— Таким образом, — продолжил Шэнь, — номинальная сила «Ливня жара» составляет 840 эсс-джоулей, когда как у «Штормового клыка» всего 280. Разница в три раза! Поняла глубину собственных заблуждений, дева? Возмущения десятой категорией не обоснованы, если делать ставку на высокий разряд. Этим и займёшься на моих тренировках. Для начала будешь шаг за шагом отрабатывать «Ливень жара», пока не сумеешь десять раз подряд воспроизвести его без малейшей ошибки. Хочу посмотреть на тебя в деле.
Звучит, мягко говоря, не очень. Есть причина, по которой курсанты не кидаются изучать высокие разряды, и лежит она на поверхности. Разряд не просто так называют «сложностью». Сигнатуру ВЗ-1-100-1, например, гораздо проще выучить и воспроизвести, нежели ВЗ-1-1-100. А если сила на выходе получится одинаковой, то зачем напрягаться выше необходимого?
— Только один удар отрабатывать? — я снова погладила причудливый рисунок на карточке.
Пресвятая дичь, сколько ж в «Ливне жара» элементов! Его чертовски трудно воплотить в жизнь за счёт многочисленных нюансов в процессе передачи эссенции на клинок, в то время как любая помарка сведёт на нет весь результат.
Шэнь торжественно хмыкнул в усы:
— ВЗ-4-10-200 уникален. Далеко не самый сложный удар на четвёртом ранге, но в нём содержится крайне неудобная последовательность эсс-импульсов. Её даже опытные мастера не в состоянии повторить с первого раза. Если справишься с ним, все остальные разряды покажутся лёгкими. Итак, твоё задание на сегодня — изучить «Ливень жара» и ударить меня им по готовности.
Закончив разговор, он повернулся к пруду и уселся в позу лотоса медитировать.
— А не боитесь подставлять спину, мастер? — поинтересовалась я с некоторой бравадой. — Вы ведь ничего не знаете о моих реальных способностях, чтобы так рисковать. «Ливень жара» на раз прорежет ваш лёгкий халатик и оставит чудовищные ожоги на коже.
— Только если у тебя получится.
Он не волновался, и вскоре я поняла почему. Двухсотый разряд настоящая катастрофа для неискушённого практика! ВЗ-4-10-200 напоминал длинную фразу на незнакомом языке. Буквы-то я понимала и могла прочесть каждую из них по отдельности, но в связке получалась хрень. «Фонетика» больно сложная.
Полчаса ушло только на то, чтобы запомнить общий порядок элементов, ещё час на связи между ними, а сдвинуться с мёртвой точки и вывести первую искру эссенции воздуха на кончик клинка удалось едва ли к вечеру. Увы, дальше мимолётной искры дело не ушло. «Ливень жара» требовал не только точности исполнения, но и приличной скорости. Действительно уникальный удар, большего геморроя ещё поищи!
Раз за разом я терпела неудачу, но не останавливалась. Остановиться — значит, признать поражение и отправиться под крыло к маме в жизнь гламурной кисы, на мнение которой можно с чистой совестью класть болт. Что удивительно, Шэнь за всё время ни разу не обернулся. Пялился на воду и подражал статуе. Или вообще спал. Спасибо за первоклассного учителя, папочка! Не объяснил толком, не показал, не поправил. С таким же успехом я могла бы тренироваться самостоятельно.
Лишь когда солнце окончательно скрылось за краем горизонта (около десяти вечера в наших широтах), Шэнь таки соизволил подняться с места. Парой приседаний размял затёкшие ноги, сделал несколько наклонов корпуса и наконец обратился ко мне:
— Хватит, я понял всё, что требуется. Ярость, злость, гнев... Слишком много разрушительных эмоций, однако ты не безнадёжна, дева.
— Издеваетесь? — я в усталости рухнула на мраморные плиты площадки. — За двенадцать часов одни только искры, да и те через раз.
— На то и был расчёт.
— Расчёт на провал?!
— Именно, — без заминки ответил Шэнь, и я вдруг страстно захотела отправить лучшего мать-его-учителя в пруд психокинезом. Веса в нём не больше шестидесяти килограммов, далеко улетит.
— Простите, что? — с трудом удержала вежливый тон.
— ВЗ-4-10-200 помогает мне отсеивать бездарей до того, как мы потратим время друг друга впустую, только и всего.
— Ох, й-ё. Он хоть вообще выполним? Или как теорема Ферма́ — формулировка есть, а доказывают пусть потомки?
— Конечно, выполним.
Шэнь взмахнул клинком так же быстро, как Райан Гарсия кулаком. Я не сразу поняла, что случилось, пока не заметила чуть дымящуюся кучку пепла в пятнадцати метрах от площадки. Ещё полсекунды назад она была кустом гортензии.
— Пресвятая ж дичь...
Мастер притворился, будто не заметил ни уничтоженный куст, ни моё удивление.
— Ученик может быть сильным и талантливым, но без внутреннего стержня и воли пойти до конца вершины ему не достичь, — невозмутимо произнёс он. — «Ливень жара» прекрасно выявляет слабаков, коих особо много среди детей знатных родов. Вы не привыкли напрягаться и частенько сходите с дистанции при первой же серьёзной трудности. Ты не сошла, и лишь это имеет значение, поэтому я возьмусь тренировать тебя, дева.
Я нашла в себе силы покорно склониться:
— Благодарю, мастер.
— Но, — добавил Шэнь, — прежде чем приступить к практике с клинком, ты должна научиться держать себя вдали от эмоций. Любых! Не дело поддаваться им, тем более когда что-то не получается. Они хороши на высоких категориях — делают удары мощнее, а тело выносливее, но губительны на высоких разрядах, где важна предельная сосредоточенность. Знакома с концепцией боевой медитации?
— Немного. Насколько знаю, она очень похожа на ментальные практики псионики.
— Практиковала раньше?
— Пыталась, но стабильных успехов не достигла.
— Хорошо, — мастер посмотрел на меня с лёгким уважением в глубине жёлтых глаз. — Значит, тебе будет легче вникнуть в суть.
— Вы покажете, как правильно это делать?
— Разумеется. Начнём завтра в шесть утра.
Вся моя неприязнь к Ву Цзин Шэню растворилась в радостном предвкушении. Наконец-то я получу доходчивую инструкцию работы с ментальными практиками! Надоело действовать наугад, каждый раз надеясь, что это сработает. Критический недостаток! Умения псионики не имеют чёткого набора параметров, в отличие от классических стихий. Они работают за счёт веры... веры и полного отсутствия сомнений в результате. Я же, как материалистка, просто так верить не умею, поэтому без инструкции никуда.
Глава 3
Следующие два месяца доказали, насколько не зря мастер Шэнь получил репутацию беспощадного тренера. С самого утра и до захода солнца мы