С тех пор, как я очнулась, он почти не уходил. Он не задавал вопросов, не тревожил, не требовал признаний. Просто был рядом.
Менял холодные компрессы, читал вслух, приносил мне чай с медом и апельсиновыми корками, хотя я так и не призналась, что люблю именно их. Когда я попыталась сесть — он нахмурился. Когда встала на дрожащих ногах — обнял и просто держал, пока не прошла дрожь в коленях.
И каждый раз, когда я смотрела на него слишком долго, внутри появлялся страх.
Это все сон. Не по-настоящему, и сейчас он исчезнет.
Или скажет: «Я соврал — ты мне не нужна».
Он, кажется, чувствовал это. И потому постоянно напоминал о себе.
Шептал нежно:
— Я с тобой. И я никуда не уйду.
Я верила. Старалась верить. Хотя сердце все еще щемило от страха, и я боялась принять, что это правда.
На третий день я встала с кровати сама. Слабость осталась, но голова больше не кружилась, и я могла передвигаться без посторонней помощи. А в зеркале — впервые за долгое время — отражалась не тень, а женщина. Сильная, уставшая, но настоящая. И платье в этот раз не черное, а нежно-лиловое.
— Готова? — Эдгар стоял у двери, красивый, ухоженный, в синем, расписном камзоле.
— Не совсем, — я усмехнулась. — Но если мы идем к королю, выбора нет.
Он подошел, поправил мне накидку на плечах.
— Все будет хорошо.
— Ты слишком в это веришь.
— Кто-то ведь должен, если ты все еще ждешь беды.
Дворец короля был величественным, торжественным и… как ни странно, уютным. Может быть, потому что я пережила в этом месте многое. Я видела смерть. Видела любовь. И теперь мне, кажется, ничего не было страшно.
Король встретил нас в просторной гостиной, у камина. Он встал из кресла, когда мы вошли.
— Леди Зельда, — сказал он. — Это правда, что вы потеряли память?
Я вздрогнула. Эдгар напрягся.
Но король улыбнулся.
— Не удивляйтесь. Герцог Альварин — мой верный подданный. И я не мог не заметить, как он изменил отношение к вам.
Я молча поклонилась, не зная, что сказать. А король, махнув рукой, чтобы мы присаживались, продолжил:
— Вы спасли мою жизнь. И не только — предотвратили гибель множества жизней. Это заслуживает награды.
— Мне не нужна награда, — прошептала я, борясь с голосом.
— Тем ценнее то, что я все равно награжу вас, — усмехнулся король.
Он вынул кольцо с печатью и запечатанный свиток.
— С этого дня вы будете под личной защитой короны.
— Спасибо, — выдохнула я.
— А еще я хочу сказать вот что… — король обвел нас взглядом, чуть сузив глаза. — Любовь, как видно, меняет даже самых упрямых. — Он скосил глаза на Эдгара. — И я не узнаю своего самого сурового герцога. Кажется, теперь он служит не мне, а вам.
Я покраснела до корней волос. Эдгар засмеялся. Открыто, свободно, как я еще не слышала.
— Ваше величество, — сказал он с легкой иронией, — вы абсолютно правы.
И взял меня за руку, не стесняясь короля.
Глава 30
Мы ненадолго заехали в мой городский особняк. Я отдала указания слугам, проверила комнаты, отослала письмо управляющему в поместье, велела подготовить все к моему возвращению. Правда, я сомневалась, что надолго там задержусь.
Голос звучал ровно, движения были точными, выверенными, слуги исполняли мои приказы без лишних слов, четко и со всей тщательностью.
Но внутри все дрожало от нерешительности, и только присутствие Эдгара позволяло мне оставаться спокойной.
Эдгар не мешал. Просто стоял позади, будто тень, готовая защищать до конца.
Вернувшись в его замок, я сразу отправилась к себе в комнату, устав с дороги. И он последовал за мной. Зашел, не говоря ни слова, закрыл дверь, и просто посмотрел на меня вопросительно. И я, также, без слов, ответила ему взглядом, зовя его к себе.
Это была не первая наша ночь вместе. Но в этот раз мы зашли дальше простых объятий и поцелуев. И я ничуть об этом не жалела.
Мы будто учились заново друг друга чувствовать. Эдгар касался меня так осторожно, будто боялся снова потерять. Я — отвечала, как будто наконец верила, что это не сон.
Мы не говорили почти ничего. Только дыхание, губы, руки. Как будто все чувства, затаенные, невозможные, теперь могли наконец высказаться телом.
Уснула я в его объятиях, ставших почти родными. А когда проснулась — он все еще обнимал меня, не отпустив даже во сне.
Утро было туманным. Я сидела у окна, завернувшись в его плащ, и смотрела, как пар стелется по полю за садом. Эдгар подошел, сел рядом, коснулся плеча.
— Все в порядке?
Я кивнула. Но внутри — не было покоя. Только мысль: если не скажу сейчас — не скажу никогда.
Я вздохнула и посмотрела на него.
— Эдгар… мне нужно тебе кое-что рассказать.
Он напрягся, но не отстранился.
— Говори.
Я собирала слова, как по осколкам.
— Помнишь… когда я только очнулась в темнице… я сказала, что не помню ничего?
Он кивнул.
— Я солгала.
Тишина. Он не дернулся, не перебил.
— Я помнила все. И больше того. Потому что я на самом деле не Зельда. Я… из другого мира.
Я выдохнула, собираясь с храбростью.
— Меня звали Марина. Я жила… в другом времени, в другой стране. Я была другой, у меня была собственная компания, деньги, возможности. Мой мир совсем не похож на этот — там нет магии. Но зато есть машины, компьютеры, огромные города, небоскребы. Я…
Эдгар все еще молчал, хоть и хмурился. Только пальцы на моей руке сжались чуть крепче. И непонятно было, верит он мне или считает, что я сошла с ума.
— И однажды… я погибла.
Я вскинула голову и посмотрела прямо в глаза мужчине.
— А перед этим я читала книгу. Вот про это все. Про этот мир. Про Зельду. Про тебя. Про… заговор. И по сюжету все должно было быть иначе. Ты должен был убить меня. Потом появилась бы другая женщина, и она случайно спасла бы тебя от покушения. А ты бы ее полюбил.
Он усмехнулся, и из его взгляда ушло напряжение.
— А вместо этого появилась ты, да?
Я слабо улыбнулась.
— Я все изменила. И с каждым днем боялась, что это… исчезнет. Что все — сон. Что я вернусь обратно. Или просто исчезну.
Я закрыла глаза, чтобы