– Готов как никогда.
– Рада слышать. – Она смотрит в зеркало заднего вида и прямо мне в глаза. – Пристегнись, сынок. Тебя надо защищать любой ценой.
Я закатываю глаза, но все же делаю как сказано. Джоанна прикрывает рот рукой, пытаясь сдержать смех. Когда я смотрю на нее, в глазах ее плещется веселье, и я уж собираюсь спросить, неужели она так сильно наслаждается моими мучениями, как вдруг таксистка заговаривает снова.
Она болтает всю дорогу. Я надеялся поцеловать Джоанну по пути домой, а вместо этого приходится обсуждать статистику (и нашу, и команды соперников), шансы попасть в чемпионат и мои перспективы оказаться в НФЛ.
– Если ты хоть немного похож на своего папашу, точно попадешь, – заверяет таксистка, заворачивая на парковку перед нашим домом, и останавливается прямо перед нашим подъездом. Как будто уже бывала здесь. Она что, сталкер?
Сильно в этом сомневаюсь. Она по дороге сверялась с маршрутом по карте.
– Что ж, это было интересно, – говорит Джоанна. Мы стоим рядышком на тротуаре и наблюдаем, как «Камри» выезжает со двора.
– Прости за это. – Я смущенно почесываю загривок. Некоторые девчонки прямо балдеют от моей так называемой славы. Лично мне кажется, что в том, что касается популярности, я едва коснулся вершины айсберга, так сказать. Другим вообще не нравится, что я привлекаю так много внимания, и я всегда говорю им, что ничего не могу поделать. Я же не специально.
Сегодня как раз второй случай. Очень надеюсь, что Джоанна не рассердилась. Ей, по-моему, вообще плевать, кто я и чем занимаюсь, так что постоянное обсуждение этой темы – меня, в смысле, – ее наверняка утомляет.
Я ее понимаю. Иногда это и меня утомляет. Как сегодня, например.
– Ничего страшного. Я хоть что-то о тебе узнала. – Она не сводит глаз с парковки и с удаляющейся машины. Красные огни «Камри» постепенно тускнеют и наконец исчезают в полумраке.
– Правда, что ли? – Я искоса поглядываю на нее.
Джоанна прямо смотрит в ответ.
– Я все узнала о твоей статистике, о том, какие у тебя шансы сыграть на чемпионате и попасть в НФЛ, и все из десятиминутного разговора.
– Она много обо мне знала.
– А вот это жутковато было, – кивает Джоанна.
Я улыбаюсь ей, и она улыбается в ответ.
– Хочешь подняться ко мне?
– Я уж думала, ты никогда не попросишь.
Я беру ее за руку, веду вверх по лестнице, а свободной рукой выуживаю ключи. Меньше, чем через минуту, мы оказываемся в моей темной квартире, и я поспешно принюхиваюсь, порадовавшись, что у нас хотя бы не пахнет потными подмышками с оттенком пепперони.
Честно говоря, пахнет как обычно.
– У вас тут мило. – Я включаю свет, и Джоанна проходит в гостиную, медленно поворачивается, осматриваясь вокруг.
Ничего «милого» в нашей квартире нет. Она вполне соответствует нашим потребностям, дает крышу над головой. У нас гигантских размеров кожаный диван – потертый, а в нескольких местах даже порванный. На стене висит телевизор с семидесятипятидюймовым экраном, на тумбочке под ним разбросано несколько приставок.
Мы, конечно, не так помешаны на чистоте, как Джоанна (в этом я уверен). На самом деле мы немного грязнули – кажется, пыль мы ни разу не вытирали с тех самых пор, как сюда въехали. Так что все игровое оборудование наверняка покрывает толстый слой пыли, а для техники это может быть вредно.
Возможно, стоит нанять горничную. Горничную, которая не против будет прибираться за неопрятными студентами колледжа. Готов поспорить, Кэм согласится поделить расходы пополам.
– Ничего так, – говорю я, как только Джоанна поворачивается ко мне лицом. – И к стадиону близко.
– Уверена, вам это только на руку.
– Так и есть. Мы с Кэмом были соседями по комнате на первом курсе и быстро сообразили, что друг друга выносим гораздо лучше, чем остальных. И вот мы здесь, до сих пор живем вместе. – Я театрально раскидываю руки, обвожу комнату.
– У нас с Натали то же самое. Я сначала не знала, что о ней и думать. Она была такая болтушка, а еще к ней постоянно народ заходил, какой-то бесконечный конвейер, и меня это с ума сводило. – На мгновение ее выражение лица меняется, взгляд становится задумчивым. – Кроме того, я пыталась поддерживать отношения на расстоянии с парнем, а это было непросто. Я скучала по нему.
Слышать это мне ненавистно. И я не хочу, чтобы Джоанна об этом говорила – говорила о нем.
– Как только я перестала скучать по Брайану и начала знакомиться с людьми из кампуса, стало проще. Во многом благодаря Нат. – Она едва заметно улыбается, взгляд ее проясняется. – Подруга она хорошая.
– Она, кажется, крутая, – соглашаюсь я.
– Дерек ведь не разобьет ей сердце, да?
– Как знать, – врать я не могу. Только не Джоанне. – Моногамным его не назовешь.
Она вздыхает.
– Знаю, ты уже говорил, что он непостоянный, да и сама Нат это тоже понимает, но я даже не знаю… У меня такое ощущение, что он ей и правда нравится.
– Знаешь, меня моногамным человеком тоже не считают, – добавляю я. Лучше уж сразу признаться.
Для меня это новая территория. В конце концов, у меня самого такое впервые – когда больше сорока восьми часов подряд не можешь выкинуть из головы одну и ту же женщину.
– Я слышала, – сухо замечает она. Я знаю, что она в курсе моей ситуации, но все же.
С тем же успехом можно все сказать как есть. По крайней мере, отчасти.
– Я никогда ни с кем не встречался постоянно в колледже. – Я, кажется, даже никого на нормальное свидание не приглашал. Обычно мы знакомимся после игры. На вечеринке. В баре. Начинаем болтать, потом – активно флиртовать, затем переходим к петтингу, и вот, не успеваю я глазом моргнуть, как мы уже занимаемся сексом в каком-нибудь темном уголке в спальне или в туалете.
Я всем этим не горжусь, но что мне было делать? Отказывать всем девчонкам подряд? Когда женщины буквально вешаются на тебя, чувствуешь себя гребаной суперзвездой. Любой среднестатистический (и озабоченный) парень, которому еще и двадцати нет, явно воспользуется представившейся возможностью. А возможностей было море.
Они появлялись снова и снова.
– А я встречалась, и это просто отстой. – Голос у Джоанны ласковый, а вот сами слова – не очень. – Я не ищу ничего серьезного, Нокс.
– Не ищешь? – Вообще-то она похожа на девушку, которая предпочитает постоянные отношения.
Она размеренно качает головой.
– Я уже попыталась однажды, и ничего не вышло. Мне хочется хоть раз в жизни почувствовать,