Но в этот день святого Валентина я хотел донести до вселенной, что если я когда-нибудь получу благословение стать любимым — если мне когда-нибудь так повезёт..?
Я бы очень, очень хотел, чтобы это была ты.
Твой онемевший, Блейк Харт.
Глава 1
Нефрит
ЛИВИЯ припарковала свою стареющую машину на одном из последних оставшихся мест в заднем ряду парковки.
Черт. Неужели опоздала?
Она бросилась к платформе, чтобы успеть на поезд, отправляющийся из Покипси в 7:10.
«Я исполняю свою мечту, — говорила она себе с каждым торопливым выдохом. — А мечта всегда причиняет боль. Мои икры болят. Я ненавижу каблуки».
Работа Ливии в качестве ассистента профессора в этом семестре, безусловно, сделала аспирантуру более лёгкой, но она всеми фибрами души скучала по спортивным штанам и мешковатым джинсам, которые большинство других студентов носили на занятиях. К тому времени, как она добралась до платформы, она желала полностью переодеться.
Приведя себя в презентабельный вид, Ливия подняла голову и увидела обычных прохожих, ожидающих на свежем осеннем утреннем воздухе — похоже, в основном это были бизнесмены, направлявшиеся на работу. Ливия кивнула и улыбнулась каждому человеку. Казалось, все улыбнулись Ливии в ответ. Это было простое человеческое действие, которое она выполняла как по часам, даже перед бездомным, всегда сгорбившимся под навесом в тени.
Его зеленые глаза, казалось, ждали её с нетерпением, как только улыбка коснулась её губ, его взгляд, как испуганная мышь, метнулся прочь. Он почти ни на кого не смотрел и никогда не просил денег. Ливия каждое утро в будний день приходила на вокзал с тех пор, как прошлым летом начала изучать клиническую психологию и провела довольно много времени, «диагностируя» бездомного джентльмена.
Она всегда находила его на одном и том же месте, когда поздно вечером сходила с обратного поезда, и снова встречала его взгляд и улыбалась ему в ответ. Она задавалась вопросом, что могло случиться с внешне здоровым мужчиной лет двадцати, что он оказался на улице.
Безумец.
Прозвище, которое дали ему ожидающие пассажиры, было резким и грубым для её ушей. Конечно, мужчина действительно провёл немало времени, проводя пальцами по оторванному куску картона, как если бы он печатал или играл на пианино. Но назвать его Безумцем, казалось, лишило человека достоинства в глазах его невольных зрителей. Ливия же придумала прозвище «Нефрит», потому что его глаза были потрясающими — прозрачным и почти сияющим нефритом.
Ливия надела наушники и подключила провод к айподу.
Не та песня.
Она быстро нажимала на кнопки, и в наступившей в очередной раз тишине она услышала разговор группы подростков рядом с ней.
— Как насчет того, чтобы подарить незабываемые впечатления бездомному и натянуть на его заднице плавки?
Краем глаза она заметила, что там стояли трое крепких парней. Она пренебрежительно скривила губу, услышав их хихиканье.
— А ещё лучше, давай разденем его догола и бросим в поезд.
Восторженные похлопывания по спине вознаградили энтузиаста за новую идею. Парни казались весьма гордыми собой.
Какого чёрта они вообще забыли здесь в такую рань?
Один из головорезов ответил на внутренний вопрос Ливии.
— Дэнни, мы передохнем со скуки при осмотре достопримечательностей с твоей теткой. Давай лучше повеселимся.
Группа направилась в сторону Нефрита.
Ливия сунула наушники в карман и огляделась. Другие люди, ожидающие поезда, казалось, ничего не заметили, повернувшись спиной к подросткам.
Разве они не услышали то же, что и я?
В следующее мгновение она получила ответ. Им всё равно, если Безумец получит взбучку.
Теперь подростки стояли перед Нефритом, насмехаясь над ним.
— Эй, вонючий мудила! — Самый высокий подросток легко пнул ботинок Нефрита, потом сильнее. — Ты загрязняешь воздух, которым мы дышим, ублюдок. Ты заплатишь за это.
Самый молодой подросток схватил личную картонку Нефрита и начал перекидывать её туда-сюда вместе с идиотом среднего роста, как фрисби. Ливия отчаянно посмотрела на мужчин в костюмах на платформе, стоящих повсюду, то тут, то там.
Одеты-то они все прилично, но джентльменов среди них нет.
Приняв решение, Ливия подошла к придурку, державшему картонку над головой, и ткнула его в подмышку, украв её обратно, когда тот инстинктивно опустил руки. Она простучала каблуками по асфальту и встала, резко развернувшись, прямо перед ногами Нефрита и столкнулась с нападавшими лицом к лицу.
— Немедленно уходите отсюда. — Она попыталась вложить в слова как можно больше яда.
— Леди, мы просто развлекаемся здесь с нашим приятелем.
Стоя рядом с самым высоким из них, она увидела, что когда-нибудь из него выйдет красивый мужчина. С сердцем черным, как сама тьма.
Ливия почувствовала, как Нефрит поднимается на ноги у неё за спиной. Затем она поймала его отражение в солнцезащитных очках самого младшего нападавшего. Он был около шести футов ростом. На лицах подростков отразился шок, когда он выпрямился в полный рост. Но вместо того, чтобы попытаться вселить страх Божий в этих хулиганов, он прошептал ей на ухо.
— Вы опоздаете на поезд.
Ливия слегка повернулась, но не сводила глаз с высокого подростка.
— Мне и здесь неплохо. Но, спасибо.
Она спрятала картонку за спиной, чтобы не повредить её.
— О, а я не знал, что этот бесполезный кусок дерьма ваш парень, — поддел самый высокий подросток. — Вы должны сказать его ленивой заднице, чтобы он устроился на работу и перестал жить на деньги налогоплательщиков.
Ливия фыркнула.
— У тебя самого есть работа? Ведешь себя так, будто тебе двенадцать лет.
Она не услышала его ответ, потому что Нефрит снова прошептал ей на ухо.
— Пожалуйста, мисс, вы не должны пострадать из-за меня.
— И не планирую, — говоря это, Ливия вытащила перцовый баллончик. Подростки отступили на шаг, когда поезд с громким грохотом подъехал. — Садитесь в поезд, и я забуду о случившемся.
Она облизала губы и шевельнула пальцем на спусковом крючке.
Сила, которую она им показала, видимо, наконец достигла их. Они попятились, чтобы присоединиться к толпе, хлынувшей в сторону входа в поезд. Парни продолжали бросать оскорбления, пытаясь сохранить лицо, а потом перед ними закрылись двери, поезд тронулся и исчез.
Теперь, когда Ливия осталась наедине с Нефритом, в её желудке поднялось беспокойство. Нигде не было так же пустынно, как железнодорожная платформа сразу после отправления поезда.
Она снова услышала его у своего уха.
— Вам не нужно было этого делать.
Когда Ливия повернулась, ей пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо, когда она протягивала ему картонку. Он был красив.
Урок, который она получила от своего отца, состоял в том, чтобы она никогда не оставалась