— У, тупые дети, — сказала целительница тоном сторожа Урго и вышла. Потом вернулась и крикнула на дружков Косматика: — Чего стоите, как гракки обосравшиеся?
— А чё мы? Чё делать-то. Вы же целительница, уважаемая…
Целительница перешла на шёпот:
— Старший сторож избил вашего товарища. И запретили мне лечить его.
— Вот оно что!
— Чё ж делать-то теперь…
— Может — так оклемается?
— Грязь его знает. Нос вон как разворотило. Дышит-то?
— Постанывает.
Тем временем Паутинка, повинуясь смутному воспоминанию о том, как мама лечилась после побоев от жестокого водоноса, притащила тазик воды. Смочив тряпку, начала вытирать опухшее, покрытое полузасохшей кровью лицо Косматика.
А дружки его всё переминались и сочувственно обменивались мнениями:
— Да уж, дела… Слушаться надо старшего сторожа. Говорил я Косматику, оставь ты этого дурачка Водоносика, пусть себе шныряет в тени.
— А он?
— Он не слушал. Говорил: «Мстить надо, иначе как жить вообще?»
— Кто поперёк закона пойдёт, тот поперёк хребта и получит, так говорил старший сторож.
Целительница крикнула:
— Да чего вы болтаете-то, болваны?
— А чё, нельзя? Или тишина нужна хворому?
— Парни вы здоровенные, у кого-то из вас уже взрослые линии. Найдите кристалл «Унятия Крови», да помогите грязерожденному.
— О, точно, братишки, — крикнул один мальчик, который всегда носил круглую шапку, завязанную на подбородке широкой тесёмкой. — У меня у отца есть мерцающий кристалл. Пойду, утащу незаметно.
Вокруг Косматика поднялась суета, будто это он жертва нападения, а не Водоносик. Один товарищ принёс пять вёдер воды, другой — ворох чистых тряпок. Кто-то купил баночку целебной мази, которой лечились все низкие Ветролома Вознёсшихся.
Водоносик с возмущением смотрел на эту суматоху из своего тёмного угла. Даже Паутинка, которая считала его своим лучшим другом, отдала всё внимание брату. Она не заметила, что Водоносик тоже пострадал. Хуже того — умер!
Наконец, принесли кристалл «Унятия Крови». Использовать его вызвался самый старший из друзей Косматика, здоровенный парень с полоской усиков над верхней губой. Тоже из грязерожденных. Он мял, жал и тёр кристалл в ладони, но безуспешно — грани его разлетелись впустую.
— Эх, учиться, видать надо…
СТАРАЯ ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА, КОГДА НЕ была мертвецки пьяна, хорошо делала своё дело.
Уже через два дня Водоносик посещал уроки в Обители первых шагов и резво шнырял по ветролому. Пробитый затылок не беспокоил, разве что немного чесалась затянувшаяся рана.
А вот лишённый озарённой поддержки Косматик страдал. Старший сторож Урго бил его недолго, но сильно. Всё лицо парня взбухло и заплыло нарывами. Сестрёнка мазала их вонючей мазью низких, но заметного исцеления это не дало.
Историю с наказанием Косматика обсуждали соседи. Шныряя незамеченным и неузнанным, Водоносик привычно подслушивал разговоры.
— Уважаемый Урго справедлив. Иначе у нас не было бы порядка, основанного на законе.
— Какой это такой порядок, чтобы мальца до полусмерти избить и запретить его исцелять?
— А такой, что этот грязерожденный малец сам едва не убил сына водоноса.
— Это какого водоноса сын? Того носатого, с двадцатого уровня, который постоянно пердит и смеётся?
— Да нет. Которого убил наёмник, купленный низкой на украденные у него же деньги.
— А этот. У него был сын?
— Очень незаметный малец. Только что где-то тут пробегал…
В беседу вмешался третий:
— Малец окосел от пара, потерял сознание и ударился головой о корыто. Не доказано, что его убил Косматик.
— А чего доказывать? Мы не в Прямом Пути. Господин Урго справедлив, этого достаточно. Или ты не согласен, что он справедлив?
Старший сторож Урго стремился во всём установить порядок, основанный на законах Ветролома Вознёсшихся. Не соглашаться с ним опасно для здоровья.
— Согласен, непременно согласен.
— То-то же. У нас на ветроломе порядка больше чем в каком-нибудь Восьмом Кольце.
Предоставленный сам себе, вечно прячущийся ото всех ребёнок выработал несвойственную для его лет наблюдательность. Подслушанные разговоры научили многому, чего не знал и Учитель-Совратитель. Пробудившийся Внутренний Голос помогал в запоминании подслушанных бесед.
Более десяти дней Косматик стонал на своей постели, а сестрёнка, наваливала на его опухшее лицо толстые слои целебной мази низких. Она же постоянно обтирала горячее тело брата мокрыми тряпками.
Встав с ложа, Косматик ещё долго прихрамывал. Когда встречал господина Урго, сжимался, втягивал свою косматую голову в широкие плечи, изображая покорность.
А Водоносик низко кланялся и желал светлому господину самого светлого и широкого Пути к свету.
— Тупые дети, — говорил господин Урго и проходил мимо.
Косматик делал вид, что никакого Водоносика нет. Его дружки боялись старшего сторожа Урго и тоже перестали нападать на него. Теперь Водоносик мог привольно ходить где угодно. Но мальчик так привык скрываться, что свободное хождение ему не понравилось.
Неизвестно, к чему привело бы это странное противостояние детей, вынужденных жить в одной клетке, но будущее Водоносика и Косматика стало ясным в один день. В тот, когда на Ветролом Вознёсшихся прибыли наёмники, с целью найти птенцов в свои гнёзда.
ДЕТЕЙ СОБРАЛИ НА УЛИЦЕ у входа в Ветролом Вознёсшихся. Всего около двадцати сирот возраста Водоносика. Все — мальчишки. Ещё около десятка мальчиков привели родители, желавшие, чтобы они вступили в гнездо. Наёмник — не престижное предназначение, но зато птенец всегда будет обут, одет и накормлен.
Наёмники предпочитали проводить отбор без свидетелей. Сопровождавшие детей опекуны ушли, но их головы тут же показались в дырках и окнах ветролома.
Четыре чёрных акраба, сбросив «Прозрачность Воздуха», внезапно появились над входом в ветролом и зависли на равном расстоянии друг от друга. Небесные дома не приземлились, так как из их днищ торчали весьма длинные, загнутые назад гребни.
В стенах небесных домов раздвинулись врата и оттуда вылетели четверо наёмников, облачённых в чёрные доспехи и маски со светящимися прорезями для глаз. У всех были широкие чёрные крылья, блестевшие так, будто отлиты из чёрного небесного стекла.
— Ни у кого нет таких крыльев, — сказал в толпе один мальчик другому.
Водоносик по привычке стал подслушивать.
— Почему?
— Это скрытое озарение вольнорожденных.
— А что такое скрытое озарение?
— Экий ты болван. Ничего-то ты и не знаешь.
Водоносик согласился, что болван. Что такое скрытое озарение — известно. Зато слово «вольнорожденные», применительно к наёмникам, слышал впервые.
— Мой папа раньше был вольнорожденным, — продолжил первый мальчик. — Я всё про них знаю.
— А почему папа перестал быть вольнорожденным?
— Ну… э-э-э-э… Не знаю…
— Ха, не знаешь ничего, а обзываешься.
— Смейся, смейся, меня отец научил, что делать на Ристалище Предназначения. Я знаю, как пройти отбор, а ты нет.
— Подумаешь. Я, может, и не хочу проходить.
— А зачем тут стоишь?
— Родители сказали. Или будешь