К числу пережитков старых времен относились не только пиратство, но и так называемое береговое право. Бесхозное имущество могло быть присвоено на законных основаниях; на побережьях все, что море выбрасывало на берег, считалось собственностью землевладельца. При этом речь шла не только об обломках кораблекрушения, но и о целых кораблях с грузом и командой, выброшенных на берег штормом. Поскольку этот промысел был весьма прибыльным, прекратить его можно было только с помощью договоров, защищавших несчастных торговцев.
Однако и заключенного с князем договора было недостаточно — требовались решительные меры со стороны правителя для того, чтобы прекратить порочную практику. Ведь выгоду из берегового права извлекал не только собственник побережья, но и местные жители, не желавшие отказываться от заработка. Они нередко специально заманивали сбившиеся с курса корабли на скалы, чтобы разграбить их. При этом злоумышленники старались не оставлять свидетелей — команду убивали, та же судьба ждала и тех, кого волны выбрасывали на берег после кораблекрушения. Береговое право представляет собой одну из самых мрачных страниц в истории мореплавания.
Только органы власти могли пресечь злодеяния и вернуть имущество законному владельцу. Постепенно принималось все больше мер для того, чтобы оказывать помощь потерпевшим кораблекрушение. Так, в Лифляндии морякам разрешалось рубить лес у побережья, если это необходимо для ремонта их кораблей. Церковь также стремилась по мере возможности бороться с береговым разбоем. На суше имели место аналогичные злоупотребления: если повозка переворачивалась и груз вываливался на землю, собственник земли тут же предъявлял на него свои претензии.
Итак, проблемы, которые можно было решить только коллективными усилиями, имелись в избытке. Потребность в создании объединений чувствовалась и на чужбине, и на море, и в родном городе. Именно так появилась Ганза.
Жители немецкого побережья занимались мореплаванием с незапамятных времен — можно сказать, что оно было у них в крови. Даже в эпоху господства натурального хозяйства торговые связи уже существовали — к примеру, с Англией. Саксы, завоевавшие Англию начиная с V века, сохранили связи со своей прежней родиной. Первый немецкий король, Конрад I, выбрал в жены своему сыну Оттону английскую принцессу. Хартия, пожалованная Лондону англосаксонским королем Этельредом II около 1000 года, упоминает о «людях императора, которые приплывают на своих кораблях и достойны того, чтобы их судили по хорошим законам, как самих лондонцев». Речь идет, очевидно, о жителях Вестфалии и долины Рейна, которые всегда любили искать прибыли и удачи на чужбине.
Рейн был водным путем, направленным в сторону Англии, и жители Кельна активно пользовались этим обстоятельством, став в конечном счете своеобразными представителями немецкого купечества в Лондоне. Английский король Генрих II в 1157 году уравнял кельнских торговцев в правах со своими подданными, взяв под защиту их жизни и имущество. У немецких торговцев в Лондоне был собственный дом, в стенах которого они могли жить по своим законам и обычаям. Главным предметом торговли являлось рейнское и французское вино. Ричард I в 1194 году провозгласил свободу торговли; Кельн отблагодарил его за это, поддержав в Империи короля Оттона IV против Филиппа[16]. В Лондон прибывали торговцы и из других немецких городов, в том числе из Бремена и Гамбурга.
Таким образом, на берегах Темзы немецкая торговля смогла прочно утвердиться. Во многом она была обязана этому хорошим отношениям, существовавшим между императорами и английскими королями. Последний представитель Салической династии, Генрих V, взял в жены дочь английского короля. То же самое сделали позднее Генрих Лев и император Фридрих II. Однако всего этого было бы недостаточно, если бы не таланты немецких торговцев, сумевших обеспечить себе хорошие условия на чужбине.
Не стоит считать, что мировая торговая система возникла лишь в недавнем прошлом. Уже римские императоры торговали с Китаем, и Византия продолжила эту практику, пока торговлю не взял в свои руки арабский халифат. Греки и арабы проложили торговые маршруты на север Европы по русским рекам. На протяжении веков Скандинавия активно торговала с Константинополем. Византийцы плавали по Днепру и Двине, арабы — по Волге. Они покупали меха и янтарь, привозя взамен драгоценные металлы и изделия ремесла. Эти торговые пути имели свое продолжение на Балтике вплоть до Шлезвига и далее, до долины Рейна. Мы мало что знали бы об этой торговле, если бы не многочисленные клады монет, которые красноречиво рассказывают нам о ней.
Балтийской торговлей занимались, в первую очередь, шведы и датчане. Судя по географии кладов, острова Борнхольм и Готланд активно использовались торговцами в качестве перевалочных пунктов и мест отдыха. Готланд находится практически посередине между западным и восточным побережьями Балтики, отличается мягким климатом и удобными якорными стоянками. На его северо-восточном побережье у меловых скал находится неприступная крепость Висбю — единственный крупный населенный пункт на всем острове.
В XI веке торговля между Балтикой и Востоком прекратилась в связи с кардинальными переменами на просторах нынешней России. Однако на ее место пришли другие, еще более оживленные маршруты.
Мы не знаем в точности, когда немецкие торговцы впервые посетили Висбю. В Скандинавии начала складываться государственность, распространялось христианство, и это создавало благоприятные условия для торговли. Жуткие набеги разбойников-викингов, державших в IX веке в страхе всю Европу вплоть до Испании и Италии, прекратились. В 1043 году датский король Магнус разрушил разбойничье гнездо Йомсбург в устье Одера. Грамота Генриха Льва от 1163 года говорит о том, что уже его отец, император Лотарь, предоставил жителям Готланда торговые привилегии и освободил их от пошлин. Сам Генрих Лев подтверждал мир между немцами и жителями Готланда; мы знаем, что находившиеся под властью герцога города активно торговали с островитянами. Грамота кельнского архиепископа Райнальда, появившаяся на свет двумя годами позже, свидетельствует о том, что и вестфальские города имели торговые связи с Данией и даже с Россией.
Готланд к этому моменту стал важным звеном в торговле с русскими. На востоке Балтики ключевую роль играл старый Новгород, который в скандинавских сагах называли Хольмгардом или Гардарикой. Именно здесь, по преданию, в 862 году выходцы из Скандинавии (так называемые варяги) основали русское государство. Новгород находится на реке Волхов, практически в том месте, где она вытекает из озера Ильмень. Волхов судоходен и впадает в известное своими штормами Ладожское озеро, соединенное Невой с Финским заливом. Цепочка этих рек и озер образовывала водный путь, связывавший Балтику с глубинными районами Восточной Европы и использовавшийся с незапамятных времен для торговли между Скандинавией и Константинополем. В 1199 году князь Ярослав восстановил мир