— Раз слов ты не понимаешь, придется объяснить на пальцах, — зловеще ухмыльнулся он и нагло впился в мои губы поцелуем.
Сопротивлялась я недолго, успев подумать, что сестра все же была права, и я снова повторяю те же ошибки. Но, может, в этот раз все будет по-другому?
И снова я позволила себе слабость, словно проклятие действовало и на меня. И меня тянуло к этому невыносимому эльфу, словно глупого мотылька, летящего на огонь. Но уж лучше один раз ярко вспыхнуть, чем тлеть угольками. Так я считала в тот миг, когда жадные губы мужчины покрывали мое тело поцелуями, а его горячие руки срывали с меня одежду.
А после он и правда объяснил мне все на пальцах. Ну, почти…
Глава 22
— Жалеешь, небось? — разглядывая меня задумчиво, спросил Тил, опершись головой о руку.
Его длинные светлые волосы, всегда идеально прямые, сейчас спутались, а в глазах тлели остатки того огня, который только что полыхал между нами. Дыхание было тяжелым, и взгляд мужчины жадно скользил по моему телу, словно эльф был не против второго раунда нашей постельной схватки.
Наверное, я и сама сейчас выглядела так же: горящий от только что отгремевшей страсти взгляд, взлохмаченная шевелюра, распухшие от поцелуев губы. И, черт возьми, я ни о чем не жалела!
На всякий случай натянув одеяло повыше, я высунула оттуда нос и сердито пробурчала, противореча самой себе:
— Конечно, жалею! Ты ж из меня последние соки выжал! Убить меня хочешь, да?
Я, конечно, преувеличивала, и эльф, как и в прошлый раз оказался на высоте. Даже очень: никогда я еще не испытывала столько удовольствия. Но чувствовала себя сейчас так, будто марафон пробежала.
Эльф в ответ на мое заявление расхохотался.
— Вот только не надо — ты сама этого хотела. Даже кричала, чтобы я не останавливался.
Я покраснела, кажется, от кончиков пальцев на ногах до ушей, и разъяренно запульнула подушкой в мужчину. Одеяло сползло, оголяя плечи и все, что ниже, и эльф, легко поймав перьевой снаряд, довольно ухмыльнулся, нагло пялясь на меня.
— Дурак! — рассерженно зашипела я, снова кутаясь в одеяло. — Вроде и герцог, а воспитание как у бродяги!
— Кто бы говорил, ведьма, — снова развеселился Тиллариэль.
А потом вдруг, разом став серьезным, добавил:
— Знаешь, а ведь она была так похожа на тебя. Не внешне, но… Не знаю, как сказать.
Я удивленно уставилась на него, гадая, о чем он.
— Ты о ком?
— О той бедняжке, портрет которой я увидел там, куда ты меня отправила. Такой странный, будто ее запечатлели там вживую. Она тоже рыжая, и хоть лицо другое, но…
Его взгляд стал странным, и он, усевшись в постели, посмотрел на меня сверху вниз с виноватым видом.
— Ей тоже изменил муж. И мне кажется, от этого она и умерла — не выдержала горя. А этот… идиот, ее муженек, развлекался с другой прямо там, рядом с ее портретом. Она умерла совсем недавно, но и это его не остановило.
Меня будто током прошибло, и я растерянно выдавила:
— Это он тебе рассказал?
— Да. Артур, кажется. Странное имя. И место странное, будто другой мир.
Спина покрылась липким потом, и я закрыла лицо руками, чувствуя дурноту.
Какое жуткое совпадение… Неужели Тиллариэль попал прямо в мой мир? В мою квартиру, прямо в нашу с Артуром спальню? Кошмар!
— Милая, тебе плохо? — услышала я встревоженный голос эльфа, и его теплые руки обняли меня. — Прости дурака, я только сейчас понял, какой сволочью был.
Я всхлипнула, уткнувшись лицом в его грудь, и мужчина заметно напрягся.
— Знаешь, Амелия, за эти дни я понял еще кое-что.
— Что? — сквозь слезы спросила я.
— Что все еще люблю тебя.
Я посмотрел на него круглыми глазами. Даже слезы высохли.
— Ты это сейчас серьезно?
— Серьезней некуда, — краешком рта улыбнулся мужчина.
— Эй, вы там закончили? Можно войти? — услышали мы вдруг недовольный голос моей сестры из-за двери. — У меня тут, между прочим, пленник. И вы про того, второго не забыли?
Лицо эльфа вытянулось, а я тихо охнула, сгорая от стыда, когда вдруг поняла, что все это время за нами наблюдал один из дроу, превращенный мной в слизняка. Боже, кошмар-то какой!
Глава 23
— Сейчас, погоди! — крикнула я, в панике собирая разбросанную одежду с пола.
Вот черт, это ж надо было так забыться…
Едва я успела натянуть на себя платье, как внутрь ввалилась сестра, таща за собой опутанного пылающими магией веревками. И где только она их взяла?
Лицо дроу было почти белым, несмотря на цвет кожи, и косился он на ведьму с любой ненавистью. Но молча уселся на пол, когда Саманта приказала.
Уж не знаю, как она умудрилась его пленить, но судя по мрачному виду пленника, вырваться у него не получилось. Удивительно даже, как он со своим подельником вообще сумел застать Саманту врасплох.
Сестра окинула комнату раздраженным взглядом, и устало бросила застывшему у кровати Тиллариэлю.
— Ну ты хоть оденься, зятек. Ни стыда, ни совести.
Успевший натянуть только кальсоны Тил ничуть не смутился, лишь усмехнулся.
— Только не надо строить из себя праведницу, ведьма. С твоей стороны тоже не слишком прилично вот так заходить, когда мы тут…
— Любитесь? — фыркнула Саманта. — Слизняка вон того вы же не стеснялись. Боюсь, у него теперь будет травма. Психологическая.
Она указала на пол, где в самом уголке, вжавшись в него, скрючился тот самый слизняк, каким-то образом даже без лица выглядящий шокированным. А может, дело было в вяло шевелящихся рожках на голове.
Меня бросило в жар, и я сердито прошипела:
— Могла бы и сразу предупредить или забрать его!
— Да когда? — приподняла бровь женщина. — Вы ж так набросились друг на друга, что я боялась не успеть уйти вовремя.
Я недовольно поморщилась, и чтобы сменить тему, кивнула на пленника.
— Что с ним делать будем?
Сестра дьявольски улыбнулась.
— Я бы его в Ковен отправила. Сестрам отдала бы поразвлечься. Они любят непокорных мужчин.
Дроу задрожал и хрипло выдал, заговорив впервые за все время:
— Мои собратья отомстят за меня, ведьма!
Он даже приподнялся, будто собираясь встать, хотя сделать это ему, спеленатому по рукам и ногам, было непросто. Но тут же плюхнулся обратно, стоило Саманте бросить на него всего один недобрый взгляд.
— А этого расколдовывать будем? — издав смешок,