В этот момент я осознал, как мне не хватает фотографий и современных устройств, которые стали бы огромной помощью для меня и моего королевства в этом мире. Среди дворян тогда была популярна практика отправки картин вместе с письмами, чтобы знакомиться с дворянами, проживающими на значительном расстоянии.
Это был вариант, но далеко не всегда экономически оправданный. Заказ картин обходился дорого, и, к тому же, многие из них оказывались чересчур приукрашенными и не передавали истинного облика человека. К тому же, современный художественный стиль не всегда удовлетворял мои вкусы. Если я мечтаю о картине, придется терпеливо ждать, пока искусство в этом мире не поднимется на уровень эпохи Возрождения.
Итак, в сопровождении Жанны и Шарлотты, мы вступили в банкетный зал особняка. Гул в холле за пределами дверей свидетельствовал о прибытии многочисленных гостей. И к счастью, наше появление не оказалось последним, что придало мне некоторую уверенность.
Проходя по коридору я взираю, как слуги с обеих сторон с ловкостью распахивают перед нами двустворчатую дверь, возвышающуюся на два метра в высоту.
Мы вступаем в зал. Я редко появляюсь в такого рода банкетах, даже если они проводятся в таких местах, как Мраморное, или даже еще дальше. Жанна, возможно, чаще присутствует на подобных событиях, чем я за всю свою жизнь. Лично мне это никогда не нравилось, и я считаю, что мое время стоит гораздо дороже.
По мере того, как мы входим в зал, мои глаза начинают внимательно изучать его детали. Сначала бросается в глаза лимонно-желтая цветовая гамма, которая пронизывает все: от изысканных штор до мозаичной плитки на полу.
Двери, распахнутые на балкон с обеих сторон, добавляют изысканности пространству. Над нами витает хрустальная люстра, эффектно имитирующая свечи, дарящая залу загадочное сияние. В уголке играет живая группа музыкантов, создавая приятный фон для бесед и встреч.
— Ренар. Что происходит в твоих мыслях? — шепчет Жанна мне на ухо.
Её убедительный голос прорезал мои размышления, словно волна, силой вернув меня к безжалостной реальности. В этом великолепном зале, взгляды дворян и служанок, которые были направлены на меня, моментально стали более глубокими и устремленными.
Кружащие вокруг дворяне и служанки внимательно следили за моими движениями. Некоторые из них продолжали свои беседы, смеясь и поглощенные разговорами друг с другом.
Те, кто моментально узнал меня, приковывали ко мне свой взгляд с намеком любопытства и интереса. В этот момент дамы, собравшиеся в углу зала, перешептывались между собой бросая на меня быстрые и короткие взгляды.
Многие из них, как казалось, были на нервах, и даже самые решительные не смели приближаться ко мне первыми.
Было ощущение, что воздух наполнился ностальгией и, одновременно, узнаваемой атмосферой, ведь текущая обстановка не различалась от тех времен, когда я чувствовал себя изолированным и чужим на школьных вечеринках.
Оказывается, что моё присутствие в этом зале было нежданным событием, и никто не думал, что я приду. Мне пригласили только из уважения к моей персоне и это был важный урок для меня.
Сохраняя уверенный настрой, я вежливо улыбнулся аристократам, находившимся в этом зале, хотя, признаться честно, я не имел ни малейшего представления о том, кто они, откуда они, и какие силы и интересы они представляют.
«Удивительно, как они могли меня узнать сразу,» — думал я. — «Может быть, я стал исключительной фигурой в высших кругах?»
Я наклонился к своей невесте и прошептал что-то.
В ответ Жанна мрачно произнесла:
— Как они могли бы тебя не узнать, когда ты единственный, выделяющийся своим обликом и стилем? Такого человека ни за что не спутаешь с остальными. Любая женщина смотрит на тебя, очарованная великолепием твоего наряда. Это не то, о чём ты думаешь. Дворяне просто боятся подойти, чтобы не вызвать у тебя презрения и гнева. Неужели ты не видишь, насколько тебя боятся? Они же готовы упасть на колени, лишь бы избежать твоего взгляда.
Глава 3
— О!! Ваше величество, наконец-то вы здесь! — воскликнул Граф Бычерог, его голос звучал полным искренней радости, стремясь спасти ситуацию, которая могла бы показаться несколько неловкой.
— Граф Бычерог, прошу прощения за задержку, — ответил я, переключив внимание на графа и выразив вежливость, которая соответствовала его высокому положению.
— Все в порядке, все в порядке. Ваше величество, наверное, вы устали после долгой дороги, — произнес Граф Бычерог с состраданием, делая вид, что беспокоится о моем комфорте. — Пойдемте, я покажу вам и вашим сопровождающим место за столом. Пожалуйста, уступите нам дорогу господа!
Присутствующие пропустили нас, преклоняясь перед королевским величием. Граф Бычерог явно подчеркнул наш статус, пришедши сюда лично, чтобы приветствовать нас, и его поведение выдавало глубокое уважение к нашему дому.
Граф Бычерог провел нас к столу, установленному внутри великолепного зала, где собрались главы государств и их влиятельные партнеры. Зал купался в роскоши и богатой отделке, а стол был украшен самыми изысканными сервировками и драгоценными посудами. Это было место, где встречались судьбы народов, и начинались важные разговоры, которые могли изменить ход истории.
— Это ваше место, ваше величество, — произнес будущий король, голос его звучал как ноты музыки, касающиеся души. Указывая мне на место, он двигался с непринужденной грацией. Однако его внимание быстро переключилось на дам, которые следовали за мной.
Его глаза блеснули достоинством и учтивостью, когда он вежливо указал им на их места, словно каждая дама была самой ценной жемчужиной в королевской короне:
— А здесь, слева от меня, место для вас, дамы.
Я внимательно осмотрел всю сцену перед собой, вдыхая атмосферу дворца. Справа от меня стоял величественный круглый стол, предназначенный для мужчин, уставленный серебряной посудой и роскошным декором.
Слева от меня был стол для женщин, окутанный нежными оттенками и украшенный цветами. Каждое место на обоих столах было заранее обозначено для своего владельца, словно это были троны, готовые встретить своих владельцев.
От декора, витражей до посуды, блистающей как звезды на небосклоне, и разнообразных завтраков, представленных на столе, было видно, с каким беспокойством и трепетом граф подошел к этому событию, стремясь сделать его идеальным. Здесь было всё — от роскоши до величия, и после того, как я сел, мне даже в голову не пришло менять место.
У стола уже сидели