— Ты чувствуешь запах? — произносит тот, что с хриплым голосом. Распахиваю ресницы. Какой-то бородатый дед в одежде то ли охотника, то ли работника сельского хозяйства. В профиль особо не рассмотришь.
— Это от нас перегаром несет, — усмехаясь бросает молодой.
— Женские духи. Сладкие.
— Ничего не чую.
— Послушай. Запах манго, — вот тебе и дед-пердед.
— Нюхаю. Ничего не чую.
— Потому что аромат слушают, — епстудей.
— Иди на хрен.
— Здесь кто-то был. Пол не чистый, — чего, блин?!
— Нечистая сила — это то, что в тебя вселяется мистер Пропер.
— Заткнись, — рявкает бородатый.
И в этот момент я дергаюсь от страха и задеваю локтем хрень, за которой я прячусь. Когда встаешь ночью попить, хочется это, разумеется, сделать тихо, а получается не очень. То ли что-то скрипнет, то ли хрустнет. И всегда думаешь, что это очень громко. Оказывается, нет. Чувство такое, что по звуку рухнул дом, а чтоб наверняка все об этом узнали, забили тысячу колоколов в придачу.
Мамочки. Что сейчас будет? Шумно сглатываю, когда на диване, на котором расположился улыбчивый молодой мужчина, замечаю ружье.
— Ты кто такая? — произносит бородатый хриплым голосом.
— Я… я…де… де… де…
— Дебилка?
— Девочка.
— Счастье-то какое, — произносит насмешливо молодой. — А говорил, не будет девочек на ночь глядя. А оно само пришло. Лапушка, у тебя справка есть?
— От психиатра?
— Из кожвендиспансера. Я товарищ не брезгливый, а вот для деда Мазая очень важна справочка. Ну, в принципе, на крайняк зальем тебя хлоргексидином и водкой.
— Заткнись. Ты кто такая? Последний раз спрашиваю по-хорошему.
— Простите. Я случайно здесь оказалась.
— Случайно?
— Да, я заблудилась.
— Заблудилась? — вновь повторяет за мной. Глухой, что ли?
— Да. Я не в ту дверь зашла. В смысле не в тот дом.
— Ты и не в дверь зашла, — ой, блин!
— Простите, пожалуйста. Ошибалась, с кем не бывает. Я пойду, не буду вам мешать.
— Пока ты не объяснишь мне, кто ты такая и с какой целью здесь оказалась, и шага не ступишь, — только сейчас понимаю, что они тоже прилично подшофе. Мамочки!
— Давай я сначала ее трахну, а потом веди с ней любые беседы. У меня аж яйца горят от такой красоты, — произносит молодой, вставая рядом с бородатым. — Я ща закуску организую и устроим оргию. Ты с чистящими средствами будешь надрачивать. Надраивать, надраивать, конечно, полы. А я с девочкой, не обессудь.
Стою как вкопанная, смотря на то, как молодой уходит в кухню. Не успеваю среагировать, как чувствую захват на затылке. Вскрикиваю, когда бородатый до боли натягивает мои волосы.
— Я тебе сейчас такую оргию устрою, что до конца жизни не забудешь.
То ли алкоголь, то ли страх вместе с ним, но единственное, на что меня хватает, это со всей силы ударить коленом мужику в пах. И это срабатывает. Он скрючивается от боли. Я же, воспользовавшись этим моментом, вырываюсь из его захвата. Но убежать далеко не успеваю. Передо мной появляется молодой.
— Ну, лапа, это ты зря.
Паника нарастает с каждой секундой все больше. И не только она. Когда молодой берется за ремень, тошнота подкатывает к горлу. И я не сдерживаю рвущийся из меня поток, съеденной ранее колбасы и выпитого виски. Из плюсов — желающий ранее меня мужик, больше явно не хочет, ибо я заляпала не только пол, но и малость его. Из минусов — дед с поврежденными яйцами ожил.
Со всей силы отталкиваю опешившего молодого и со всей скоростью, на которую только возможно, бегу к выходу, попутно снова что-то задевая.
Обо что-то больно ударяюсь на улице и бегу куда глаза глядят. Прихожу в себя только тогда, когда осознаю, что за мной никто не гонится…
Ну теперь, смотря на экран ноутбука, хотя бы понятно, от чего у меня был такой синяк на руке. Что-то, что я задела — это боковое зеркало тачки молодого или «деда», припаркованной на территории дома. Ну, как задела? Снесла к чертовой матери. Перевожу взгляд на чистоплюя. Да уж, без бороды ему, как минимум, на лет двадцать меньше. Да и в такой одежде — это совершенно другой мужчина. Ну что ж, я малость попала.
Глава 4
Попала, так попала. Но, если призадуматься, ничего ужасного я не сделала. Стыдно? Безусловно, да. Жалею, что напилась, по сути, в незнакомой компании? Трижды да. Да чтоб я еще раз? Ни за что. Но все содеянное не тянет на запланированное похищение. Отсюда вопрос: на кой черт меня похитили?
— Что думаешь, София Вячеславовна? — что тебе пора в задний проход! Перевожу взгляд на невозмутимого козла.
— Что дед на видео стремный. Из мужского в нем только борода. Хотя ему она не идет.
— Это все?
— Девице не идет фасон платья, — ну тут уж без шуточек. Со стороны нагляднее. Платье на мне — полный капец. Чтоб я еще раз надела такое уродство? Ни за что!
— О, прелестная дурашка вернулась. Совет тебе на будущее — включать ее надо не со всеми, а исключительно с объектом поползновений. Я, надеюсь, не он?
— Надейтесь. А лучше молитесь. Мой па…, — и тут же замолкаю. Зачем ему выкладывать свои козыри? Пусть не сегодня, но завтра, максимум, через два дня папа с мамой поднимут тревогу. Папа меня найдет и вернет.
— Что мой па?
— Слушайте, что вам надо? Да, я поступила некрасиво, проникнув к вам в дом. Извините, что наследила. Мне надо было просто достать алкоголь. Я бы вам за него деньги оставила. А все дальнейшее — это результат ваших действий. Я за это извиняться не буду.
— Статья 139 УК РФ нарушение неприкосновенности жилища. За данное деяние тебе грозит до двух лет лишения свободы и принудительные работы на тот же срок. Следующая статья — 116 УК РФ.
— А это что?
— Рукоприкладство.
— Ну, справедливости ради, было ногоприкладство. Поэтому эту статью убираем.
На его лице тут же появляется гаденькая ухмылка. Надо вести себя по-другому, а то я не знаю, на что он способен. Это не папа, который привык к нашему стилю общения.
Встав из-за стола, он демонстративно начинает расстегивать рукава рубашки, не отрывая от меня взгляда. Доля секунд, и он закатывает манжеты, по-прежнему, прожигая во мне дыру. Казалось бы, простое ничем непримечательное действие, ну подумаешь, захотел человек закатать рукава. Но мне этого хватает для того, чтобы съежиться и представить себя невидимкой. Так и врастаю в стул трусливо закрывая глаза. А в следующий момент чувствую, как он оказывается