Эта информация, хоть и не меняла по сути моего положения, оказалась неожиданной.
— Что значит Высший Круг Закона?
Людям в гетто мало что было известно о социальном строении общества пришельцев.
— Их военная верхушка.
Отлично, кажется, теперь я могу гордиться, что стану кормом для внеземной аристократии.
— И в чём же сложность со мной? — я недоумевала. — По-видимому, нарушение правил, установленных ими же самими, особо никого не волнует. Так что, в чём же заключается эта сложность, если бюрократию можно отбросить?
— Сложность в том, Лилиан, — доктор прилепил ещё два электрода мне на лоб и наконец посмотрел мне в глаза, — что ты не подготовлена.
Мне было абсолютно неясно, что он имеет в виду. Зачем готовить к тому, чтобы просто воткнуть мне иглу в вену и откачать кровь?
— Кроктарианцам нельзя переливать нашу кровь без подготовки, — продолжил доктор Ховард. — Она функцию свою выполняет, но реципиенту это приносит боль. Поэтому кровь адаптируют перед переливанием в теле самого донора. И когда это происходит постепенно, то всё проходит более-менее гладко, но в твоём случае времени нет.
— То есть, кроме того, что из меня выкачают кровь, мне ещё придётся страдать от боли?
Доктор Ховард с сожалением посмотрел на меня и неопределённо покачал головой.
— Я сожалею, Лилиан, я пытался как-то отсрочить твоё прибытие в пункт назначения, но там ты уже нужна срочно.
Срочно. То есть предыдущий источник, который подходил этому «великому» кроктарианцу, уже отошёл в мир иной, и пришла моя очередь.
Я закрыла глаза, и слёзы бессилия покатились по щекам. Больше сдерживать их не получалось, силы закончились. Мне не хотелось, чтобы врач их видел, но совладать с эмоциями мне уже было не под силу. Да и плевать на этого доктора, он просто предатель, который пытается выдавить из себя зачем-то сожаление.
В комнату вошла медсестра и взяла у меня кровь на анализ, уже через пару минут результат был виден на экране планшета доктора Ховарда, который недовольно покачал головой.
— Что-то не так? — мой собственный голос прозвучал как-то безразлично, будто я спросила это просто из вежливости.
— Нет-нет, — доктор оторвал взгляд от экрана планшета и посмотрел на меня. — Ты абсолютно здорова, Лили.
Вопрос «Надолго ли?».
Он ещё несколько минут что-то читал на экране, а потом выключил планшет и обратился ко мне:
— Ну что ж, Лили, на этом будем прощаться. Машина командора Яжера уже здесь.
Какое странное имя. Но вслух я промолчала и, подождав, пока медсестра отлепит от моего лба и шеи присоски с электродами, встала с кресла.
Пора было ехать. Наверное, стоило смириться и покориться своей судьбе. Я даже поймала себя на мысли, что сейчас абсолютно не чувствовала страха. Ничего не изменить, и мне этот мир не переделать. Только бы меньше страдать, чтобы мой конец не был мучительным. Как любой человек, я боюсь боли и страданий. Может, совсем скоро я, ослабевшая, просто не проснусь, и на этом всё закончится. С Шейном я уже попрощалась. Терять мне нечего.
Я застыла в ожидании.
— Следуй за мной, — снова сказала уже знакомая мне медсестра.
Я, словно робот, сползла с кресла и двинулась за ней. Но уже перед самим выходом доктор Ховард аккуратно, но довольно крепко схватил меня за руку и тихо прошептал:
— Не делай глупостей, Лилиан. Пожалуйста.
Несмотря на своё оцепенение, я даже удивилась. Что это был за порыв? Жалкое проявление землянской солидарности? Спасибо, доктор, обойдусь без неё.
Но в ответ я лишь посмотрела на врача, высвободила осторожно руку и молча последовала за своей провожатой.
6. Добро пожаловать
Медсестра привела меня к такой же платформе, только с другой стороны цилиндрического огромного холла, где меня снова ожидали двое кроктарианцев. Они, как и мои первые конвоиры, были одеты в чёрные плащи. Я зашла на платформу, нас снова просканировал луч, а потом мы вышли на улицу, где стоял такой же чёрный автомобиль. «Плащи» пригласили меня в салон, но рядом со мной сел лишь один. Водитель, сидящий впереди, завёл мотор, и мы поехали.
Ехали довольно долго, более часа. Сначала по ровной дороге по городу, потом какое-то время по грунтовой дороге и снова по асфальту.
Я решила не позволять страху отравлять мне душу и посвятила это время воспоминаниям. Вспоминала мать и отца, вспоминала Шейна, наши вечера перед стареньким телевизором. По нему показывали всего несколько программ в день, да и те строго контролировались кроктарианцами. Вспоминала мистера Харьета с его нервной, но добродушной улыбкой. Сегодня, чёрт возьми, был мой день рождения, и судьба преподнесла мне не лучший подарок.
За окном автомобиля давно городской пейзаж сменился на пустынные земли. Поля были живыми, не чёрными, как нам рассказывали в школе, но пустовали, зарастая травой. Потом мы снова съехали с трассы, и под колёсами автомобиля захрустел мелкий камешек.
Машина затормозила у высоких сетчатых ворот. Когда они открылись, мы въехали в огромное поместье. Автомобиль проехал по подъездной дорожке и остановился.
«Чёрный плащ», что сидел рядом, вышел из машины и обошёл её, а потом открыл дверь с моей стороны и предложил выйти. Ну как предложил… велел скорее.
Я проигнорировала его руку и спрыгнула с подножки машины сама, а потом обернулась. Я стояла перед огромным особняком, вокруг которого раскинулся сочно-зелёный сад с лужайками с густой травой и аллеями с высокими деревьями. Поместье явно старое, наверное, оно было свидетелем давних времён и исторических событий, и в нём наверняка раньше проживал какой-нибудь древний человеческий род.
Хорошо же устроились чужаки на нашей Земле.
— Прошу следовать за мной, — сказал «плащ», а мне показалось, что если кто-нибудь ещё раз произнсёт сегодня эту фразу, у меня случится истерика, какой не было даже тогда, когда за мной пришли.
На пороге стоял мужчина, одетый в белую рубашку и тёмные брюки. Наверное, это был кто-то типа дворецкого. Заложил руки за спину и смотрел холодно и вежливо.
А ещё он был человеком.
— Добро пожаловать в дом командора Тайена Яжера, — торжественно объявил он.
Почему было бы не дополнить чем-то типа «где вы встретите свою смерть через