Я узнала про некоторые особенности своего дома, про теплицы и удивительные растения, которые можно было там выращивать. Имелись бы деньги на семена и удобрения.
За три месяца мне удалось очень многое! Я гордилась собой, хоть и предстояло еще сделать немало. И когда к моим воротам впервые подъехала карета поверенного графа Ингелберта, это стало началом огромных неприятностей.
Он хотел купить эту землю. Его интересовал источник.
А я, только-только вставшая на ноги и увидевшая огромные перспективы в своей маленькой ферме, конечно же отказалась от сделки. Мало того, для меня теперь многое значили люди. Куда они пойдут, когда их прогонят из домов?
И вот теперь, мне не оставили выбора.
Замуж за незнакомца — и потом вполне возможно, что в могилу! — или продажа наследства. Конечно же ясно, к чему бы я склонилась в конечном итоге. И от этого было так грустно и обидно! Прямо до слез.
— Ну, ладно вам, ладно, — успокаивала меня Отрада, гладя по голове. — Мы найдем выход! Давайте позовем Риску и подумаем на три головы? Она баба смышленая, всяко что-нибудь посоветует.
Я всхлипнула, стирая слезы полотенцем.
— Зови, чего уж.
Пока Отрада бегала за Риской — а это, на секундочку, к западной окраине поместья, — я успокоилась и даже убедила себя, что ничего страшного пока не случилось.
Подумаешь, замужеством пригрозил! Не так страшен черт, как его малюют. Может, граф блефовал! Охота ему жениться на первой встречной? Даже ради магического источника, каким бы редким он ни был. Да ни один мужик свою свободу так просто не променяет на кусочек волшебства!
Закончив воодушевляющий внутренний монолог, я снова пригорюнилась.
Мужиков-то сужу по своему миру. А тут все совсем иначе.
Волшебство равняется деньгам.
В Норридане вся экономика держится на артефактах. И подзарядка их — целый отдельный бизнес. Я в своем поместье умудрялась обходить эту систему, ведь мне не приходилось тратить деньги на то, без чего ни один житель королевства прожить не сможет. Удивительно, что за столько лет ни власть, ни богачи, вроде того же графа, не перекрыли кислород семье Фортайнов. Даже налогом не обложили.
Я читала документы на землю, которые нашла в сейфе. Там был старый указ еще предыдущего короля о том, что Источник принадлежит тому, под чьей землей находится. И владельцы вправе пользоваться им, как заблагорассудится.
Меня это так удивило! Это же природный магический ресурс, настоящая золотая жила — если пользоваться с умом. Круглогодично отапливаемые теплицы с особой системой поддерживания среды для каждого отдельно взятого растения! Только на одну подзарядку артефактов, отвечающих за это, ушла бы половина моего нынешнего состояния!
К слову, это не так много. Сущие копейки, если быть совсем честной.
В сейфе, в котором я обнаружила документы, были еще и деньги. Совсем мало, но мне хватило, чтобы купить семена, саженцы, шесть голов разношерстных животных и кое-что из одежды. Страшно вспомнить, когда я понесла на рынок первый урожай скороспелых дынь и радужных томатов, кошелек мой был настолько худ, что не хватило бы и на буханку хлеба.
К счастью, в тот день я продала все, до последней, самой тощей дыни! Получилось заплатить первое, хоть и мизерное, жалование людям, которые мне помогали и, как бонус, я смогла поверить в свои силы.
Без источника этого бы не получилось.
Была с ним какая-то темная тайна. Краем уха слышала, как дед Никос — старожил поместья — бурчал что-то о «проклятых временах пришествия драконов». Да только расспросить его подробнее так и не предоставилась возможность. Как раз начались нападки людей графа, и я забыла вообще обо всем на свете!
Возможно, мой источник имел корни еще со стародавних времен, когда людям пришлось несладко из-за появления в небе крылатых огненных существ…
Оскар рассказывал, что с моим возвращением он начал ощущать более сильные импульсы магии со стороны гор. Там, предположительно, и находился Источник.
Я же ничего почувствовать не могла.
Риска говорила, у меня был сильный магический дар. Я даже училась в академии… Но этого не помню. Завершить выпускной курс не получилось — мама умерла, и меня забрал родственник. У него я прожила последний год, так и не доучившись. Он не отпустил. Видно, уже тогда замышлял торговлю девушками. Образование для этого дела было не нужно.
Почему я не сбежала?..
Постоянно возвращалась к этой мысли, но память прежней Амелии ничего мне на это не отвечала. Может, он меня чем-то опаивал? Или сдерживал как-то… с помощью заклинаний? Это останется загадкой, теперь уже навсегда.
Дара я лишилась в ту ночь, когда драгхар насильно меня обесчестил.
Их энергетика смертельна для человеческих женщин, но убивает она постепенно. Сначала пропадает магия, потом медленно угасают силы. Почему со мной случилось все иначе — неизвестно.
Отрада считала меня «избранной». Считала, что раз я жива и бодрствую, то и дар у меня отнять не смогли. Он просто уснул, но в какой-то момент обязательно пробудится. Я ее не переубеждала.
Признаться, мне и с окружающим волшебством справиться бывало трудно, куда уж еще с внутренним разбираться!
В ожидании женщин я завершила уборку на летней кухне, хоть дело это казалось бесполезным. Листья все равно припорошили стол, табуреты, печь, и все, что тут находилось. Просто напасть какая-то сегодня с этим листопадом! Надо бы попросить Оскара обновить отражающие чары над кухонной зоной. Он у нас самый опытный маг.
— Уже идем, идем! — услышала я запыхавшийся голос Отрады.
Закинула полено в очаг, поставила чайник на плиту. Приготовила три кружки для травяного чая, разлила заварку. Воздух наполнился ароматом чабреца.
— Здравия, хозяюшка.
Так меня обычно приветствовала Риска. Всегда хмурая и будто бы чем-то озадаченная. Ей в этом году исполнилось сорок девять лет. У нее были темные, припорошенные сединой волосы, всегда собранные в тугой узел на затылке. Карие глаза и сеть морщинок вокруг них.
Отрада более чем на десять лет ее младше, но выглядела ровесницей. Такая же худая, высокая и темноглазая. Разве что блондинка и по нраву гораздо легче.
— Ей граф этот, Хаос бы с ним, условия выставил, — заговорила Отрада. — Либо замуж за него, и тогда все владения ему достанутся, либо на продажу соглашаться.
Она уселась на один из табуретов, а вот Риска держалась на почтительном расстоянии. Хоть я и не ставила себя хозяйкой над ними, она все равно не позволяла себе вольностей.
— Ты садись, — приглашающе махнула я и поставила на столешницу кружки. — В ногах правды нет. Я действительно не знаю,