатилетнюю учительницу английского.
Я нерешительно улыбнулся.
– Мисс Ренцо положила руку мне на бедро. Она хотела меня.
Колби ткнул в меня пальцем.
– Видишь? Ты всегда был уверен в себе, когда дело касалось женщин. Думаешь, я чувствую себя достаточно хорошим для Билли? Конечно, нет. Но нужно смириться с этим дерьмом. Когда ты в кого-то влюблен, ты не отталкиваешь его из-за того, что ты недостоин. А будешь всю оставшуюся жизнь пытаться стать мужчиной, который достаточно хорош, чтобы быть рядом с ней.
Я хотел верить, что сумею стать мужчиной, достойным Лалы. Но сомневался, что это достижимо.
– А вдруг я облажаюсь?
Брейден жестом подозвал их троих.
– Тогда мы надерем тебе задницу. Ради Райана.
Оуэн поймал мой взгляд.
– Если ты причинишь боль Лале, тебя побьют. Но я рискну и кое-что скажу… Хотя никогда не думал, что произнесу такое… Если бы Райан был здесь и выслушал, как ты относишься к его младшей сестре, он бы дал тебе свое благословение. Так что считай, что мое у тебя есть.
Колби кивнул.
– И мое.
Брейден пожал плечами.
– То же самое. Перестань вести себя как слабак и откройся женщине в своих чувствах. И, может быть, закончим, наконец, болтовню? Забудь на время о своей личной жизни, сосредоточься на мужчинах и сыграй с ними в карты?
Я улыбнулся.
– Да, давайте так и сделаем.
Я по-прежнему ничего не решил, но было приятно осознавать, что ребята думали, что с Лалой все наладится. Оставалось только убедить себя…
* * *
На следующее утро я лежал в постели и думал о том, не съездить ли мне на этих выходных в Филадельфию и устроить с Лалой задушевный разговор, когда на столике зажужжал телефон. Это был наш менеджер, Дейзи. Я прочитал начало сообщения и нахмурился.
Дейзи: Надеюсь, ни у кого нет планов на выходные…
В последнее время она неудачно выбирала время.
Хотя, может, сама судьба вела меня к тому, чтобы не признаваться в любви Лале. Я вздохнул, разблокировал телефон и прочитал сообщение полностью:
Дейзи: Надеюсь, ни у кого нет планов на выходные. Есть один новый клуб. Его владельцы – знаменитости, и в нем нереально забронировать столик. Одна из дочерей владельца недавно видела, как вы играете, и подсказала своему отцу пригласить вас на сцену.
Прежде чем я успел ответить, мои товарищи по группе набрали ответ.
Дилан: Я согласен. Куда надо ехать?
Монро: Мне все равно, хоть на Плутон. Я в деле.
Дейзи: Это ближе, чем Плутон. Это в Филадельфии.
Я сел, чувствуя, как по венам струится адреналин. Может быть, у судьбы все-таки были другие планы…
Холден: Согласен.
Когда мы все ответили, Дейзи прислала детали выступления